движение, сказать что-либо, чтобы не разрушить это, волшебным образом возникшее между нами, притяжение. Громкий звук гитары возвратил меня к пикнику. Макс начал петь с одной стороны, Марк поддержал его с другой. А я, а что я? Я наслаждалась едой, видом озера и красивыми мужскими голосами. Чёрт, сейчас я завидовала сама себе!
Серж принёс мне широкий шарф, и я закуталась в него с головой. Пашка с Валиком постоянно дурачились, устраивая шуточные бои. Наблюдать за ними было весело, они смотрелись так нелепо. Один высокий, другой низкий и из-за разницы в росте все их движения были комичны. Мы пели во весь голос, ели вкусняшки и наслаждались обществом друг друга. Никто меня ни о чём не спрашивал, и все мои проблемы просто растворились на это время, перестали существовать для меня: Карина, её идиотские друзья, Лёня и все остальные. Были только я, озеро, наша полянка и мои ребята. Есть моменты, когда тебе хочется, чтобы время остановилось, чтобы вот прямо сейчас замерла эта жизнь на стоп-кадре. Сегодня я бы с удовольствием нажала кнопку паузы.
Но как бы я ни желала продлить такие чудесные минуты, часики всё равно тикали, день сменялся вечером, и вот уже стемнело, и мы собрались домой. Пока ребята упаковывали все вещи в машины, я подошла ближе к озеру. Красиво. Я так долго хотела тут побывать и теперь поняла, что, оказавшись здесь ранее с кем-то другим, я не ощутила бы всей прелести этого места. И я была искренне рада, что это произошло именно с близкими мне людьми.
– Он внёс тебя в список, – раздался Пашин шёпот у меня за спиной, возвращая меня в реальность, – я утром видел.
Он стоял совсем близко, так, что я чувствовала его тепло. Я отклонила голову назад, упираясь затылком ему в грудь.
– Спасибо, – только и смогла произнести, испытывая облегчение оттого, что это испытание я прошла.
И как только я осознала, что выполнила первое желание шантажистки, меня тут же пробила дрожь по всему телу, так как вспомнила, что придётся исполнить ещё два. Мысленно рисовала, какие унижения Карина придумает для меня при следующей встрече. Надо было срочно переключить мысли на что-то другое, не хотела портить такой замечательный день.
– Тебе удалось что-нибудь выяснить о своей девушке? – спросила я Пашу и мгновенно почувствовала, как всё его тело напряглось.
– Узнал только, что тот, за кого она собралась замуж, переехал в посёлок в сентябре, сразу, как только я уехал в универ. Фермер какой-то, лет тридцать ему. Она к нему на работу устраиваться приходила. Он сразу стал ухаживать. Говорят настойчиво очень, – с такой болью в голосе сообщал Пашка, что сердце от жалости к нему просто разрывалось. – Вот и сдалась, наверное, моя красавица. Только уж больно быстро как-то, от этого ещё больше ножом всю грудь режет.
Я осторожно повернулась к нему. Секундного взгляда на его измождённое лицо мне хватило, чтобы понять, в каком сильном эмоциональном раздрае он прибывал. То, что узнал о своей девушке, разрывало его сердце на мелкие кусочки.
Многие не верят, что мужчины способны испытывать сильные романтические чувства, любовные переживания, по крайней мере, не настолько сильно, ярко и эмоционально, как это ощущают женщины. Меня же жизнь уже неоднократно убеждала в обратном, предоставляя сближаться с такими мужчинами, которые не боялись показать своё сердце, хоть и израненное от предательства, как у моего друга сейчас. И Ромка, и Андрей, и Алексей – все они рядом со мной открывались, каждый по-своему, и все их эмоции и чувства были настоящими и глубокими. Возможно, я притягивала определённый тип мужчин, или, что ещё более вероятно, подсознательно сама делала такой выбор.
Хотя на этот раз не я была той девушкой, из-за которой Паша испытывал болезненные ощущения, мне было тяжело видеть его в таком состоянии. Этот обаятельный парень всегда привлекал внимание девушек. Я уж точно это замечала по их томным взглядам, и когда на перерывах между парами мы болтали, и когда обедали в столовой. Они, проходя мимо, смотрели на него с обожанием, а в меня были готовы выпустить обойму патронов и множество ядовитых стрел. Особенно это было заметно, когда мы хохотали вместе, что бывало довольно часто, потому что Валик, находившийся постоянно в нашей компании, без конца рассказывал то анекдоты, то смешные истории, то просто кого-то пародировал, вызывая тем самым наш безудержный смех. И ни разу за то время что мы общались, я не видела, чтобы Пашка посмотрел на какую-нибудь из них. Он даже с нами на дискотеки никогда не ходил, хотя мы с Валиком старались не пропустить ни одной. Возможно, многие парни и умеют скрывать, прятать и подавлять свои настоящие эмоции, но не мой друг, не сейчас. Смотрела на него и ясно видела, что всё вокруг теряет значение для него.
– Паша, тебе не кажется подозрительным, что любовь к тебе так легко прошла у неё? – пыталась хоть как-то его поддержать. – Вы же не месяц и не полгода были вместе. Возможно, есть какой-то подвох? Что-то, что заставило её принять такое решение?
– Боюсь, что я этого не узнаю, – тихонько сказал он вздыхая.
И в этот момент мне пришла опять безумная идея, которой я незамедлительно поделилась с ним:
– А что, если нам съездить к тебе в гости?
Брови у Пашки приподнялись, а глаза заметно округлились. Чувство азарта начало пробираться от ног к голове, сначала незаметно, а затем становилось всё более интенсивным, окутывая всё моё тело адреналиновыми искорками.
– Если ты готов бороться за неё, думаю, надо ехать. Можно же сгонять к тебе на выходных и на месте уже попытаться разобраться в ситуации. Хотя бы для себя понять точно, что ты не совершаешь ошибки, отпуская её.
– Я бы не отпускал, она сама ушла. – Услышала отчаянье в его голосе.
– О, поверь мне, не всегда, когда девушка о чём-то говорит, означает то самое, что вы парни думаете. А уж творить можем такие вещи, что точно не сможете определить, чего мы на самом деле добиваемся. Вспомни хотя бы моё вчерашнее показательное выступление.
Он смотрел на меня с зарождающейся надеждой, поняла, что готов сейчас ухватиться за любую соломинку, которая поможет ему поверить в то, что ещё не всё потеряно.
– Знаешь, если любишь её и уверен, что она всё забыла и с тобой ей будет только хуже, то отпусти, – сказала другу с грустью. И сделав паузу, с вызовом добавила:
– А если любишь и уверен, что всё что
