Читаем без скачивания Один миг жизни - Виктор Тарнавский

- Блистательная, - вкрадчиво произнес он, вежливо кланяясь. - Я, безусловно, понимаю, что каждый имеет право на личные тайны, а в некоторые секреты Императорского Дома посторонним лучше не вникать, но по соображениям вашей безопасности мне необходимо знать, с чем еще мы можем столкнуться и как этому противостоять.

Кээрт надолго задумалась.

- Вряд ли мы встретимся с чем-то более серьезным, чем то, что уже случилось, - наконец сказала она. - Человека можно держать под контролем длительное время, но на него при этом нельзя оказывать сильное воздействие, заставлять его делать что-то не обычное для него или вопреки его воле. Полный контроль возможен только на короткие промежутки, и это, как правило, хорошо заметно.

- Как с этим бороться? - задал новый вопрос практичный Меркуукх.

- Контроль могу снять я. Только для этого мне нужен контакт с жертвой. Я осмотрю всех людей на корабле и проверю, не находится ли кто-то из них под чужим влиянием. Теперь я знаю, как это выглядит.

- Вы можете таким же образом определить, нет ли среди нас этих... гипнотизеров?

- Манипуляторов, - поправила Кээрт. - Нет, не могу. Их всегда очень трудно уловить. Особенно, если они не проявляют себя.

- Это плохо, - Меркуукх наморщил лоб. - А этим манипуляторам можно как-то противостоять?

- Некоторые люди могут. Например, Гвиэнт. Ею невозможно манипулировать. Наверняка Хургаад. Кажется, плохо поддаются манипулированию Глэас, Раэнке, старпом, вы сами. Но здесь трудно сказать заранее. Каждого человека нужно оценивать по отдельности.

- А его высочество?!

- Он сопротивляется, - Кээрт улыбнулась. - Пока мы вместе, он неуязвим.

- Последний вопрос, - было видно, что Меркуукху он очень неприятен. - Этот сумасшедший целил не в его высочестве, а в вас. Что, если...

- Если со мной что-то случится? - Кээрт строго и в то же время ласково взглянула на Кэноэ. - Тогда, Кэно, тебе надо будет срочно сделать своей любовницей Гвиэнт.

- Что?! - вскинулся Кэноэ. - Милая, не говори так! Я...

- Потом! - Кээрт мягко прикрыла ему рот ладошкой. - Кэно, запомни. Если погибну я, тебя сможет защитить Гвиэнт. Она многое может, хотя сама и не знает этого. Только тебе надо будет побыстрее переспать с ней. Наша женская магия - Кээрт смущенно улыбнулась - основывается, в первую очередь, на сексе. Главное, чтобы она любила тебя, тогда все получится. Но, думаю, этого будет нетрудно добиться. Она вся ледяная, покрыта коркой, но именно тебе как-то удалось ее немного растопить.

- Кээрт! - Кэноэ схватил ее за руки. - Ты так говоришь, будто уже прощаешься со мной! Не надо! Я люблю тебя! Я тебя никому не отдам!

- Спасибо, Кэно. Просто я хочу, чтобы ты был защищен... в любом случае. А я буду делать все возможное, чтобы этого случая никогда не случилось.

- И я тоже! Только... - Кэноэ вздохнул. - Только я теперь и не знаю, чего нам ждать на Филлине...

Глава 72. Двойственность

29.03.5374 года

Доклад Сеймора Скэба был, как всегда, четким, информативным и совершенно безэмоциональным.

- К сожалению, наши расчеты не оправдались, - говорил он, но в его голосе не было ни малейшего сожаления. - Советник Буонн сообщил мне, что кризис на Восточном континенте благополучно разрешен, и в посредничестве Горданы нет необходимости.

- Не больно-то и хотелось, - проворчал Лёрид Кирстен, делая вид, что следит за игрой света в бокале с темно-янтарной жидкостью.

- Скорее, не больно-то и моглось, - Сэймор Скэб не удержался от шпильки.

- Сеймор, не нуди! - Кирстен слегка повысил голос. - Ты становишься похожим на свою сестричку. Никакой катастрофы не произошло. Мы просто вернулись на исходные позиции. Так или иначе, после этой истории пришельцы все равно не будут доверять восточникам.

- Лёрид, не делай вид, будто чего-то не понимаешь, - еле слышно вздохнул Скэб. - Всё уже больше не будет так, как прежде. Буонн знает, кто подставил его перед Пзуунгом. Он дал мне это понять.

- Неизбежные издержки, - хладнокровно пожал плечами Кирстен. - Мы рискнули - согласись, ставка того стоила, - но на этот раз проиграли. В следующий раз выиграем.

- Это не риск, а безответственность! - Скэб недовольно покачал головой. - Лёрид, хватит метаться! Сколько еще надо тебя убеждать в том, что надо ставить на пришельцев, а среди них - лично на советника Буонна?! Это оптимальная стратегия, и отход от нее может нам дорого обойтись! Надо остановиться на чем-то одном и придерживаться этой линии, а ты вечно пытаешься еще что-то выгадать!

