что от таких экспериментов нужно держаться подальше, чтобы не повторить сценария гибели.
Но главное — Малефия сейчас была эмоционально уязвима. И Галвиэль собиралась воспользоваться этим. В её глазах загорелся ледяной огонь решимости, когда она резко спросила:
— Как же так вышло, что наш отец, сбежав от демонической угрозы, в конце концов, решил повторить ту же судьбу для этого мира? Как он мог захотеть обречь живых существ Альдора на такую же гибель?
Малефия на мгновение замерла, обдумывая ответ, и затем собрала себя в кулак. Её голос был хладнокровен, но в нём звучали нотки сожаления:
— Вот в этом и была вся беда. Видимо, его рассудок не смог выдержать того, что произошло на Родине. Он изменился. Из добродушного учёного он превратился в деспота. Я видела, что его правление не принесёт этому миру ничего хорошего. Например, отношение к людям как к низшей расе… Им запрещали многое из того, что другие могли свободно делать.
Ройдар, прищурившись, осторожно уточнил:
— Это и стало причиной твоей… конфронтации с Бессмертным Королём?
Малефия кивнула:
— В том числе. Мне также не нравилось, что он наложил запрет на некоторые из наук. — Она снова бросила взгляд на своих големов. — Например, создание гомункулов и големов. Всё это было под строгим запретом. Он был убеждён, что мы не должны искажать природу, чтобы не повторить старых ошибок.
Галвиэль почувствовала, как по её губам медленно расползлась холодная улыбка. Она знала, куда это всё ведёт:
— Так это стало причиной твоего предательства?
Малефия неожиданно засмеялась, её звонкий смех эхом отразился от каменных стен:
— Предательство Бессмертного Короля? Может быть. Но не предательство нашего народа. — Её лицо снова посерьёзнело. — Мы с твоей матерью, Селестриэль, обсуждали, что Бессмертный Король должен уйти с престола. Его правление было разрушительным. Мы думали, что вместо него должна прийти ты, Галвиэль.
Эти слова ударили Галвиэль словно пощечина. Она вспыхнула от ярости:
— Селестриэль умерла по твоей вине! О чём ты вообще говоришь?
Малефия отвела взгляд, её лицо стало грустным:
— Всё пошло немного не так, как мы ожидали. Мы не могли предсказать, что империя разрушится так быстро. Люди и их союзники не хотели слушать про новую империю, где все будут равны. Великий Бунт разразился спонтанно. Мы пытались возглавить его, но не справились.
Галвиэль, сжав губы, пыталась понять, что это всё значит. Возможно, Малефия пыталась оправдаться, но теперь, когда Селестриэль мертва, больше не осталось свидетелей, кроме самой Малефии. Возможно, они и правда хотели сместить Бессмертного Короля и поставить её, Галвиэль, на трон, но проверить это уже никак нельзя.
Малефия продолжила:
— Но Бессмертный Король оказался мстительным. Он наложил на нас проклятие тени, отравив нашу кровь, изменив… ДНК. Так мы стали тёмными. Я не ожидала, что он решится на такое. К счастью, вторжение демонов удалось остановить, и Альдор избежал судьбы нашей Родины.
Ройдар хмыкнул:
— Невероятные вещи рассказываешь, тётушка. Знаешь, кажется, я начинаю тебя любить, несмотря на то, что сижу в твоей тюрьме!
Малефия усмехнулась. Галвиэль продолжала обдумывать каждое слово, её мозг напряжённо работал. И тут Ройдар вернул разговор в нужное русло:
— Но что насчёт Аллара? Мы ушли далеко от темы, хоть всё это крайне важно и интересно. Но я понятия не имею, что такое «ДНК» и «квантовые врата», поэтому давайте поговорим о чём-нибудь насущном?
Малефия, словно очнувшись от своих раздумий, посмотрела на них:
— Ах да, Аллар. Мы ушли от темы, не так ли? Аллар — сложный случай.
Малефия, обретя прежнюю уверенность, медленно поднялась с кровати и прошлась по камере, её платье чуть шелестело, касаясь каменного пола. Ройдар налил себе ещё вина, наблюдая за сестрой, которая, поколебавшись, тоже решила немного налить себе. Ожидая продолжения разговора, они напряжённо наблюдали за Малефией.
— Примерно десять лет назад, — начала та с холодной уверенностью, — в моём государстве произошла странная история. Три наёмника прибыли сюда, искали меня. Естественно, мои агенты выследили их и привели ко мне. И знаешь, что они сказали? Их прислал Аллар. Но, что удивительно, его цель была необычайно странной — остановить Бога из Машины.
Малефия замолчала, будто специально создавая паузу, давая своим словам время осесть в сознании собеседников.
Галвиэль нахмурилась и прищурилась, её ледяной взгляд пронзил Малефию:
— И это, конечно, как-то связано с этой проклятой магией механики, не так ли?
Малефия кивнула, поджав губы:
— Да, именно так. Видимо, Аллар осознал, что не все направления этой «новой» магии безопасны. — Она сделала паузу, глядя в сторону. — У нас в Олигархии есть Дом Шадар'Лагот. Я никогда не любила их философов. Они, конечно, умные, но слишком увлеклись интригами и тёмными делами. Они предложили концепцию «Бога из Машины», утверждали, что раз появилась новая магия, то можно создать и нового бога для неё.
— Создать бога? — воскликнула Галвиэль, лицо её исказилось от негодования. — Это же ересь! Да, я сама не слишком религиозна, но это уже переходит все границы!
— Ты абсолютно права, племянница, — ответила Малефия с лёгкой усмешкой. — Но они решили рискнуть. И вот, младшая дочь главы Дома Шадар'Лагот, Витеркес, решила, что именно она избрана стать этим Богом из Машины.
Ройдар, который весь этот разговор выглядел ошарашенным, задумчиво спросил:
— А почему это не понравилось Аллару? Он что, сам хотел стать Богом из Машины?
Малефия пожала плечами, глаза её слегка прищурились, когда она заговорила:
— Возможно. Но есть нюансы, которых мы не понимаем до конца. Аллар явно видел в этом угрозу или проблему. Мои агенты вычислили, где укрылись экспериментаторы, и отправили туда наёмников. Оказалось, Аллар их опередил. Он уже был там, дожидался их. Наёмники нанесли поражение Дому Шадар'Лагот, но Аллар… Он что-то сделал, как-то «скопировал» с Бога из Машины информацию и исчез.
Галвиэль нахмурилась, внимательно слушая:
— Скопировал? Как это вообще возможно?
Малефия вздохнула, в её голосе прозвучала нотка бессилия:
— Аллар использовал какое-то устройство. Мои агенты не до конца поняли, что произошло. Они видели, как он подключался к механизму в лаборатории и считывал что-то. Магия механики… Она слишком нова, чтобы мы понимали её полностью.
Ройдар взволнованно переспросил:
— Так Бог из Машины появился? Что случилось?
Малефия тяжело вздохнула и, облокотившись на стену, ответила:
— Я сама не до конца понимаю. Когда я прибыла туда, мне открылась жуткая картина. Тело Витеркес было буквально сросшимся с механизмами. Это была… мерзость. Даже для меня, повидавшей тысячи уродливых неудачных гомункулов, это было нечто отвратительное. Она не подавала признаков жизни, но, возможно, в этом и был замысел. Может, её сознание переместилось в машину, может, она
