Читаем без скачивания Щит Времени (сборник) - Пол Андерсон

1989 год от Рождества Христова

Туман, сгустившийся на западе, поглотил рассветные лучи и заволок голубой небосвод белизной. Но холодный ветер с невидимого океана уже начал рвать туманную завесу на клочья и длинные узкие ленты. Листья на ветках кустарника затрепетали. Неподалеку переливалась темной зеленью кипарисовая роща. С одиноко стоящего дуба взлетели с карканьем два ворона.

Первой реакцией Ванды Тамберли было удивление.

«Что произошло? Где я?»

Она, затаив дыхание, огляделась по сторонам и, не увидев признаков присутствия человека, испытала чувство облегчения. На долю секунды ее охватил страх при мысли, что поблизости может оказаться дон Луис. Но нет, это абсурд, ведь Патруль отправил конкистадора восвояси, в полагающийся ему век. Кроме того, здесь не Перу. Темпороллер примял молодую траву, и она даже почувствовала легкий аромат растений. Их испанское название – yerba buena – и дало в свое время название поселению, переименованному позже в Сан-Франциско.

Пульс ее бился неровно.

– Успокойся, девочка! – прошептала Ванда и перевела взгляд на приборный щиток, расположенный на руле темпороллера. Он показывал дату, местное время, широту, долготу. Да, все приборы показывали параметры, заданные Вандой, с точностью до доли секунды, – незамеченными пролетели только те мгновения, когда она в изумлении озиралась по сторонам. Перекрестье линий на компьютерной карте тоже указывало верную позицию. Дрожащими пальцами она вызвала крупномасштабную схему. Центр пересечения линий находился там, где ему и положено, около букинистического магазина в районе Кау-Холлоу, что служил прикрытием для базы Патруля.

Вдали возвышались Ноб-хилл и Рашен-хилл. Но они ли? Ванда помнила эти возвышенности застроенными домами, а не поросшими кустарником. В противоположном направлении – очертания Твин-Пик, такие знакомые ей, но где же телевизионная башня? Куда все подевалось? Она приземлилась не в подземном гараже, а на поверхности, и вокруг никого нет.

Что-то было не так. Ванда нажала на педаль и подняла аппарат вверх. Воздух засвистел, обтекая силовой экран. Она поняла, что поддалась панике. Взяв себя в руки, Ванда зависла на высоте две тысячи футов. В ушах звенело. Барабанные перепонки пронзила боль, которая и вернула ее к действительности: происходящее из кошмара превратилось в обычную проблему, требующую решения.

«Ну не глупо ли – болтаться на виду у Бога и радаров? Ладно, вроде бы меня никто не видит. Ни единой души вокруг».

Ни Сан-Франциско, ни Трежер-Айленда – ни моста Золотые Ворота, ни Бэй-Бридж, ни жилых кварталов на востоке, ни кораблей, ни самолетов – ничего, кроме ветра и дикой природы. За проливом высились порыжевшие от солнца холмы округа Марин, горная цепь тянулась за Оклендом, Беркли, Олбани, Ричмондом, которых тоже не существовало. Океан серебристым блеском уходил на запад, а в северной его части серебро подернулось подвижной голубой пеленой. В дымке берегового тумана Ванда увидела песчаные дюны – там должен был находиться парк Золотые Ворота.

«Словно здесь еще не ступала нога белого человека. Наверное, неподалеку есть индейские поселения. Может быть, что-то сдвинулось в темпоральном механизме роллера, и я промахнулась, не попав в двадцатый век? Никогда не слыхала о таких неполадках, но ведь все эти высокотехнологичные штучки ужасно капризны».

И вдруг словно дружеская рука коснулась ее: Ванда вспомнила, что агенты Патруля есть на каждом отрезке последнего миллиона лет. Она включила коммуникатор. На радиочастотах – молчание.

Ветер на высоте был сильнее и холоднее, чем внизу. Ванда почувствовала, что совсем окоченела. На ней были лишь блузка, слаксы и босоножки. В оборудование темпороллера не входили экзотические средства связи типа нейтринного модулятора, но радио Патруль свободно использовал во все эпохи до Маркони… Или кто там был раньше – Герц, Клерк Максвелл или кто-то еще? Может, в данный момент просто никто не работал в эфире?

– Алло! Алло! На связи специалист Ванда Тамберли… Пожалуйста, ответьте!.. Жду связи… Ответьте, пожалуйста!

Должен ведь быть радиомаяк, на который можно настроиться? Или она слишком удалилась от него и никто не может принять ее сигнал? Навряд ли, ведь ученые даже ее времени принимали совсем слабые сигналы в пределах Солнечной системы. Но Ванду никогда не увлекало радиолюбительство.