- Не пытаюсь, а выгадываю, - спокойно напомнил Кирстен, пригубив из своего бокала. - И если бы не мои, как ты выражаешься, метания, мы бы до сих пор еще сидели в Зейгалапе!

В кабинете повисла тяжелая тишина. Нарушил ее Кирстен.

- Сеймор, не принимай все так близко к сердцу, - негромко сказал он, с усмешкой глядя на напряженно вытянувшегося на краешке кресла Скэба. - Ты был прав, а я - нет. Вот и всё. Просто мы действительно выходим на новый уровень межмировой политики. Нам приходится иметь дела с проблемами, с которыми мы не сталкивались раньше. Мы учимся, а учебу трудно пройти, не набив пару шишек. Так что, работаем дальше, Сеймор. Нам надо повышать квалификацию - и свою, и наших людей.

- Хорошо, Лёрид, - Скэб слегка расслабился и даже сделал небольшой глоток - первый - из своего бокала. - Я попытаюсь что-то исправить.

- Вот и ладно, - Кирстен широко улыбнулся. - По крайней мере, нам не надо будет отменять эту проклятую церемонию, на которую мы уже истратили чертову кучу денег. Если бы они пропали зря, Вайкел нас с тобой просто загрыз бы! Поговори с Ронайсом - пусть уже начинает собирать своих писак.

- Да, Лёрид, - Сеймор Скэб поднялся с кресла и вышел из кабинета, оставив свой бокал недопитым.

Кирстен медленно втянул остаток напитка сквозь зубы, почти не чувствуя вкуса.

"Ты был прав в одном, Сеймор, - сказал он про себя. - Ничего уже не будет так, как прежде. А чтобы решать новые проблемы, понадобятся новые люди".

30-32.03.5374 года

- Я понимаю, что вам, наверное, нужны какие-то другие люди, но у меня их нет! - Агим Рагови, бывший писатель, публицист и правозащитник, а ныне - один из неформальных лидеров в лагере ссыльно-переселенцев, возмущенно запрыгал вокруг Майдера Билона. - По крайней мере, за те деньги, которые вы платите!

- О, вы уже начинаете торговаться? - иронично поднял бровь Билон, на секунду отрываясь от своих записей. - Увы, вынужден вас разочаровать: расценки утверждены и пересматриваться не будут. Как говорится, хотите - копайте, хотите - не копайте. Но вообще, в том, где вы пытаетесь усмотреть ущемление прав ваших соплеменников, я вижу банальную лень. Лопатой орудовать - это не за прилавком стоять!

- Почему у вас такое предубеждение против торговли?! - Рагови был настолько возмущен, что даже остановился. - Да, наших предков везли в Гордану как рабочих, но каждый из них хотел разбогатеть и стать торговцем. Разве это плохо?! Или нарушает какие-то ваши традиции?! Насколько я понимаю, стремление к богатству является стержнем всего горданского общества!

- Проблема не в торговле как таковой, - невнятно согласился Билон, пытаясь разобрать вчерашние записи начальника геологической партии Дагира Дельвина. - Проблема в вас.

- И в чем вы видите здесь проблему?! - Рагови снова подскочил, размахивая руками. - Да, мы отличаемся от вас. Но что плохого в стремлении сохранить национальные традиции, культуру, религию, обычаи? Мы происходим из разных народов, но ощущаем свою общность. Мы - меньшинство, живущее в чужеродном окружении, поэтому желание помогать и поддерживать друг друга вполне естественно!

Билон, вздохнув, отложил записи. Похоже, ему предстояла очередная дискуссия, ставшая в последние дни чем-то вроде ежедневного утреннего ритуала. Рагови, очевидно, сильно не хватало в лагере привычной для него атмосферы интеллектуальных схваток. Поэтому, наверное, каждую беседу с Билоном, которого он явно выделял среди остальных членов геологической партии, он норовил превратить в спор на одну из двух излюбленных им тем - дискриминацию выходцев из Заморья и борьбу за их попираемые на каждом шагу права.

В первые дни Билон, порой, даже не знал, чем ответить на эмоциональные доводы известного правозащитника, но теперь он уже чувствовал себя во всеоружии, готовясь пустить в ход по-настоящему веские аргументы.

- Вы сами делаете ваше окружение чужеродным, - напористо сказал он. - Вы отказываетесь слиться с нашим обществом, ассимилироваться, хотя живете в Гордане уже десятилетия. Вот у вас кто приехал в Гордану - дед или прадед?

- Прадед, - Рагови немного успокоился.

- Из Дахрана? - Билон наобум назвал родину большинства заморских переселенцев.

- Нет, из Дарглона. Но он был бурхиба, так что вы почти угадали.

- Вот видите, - Билон сделал приглашающий жест, предлагая Рагови присесть. - Вы - представитель третьего поколения, родившегося на нашей земле, но до сих пор ощущаете себя не горданцем, а бурхиба из Дарглона. Вы здесь чужой, потому что отказываетесь стать своим.