химеромобиля. И только затем снова заговорил:
— Здесь на громкой связи Роланд Десмонд. Он сказал, что хочет поговорить с вами. Только без лишних ушей. Один на один.
Сказав это, Кеннет забрал с собой военного и отошёл, явно стараясь сделать это быстро и убраться как можно дальше.
Ольга вопросительно на меня взглянула, и я сказал:
— Подожди меня вместе с Вийонами и Октавией.
Она с явным разочарованием кивнула и отошла.
А я обратился к Десмонду:
— Снова ты.
Из трубки донеслось:
— Не понимаю, Макс, зачем ты обостряешь ситуацию? Эта территория принадлежит нашим вассалам. Зачем ты пытаешься туда прорваться?
Я засмеялся:
— Прорваться? Интересные слова ты выбираешь, Роланд. Я пока и пальцем не тронул Кеннетов. Хотя имею на это полное право. И, выражаясь в твоей манере, это они ворвались на мою территорию и, прикрываясь твоим именем, мешают мне пройти внутрь.
— Чушь собачья. Не знаю, где ты нашёл эти бумажки, но можешь выбросить их на помойку. И я настоятельно рекомендую тебе покинуть эти земли, — угрожающе закончил он.
— Или что? — улыбнулся я.
— Не успел вернуться, а уже хочешь войны? — вопросом на вопрос ответил он.
Честно сказать, за эти два разговора Роланд начал меня утомлять. Я едва удержался от соблазна сжечь смартфон и просто поехать дальше, вглубь очага. В конце концов, вряд ли меня кто-то мог сейчас остановить.
— Роланд, дружище, неужели возраст всё-таки тебя подкосил? — притворно вздохнул я. — Не понимаю, что происходит с твоей памятью. Сначала ты забываешь, кому на самом деле принадлежат эти земли, а потом, что Рихтерберг заблокирован. Или как ты себе представляешь нашу войну? — я засмеялся. — Можно, конечно, сыграть друг против друга матч в компьютерной игре. Ведь, по-другому, боюсь, что тебе до меня не добраться.
— Воздух не перекрыт, — процедил он.
— А… это… ты имеешь в виду эти летающие машины, которые вы называете дирижаблями? Стоит признать, я был впечатлён, когда увидел их в первый раз. Но ещё больше мне понравилось сбивать дирижабль Катарины над очагом. Кстати… — протянул я, — ты же не видел, как она мутировала и погибала? Могу отправить тебе видео. Из первых глаз, так сказать.
— Хватит, — не выдержал Роланд.
Но я продолжал:
— Честно сказать, мне даже интересно, в какого монстра мутируют Десмонды? А тебе? Вийоны выглядят отвратительно. Жаль только, что, когда мутируешь ты сам, тебе будет уже не до этого.
— Хватит, — повторил он, — в столице достаточно Десмондов, чтобы справиться с тобой.
— Неужели? — усмехнулся я. — Тогда не буду тебя отговаривать. Риск — дело благородное. Вот только, боюсь, ты тогда потеряешь не только эту территорию, которая и так моя, и я могу доказать это в суде, но и все твои вокзалы, Пирамиду и всю остальную вашу недвижимость, которая находится в Рихтерберге. Хватит у тебя Десмондов, чтобы всё это защитить? Дело не в потерях, Роланд. Я верю в то, что твой клан способен это пережить. А в их бессмысленности. Я заберу всё, чем ты владеешь в Столице. А ты в ответ сможешь лишь отправлять мне гневные сообщения по телефону. Готов ли ты к такому ради клочка земли, который даже не твой?
В трубке повисла долгая тишина. Похоже, что Роланд обдумывал мои слова. Я не мешал. Пускай хорошенько пораскинет мозгами.
Конечно, в обычной ситуации клан Десмондов нам ещё не по зубам, и Роланд, если и не знает этого точно, но вполне себе об этом догадывается.
Но сейчас он может только бессильно клацать зубами. Близко локоть, да не укусишь.
Так что я почти не сомневался в том, что он примет правильное решение. Особенно после того, как я упомянул Пирамиду.
Как мне было известно, Десмонды гордились этим клубом. Они считали его революционным и единственным в своём роде, так что вряд ли Роланд согласен с ним расстаться.
— Ладно, — в конце концов, недовольно сказал он, — позови Кеннетов, я отзову охрану.
— Правильное решение, — весело похвалил его я, — но, если тебе нужна помощь с работой мозга, в частности памяти, только скажи. У меня теперь целая толпа Вийонов под рукой, они точно найдут решение. Да я и сам… своего рода лекарь, — засмеялся я, жестом подзывая тех, кто терпеливо ожидал завершения нашего разговора.
— Я уступил сейчас, — в голосе Роланда слышалось крайнее раздражение, — но, будь уверен, Макс, я тебе этого не забуду.
Этот его пассаж я проигнорировал и просто дождался, когда он распорядится, чтобы Кеннеты убрались отсюда.
В конце концов, когда это произошло, мы подождали буквально пару минут, наблюдая, как ошарашенные таким поворотом событий маги собирают вещи, чтобы покинуть это место.
Военным же было достаточно документов, которые мы предоставили, чтобы не иметь никаких вопросов к тому, что мы хотим поехать вглубь очага.
— А мы точно не мутируем? — тревожась спросила Бланш перед тем, как мы пересекли его границу.
— Не волнуйтесь, княгиня, — подбодрил её Луи, — мы уже хорошо протестировали этот препарат. Кроме того, мы сами много дней жили в Старом Форте и, как видите, совсем не похожи на мутантов.
Ольга насмешливо добавила:
— Бланш, если так боишься, то могла бы остаться дома. Чтобы получить отчёт о происходящем совсем не обязательно присутствовать здесь лично.
— Я не трусиха, — гордо вздёрнула носик новорожденная княгиня, — но здоровая осторожность ещё никому не вредила.
— Ну не знаю… — скептично протянула внучка.
Бланш же явно отнеслась к этому серьёзней, чем следовало бы. Потому что продолжила горячо отвечать.
— Если я отсиживалась на войне, то только потому, что так было необходимо! А вообще-то я — боевой лекарь высшего класса. И мои навыки могут сильно пригодиться.
— Расслабься, Бланш, — миролюбиво отозвалась Ольга, на что та в ответ только обиженно фыркнула.
Но Бланш была права. Её умения действительно не раз пригодились.
Хотя очаг здесь был искусственным, его классифицировали как «Дельту», то есть как достаточно сильный, чтобы создать много проблем для любой обычной команды чистильщиков.
Так что неудивительно, что желающих его зачистить за это время никто так и не нашёл. А может, и не искал, конечно, вполне удовлетворившись, что туда теперь ещё меньше захотят соваться.
Но для моей команды зачистка этого очага стала даже не тренировкой сил и не отработкой тактики совместной