Вот Джим Эрскин, тот был просто помешан на радио. Он мог заставить электроны танцевать фанданго. Одно время они встречались, когда учились в Стэнфорде. Если бы Джим был рядом! Но ведь она навсегда рассталась с друзьями, поступив на службу в Патруль. И со своими домашними, и со всеми близкими родственниками – за исключением дяди Стива. Нет, конечно, она навещает близких, лжет о своей замечательной работе, которая требует столь долгих отлучек, и тем не менее… Одиночество, как ветер, жгло Ванду.

– Стоит найти местечко потеплее и подкрепиться, – пробормотала она. – Желательно такое, где подают горячий ром.

Эта мысль немного развеселила Ванду. Она направила аппарат вниз, вдоль залива.

В воздухе висели тысячи пеликанов и больших бакланов. Морские львы грелись на берегах островков. На восточном побережье Ванда обнаружила прелестное местечко в роще мамонтовых деревьев, сквозь листья которых солнечные лучи падали золотистым дождем. Среди деревьев журчал ручеек, а в нем резвились рыбки.

«Необитаемость – понятие относительное», – подумала Ванда.

Сойдя с аппарата, она скинула босоножки и несколько минут занималась бегом на месте, ощущая под ногами податливо-мягкую почву. Согревшись, она открыла багажник, чтобы осмотреть свои пожитки. Чертовски скудно. Стандартный набор для чрезвычайных ситуаций: шлем, парализатор, изотопная батарея, фонарик, прожектор, бутылка воды, белковые плитки, маленькая коробка с инструментами, небольшая аптечка. Сумка с несколькими сменами одежды, зубной щеткой, расческой и прочим, что Ванда брала с собой на курорт, – там она в основном носила казенную одежду, хранившуюся на складе для гостей. Маленькая сумочка с обычными женскими побрякушками двадцатого века. Несколько книг, которые Ванда изредка открывала на отдыхе. Подобно большинству агентов, которые несли службу вдали от родных мест и не имели постоянного места жительства, у нее была камера хранения на местной станции Патруля, где она держала вещи первой необходимости включая деньги. Она планировала взять оттуда все, что ей потребуется, и на такси отправиться к родителям, поскольку те не могли встретить дочь в аэропорту. Будь родители в состоянии добраться туда, Ванде пришлось бы выдумывать новую ложь.

«О папочка, мамочка, Сузи! И мои кошки!»

Чистота окружающей ее природы постепенно вытеснила отчаяние. Она решила, что ей не следует сразу возвращаться в плейстоцен, хотя, черт побери, разве не здорово было бы снова встретить там Мэнса, крепкого, надежного и способного на… Вслепую носиться по окрестностям тоже нет смысла. Если нельзя доверять перемещениям во времени, то следует взять курс на восток. Может быть, она найдет там европейских колонистов или, перелетев океан, в любом случае выйдет на связь с Патрулем.

Ванда натянула старую куртку, валявшуюся в багажнике с прежней экспедиции, которая теперь вдруг показалась чем-то далеким и полуреальным, надела носки и крепкие башмаки. Шлем на голову, оружие на пояс – Ванда была готова к любым неприятностям. Она оседлала роллер и, маневрируя между гигантскими стволами деревьев, поднялась в небо.

Зелень окаймляла берега Сакраменто и Сан-Хоакин-ривер; под Вандой стелился рыжевато-коричневый ковер без следов ирригационных и сельскохозяйственных работ, скоростных автомагистралей и городов. Нетерпение кололо словно иголками. Даже на скорости реактивного самолета ей казалось, что роллер летит слишком медленно. Она могла перейти в сверхзвуковой режим, но и этого было бы недостаточно, а кроме того, приходилось помнить об экономии энергии, которая, вероятно, потребуется позже. Несколько минут Ванда собиралась с духом, потом включила систему пространственного переноса и резко нажала кнопку.

Под ней вздымались вершины Сьерры, вдали желтела пустыня, а солнце стояло уже высоко, как ему и положено. По крайней мере, она могла переноситься в пространстве.

Дальше Ванда двигалась короткими скачками. Бесконечный травяной покров переливался под ветром волнами. Тяжелые кучевые облака громоздились на юге. Радио по-прежнему безмолвствовало.

Тамберли прикусила губу. Это было странно. Она уже довольно долго неслась над прериями. Множество пернатых, но животный мир на земле оказался на удивление бедным. Она заметила табун мустангов, а позже нескольких бизонов. Но ведь черно должно быть внизу от них! На правом берегу Миссури курился дымок. Ванда, подлетев ближе, включила оптический прибор и увеличила изображение. Да, люди. У них есть лошади, и живут они в деревеньках с лачугами, крытыми дерном, и распаханными клочками земли за частоколом…