масонских лож, но не обрели в их лоне утешения. Вам было мало тех знаний, что они могли дать, вам требовалось большее – куда большее. Снедаемый тоской по знаниям, вы отправились в Индию, где постигали сложные сакральные практики Востока, и именно там вам улыбнулась удача. Вы сблизились с Еленой Блаватской, а через нее – и с полковником Олкоттом, основателем почтенного Теософского Общества, охотно привечающего под своей крышей мистиков, философов, оккультистов, алхимиков, астрологов, нумерологов и любой другой сброд, искавший духовного знания и не удовлетворенного лаконичной христианской доктриной. О, вы всегда ощущали себя самым естественным образом в высшем свете. Вам не составило труда втереться к ним в доверие, сделаться членом Общества, а в скором времени и занять пост его секретаря. Неплохой карьерный взлет для фарнхэмского священника! Вернувшись в Англию, вы принялись постигать мудрость веков с удвоенным аппетитом, черпая вдохновение в трудах древних спиритов, каббалистов, тарологов и розенкрейцеров. И наверняка бы преисполнились мудростью до кончика своей роскошной бороды, кабы не досадный случай.
Голубые глаза Ледбитера опасным образом потемнели.
Осторожно, напомнил себе Лэйд. Не перегни палку, Чабб, старик.
Ледбитер – никчемный шарлатан, подвизавшийся в хороших гостиных Редруфа при помощи пары-другой оккультных фокусов, а еще – изрядного запаса старомодного галантного шарма, но это не значит, что он совсем уж беспомощен. Левиафан вложил в эту оболочку некоторую толику сил, которая может представлять собой опасность. Лет восемь назад он превратил трех разъяренных шугских обезьян в свинцовые статуи при помощи вороньего пера, старой бечевки, куска гальки и медных запонок, напомнил себе Лэйд. Иди знай, на что он может быть способен, если разозлить его как следует…
- Почему вас вышвырнули из Теософского Общества, Ледбитер? – Лэйд непринужденно заложил руки за спину, - Признаться, я слышал две версии, но не могу поручиться ни за одну из них. Согласно первой, вы так привыкли распоряжаться казной полковника Олкотта, потакая своим маленьким капризам, что в скором времени потеряли осторожность и были пойманы с поличным аудиторской комиссией. По другой… Что ж, по другой причиной стало коллективное обращение почтенных теософов к руководству – некоторые уроки, которые вы давали их детям, показались им несколько предосудительными и такими, что лежат вне плоскости оккультных наук. Особенно это, кажется, касалось юных мальчиков…
- Мистер Лайвстоун, - процедил Ледбитер, - Вы можете упражнять свою фантазию, обсчитывая покупателей в своей дрянной лавчонке, заскорузлой от жира, но я попросил бы вас избавить меня от подобных обвинений!
Приподнявшись над столом, он сделался высоким, как башня Тауэра, кроме того, его опасно потемневшие глаза своим цветом все больше напоминали грозовое небо. Лэйд сделал успокаивающий жест рукой.
- Не беспокойтесь, я не собираюсь копаться в вашем грязном белье, старина. Просто вкратце описываю вехи вашей биографии, чтобы почтенное общество, собравшееся здесь, знало, с кем имеет дело. Итак, будучи изгнанным из Теософского Общества, вы устремились прочь из Англии – слухи, стелящиеся по пятам за вами, быстро сделали из вас персону нон-грата во всех известных масонских ложах, университетах, оккультных кружках и салонах. И вы хотели подыскать себе какое-нибудь местечко, куда еще не добрались слухи, быть может, какой-нибудь провинциальных островок на задворках мироздания, где сильны британские традиции, а существование легко и необременительно… Британская Полинезия с радостью распахнула вам свои объятья. А вы слишком поздно сообразили, что объятия эти куда более цепкие, чем у любой из тварей, которых вы только могли представить в своих самых страшных эзотерических странствиях. Остров дал вам силу, но посадил на цепь – как и всех нас. Превратил в свою игрушку, что-то среднее между куклой для битья и каминной фигуркой. Тут-то, надо думать, вас и подцепил папаша Вудман, бессменный владыка Герметического Ордена Золотой Зари. О, он всегда благоволил оккультистам, охотно рекрутируя их для своей маленькой церкви. Он обольстил вас, вручил патент и какую-то там степень посвящения, а большего вам и не требовалось. Ах да, еще эта ваша роскошная борода… Я уже говорил, что она необычайно вам идет? Неудивительно, что вы предпочитаете хорошо обставленные гостиные, Ледбитер. В грязных закоулках Шиппси, в сырых бараках Скрэпси и на пропитанных солью ветреных пристанях Клифа она быстро растеряла бы свой лоск и пришла в полную негодность…
- Вы свинья, Лайвстоун, - процедил Ледбитер, вперив в него горящий ледяным пламенем взгляд, - Я не знаю, по какой причине Канцелярия еще не прижгла вашу полосатую шкуру, но надеюсь как-нибудь увидеть в очередной гостиной вашу голову – на подходящем дубовом щите, в качестве трофея…
- О, вы же знаете, почему Канцелярия еще не сцапала меня, - Лэйд подмигнул ему, хоть сам находился отнюдь не в благодушном настроении, - Я вожу дружбу с ее шефом. Да-да, тем самым полковником Уизерсом-Уинтерблоссомом, которого в ваших кругах принято считать зловещим эгрегором острова или чем-то в этом роде, едва не божеством. К слову, мы с ним терпеть друг друга не можем. Он утверждает, что я – единственный на острове человек, от общения с которым он чувствует зубную боль. Но, видимо, он все еще испытывает к особе Лэйда Лайвстоуна некоторое уважение – в конце концов, я в некотором роде одна из здешних достопримечательностей…
- Ложь! – резко бросил Ледбитер, - Полковник Уизерс-Уинтерблоссом – дешевая легенда, которую вы толкаете своим покупателям за восемь пенсов вместе с дрянным просроченным маргарином. Легенда лавочников и суеверных старух! Не думайте, что мы клюнем на такую жалкую и никчемную…
- Да хватит вам обоим! Надоели! А что на счет меня, мистер Тигр?
***
Воган пристально разглядывала его и, верно, занималась этим уже не первую минуту – увлекшись рассказом, он едва не позабыл о ней. Густо подведенные тушью глаза следили за ним, не мигая, рождая у него неприятное ощущение в области холки и некоторую сухость во рту. Кажется, она нарочно пыталась вызвать его замешательство – смотрела прямо в глаза, мало того, время от времени проводила алым языком по накрашенным губам.
Глупая девчонка. Ее счастье, что она не успела поймать Полуночную Суку – та разорвала бы ее на тысячу клочков. А может, и придумала бы забаву поинтереснее, особенно если бы пребывала в раздраженном состоянии…
Лэйд ответил ей благодушной улыбкой. Вроде той, которую он обыкновенно ,
посылал
