закон штата гласит, что дети младше двенадцати лет не несут ответственности за непредумышленное убийство.
– Тогда зачем полиции снимать отпечатки пальцев Кэти?
– Вполне возможно, что детей в возрасте от восьми до двенадцати лет можно судить за убийство, если сторона обвинения придет к выводу, что ребенок осознавал преступный характер своего поступка. Однако доказать такое – задача не из простых.
– Кэти сказала им, что Анна упала. Почему они продолжают допытываться?
– По многим причинам. Детективы не обязаны посвящать вас в ход следствия. Возможно, у полиции появился свидетель или новая улика. Они могут исключить отпечатки вашей дочери из прочих, чтобы доказать непричастность Кэти. Могут провести дактилоскопию, не предъявляя обвинений и не задерживая. Однако пока вам и Кэти лучше общаться с полицией только в моем присутствии.
Роуз прошла наверх, чтобы побеседовать с Кэти тет-а-тет.
В начале пятого в дверь позвонили. Сара проводила Пирс и Бентона на кухню. Детективы сели за стол, и к ним присоединилась Кэти. Роуз Аранда представилась.
– Я буду присутствовать при процедуре.
Бентон и глазом не моргнул, а Пирс кивнула и улыбнулась.
У Сары екнуло сердце, когда детективы стали зачитывать Кэти ее права («Простая формальность», – заверил Бентон) в присутствии матери и адвоката. Затем все стороны подписали форму согласия. Пирс открыла сумку и достала портативный сканер отпечатков пальцев, внешне напоминающий смартфон.
– Коснись этого квадратика каждым пальцем по очереди, Кэти.
Пока Сара смотрела, как дочка дрожащими пальчиками касается экрана, в горле у нее пересохло.
– Не нервничай, – подбодрила девочку Пирс.
– Мне немного страшно.
– Кэти, – вмешалась Роуз, – вспомни, о чем мы говорили.
Бентон стрельнул взглядом в адвоката, пока Ким сохраняла один отпечаток за другим.
– Чего ты боишься, Кэти? – поинтересовался детектив.
– Вы все думаете, что я столкнула Анну, – пробормотала девочка.
– Кэти, не стоит ничего говорить, – предупредила Аранда.
Карл перевел взгляд на нее, затем на Сару, на Пирс и снова на Кэти.
– А ты ее столкнула? – спросил он.
Кэти посмотрела на качающую головой Роуз.
И до тех пор, пока детективы не ушли, не проронила ни слова.
Глава шестьдесят вторая
Сиэтл, штат Вашингтон
Гротовски вернулся в пустой кабинет.
Тилден работал в парке Спэрроу-Сонг с коллегами из Северного подразделения. Пирс и Бентон поехали снимать отпечатки пальцев у Кэти.
Поскольку девочка снова стала главной подозреваемой, Гротовски приступил к повторной проверке биографии Сары Хармон и ее дочери. Сев за компьютер, он поискал упоминания обеих в местных и федеральных базах, и не только среди лиц, объявленных в розыск по обвинению в уголовных преступлениях: он пытался выяснить, обращались ли они сами в полицию, становились ли свидетелями преступлений и опрашивались ли по другим делам. Детектив просмотрел все базы, входящие в единую сеть ЦКС, но ничего не обнаружил.
Затем подключился к НЦПИ, федеральной базе данных, управляемой ФБР. Отправил запросы еще в несколько федеральных баз, проверив списки невыездных или подозреваемых в терроризме граждан. Заглянул в Национальный центр анализа насильственных преступлений, а также в системы, содержащие сведения о нераскрытых убийствах, случаях похищения детей одним из родителей и без вести пропавших людях.
И снова впустую.
Каждый раз, вводя имя и фамилию Сары, дату ее рождения и номер социального страхования, Гротовски понимал, что всегда есть исключения, препятствующие положительному результату. Личные данные человека могут быть защищены, если они засекречены постановлением суда: например, в делах, связанных с домашним насилием, или в спорах о жестоком обращении с ребенком, находящимся под опекой, или если гражданин стал участником местной или федеральной программы защиты свидетелей.
Детектив также позвонил в Оттаву. Королевская канадская конная полиция занималась ведением ИЦПК – базы данных Информационного центра полиции Канады о преступлениях и преступниках, схожей с НЦПИ. Гротовски был перенаправлен к капралу Рейчел Тэйлор и оставил ей голосовое сообщение.
Затем для чистоты картины решил обратиться в Интерпол. Заканчивая составлять запрос о наличии международных ордеров на арест, сведений о розыске и любой другой информации об интересующих его лицах, детектив увидел, как в кабинет вошел Тилден, держа перед собой прозрачный пакет для вещдоков.
– Дайверы нашли смартфон Анны Шоу значительно ниже по течению. Он застрял в скалах.
Гротовски поднялся, чтобы лучше рассмотреть розово-золотой гаджет. Цвет, производитель и модель в точности совпадали с описанием, озвученным родителями погибшей. Однако экран раскололся, а корпус так сильно потрескался, что в нескольких местах виднелись комплектующие.
– Крепко ему досталось, Лайл.
– И не говори. К тому же все это время он пролежал в воде, – сообщил Тилден. – Я позвонил компьютерным спецам. Они ничего не обещают, но постараются помочь. В общем, сначала покажу смартфон Арту, а потом сразу отнесу криминалистам.
– Молодец, – похвалил Гротовски.
У него зазвонил телефон. Это была капрал Тэйлор из Королевской канадской конной полиции в Оттаве.
– Спасибо, что перезвонили, – поблагодарил детектив, после чего попросил коллегу проверить имена Сары и Кэти Хармон по всем канадским базам данных.
Глава шестьдесят третья
Сиэтл, штат Вашингтон
После встречи с другими профессорами доктор Мехта вышла из Рослинг-центра и направилась по кампусу к автомобилю.
Оставив позади политику отдела, она задумалась о сегодняшних сеансах с пациентами, первой из которых была Кэти Хармон, как вдруг у нее зазвонил телефон.
Это была Надия, ее администратор.
– Привет, Салли. Звоню сообщить об отмене. Можешь не торопиться.
– Кто отменил? – Дойдя до своей «субару», доктор Мехта нажала на кнопку брелока. Чирикнула сигнализация, машина открылась, и она села за руль.
– Кэти Хармон. Сара позвонила и отменила запись.
– Сара? Она перезаписала дочь на другой день?
– Нет. Считает, что девочка больше не нуждается в терапии.
– Правда? – На секунду доктор Мехта задумалась. – Можешь отправить мне номер ее телефона? Он сохранен у меня в ноутбуке, но будет быстрее, если ты пришлешь. Спасибо.
Салли отключилась и стала размышлять над произошедшим, постукивая гаджетом по рулю. Телефон пискнул сообщением от Надии. Надо было решить, стоит ли звонить Саре.
Нет. Не сейчас. Рано.
Доктор Мехта тронулась с места.
На полпути в офис она остановилась у кофейни. Посетителей было немного. Аромат кофейных зерен действовал на нее успокаивающе. Заказав латте, она устроилась в тихом уголке, достала ноутбук и поставила его на столик под приглушенное позвякивание приборов и бормотание телевизора на стене.
Итак, Сара отменила сеанс и намерена прекратить терапию.
Психотерапевт вспомнила их разговор в торговом центре. Может, из-за чересчур настойчивых расспросов Саре стало неприятно и она больше не хочет делиться мыслями о Кэти и обсуждать тему насилия? Как бы то ни было, решение матери отказаться от дальнейших встреч казалось в корне неверным.
