и посмотрю на её лицо», ― размышляла я молча, пока подходил гопник.
Когда же он оказался достаточно близко, то размахнулся битой и собрался нанести удар в плечо, но я отскочила назад, а затем сразу же ринулась вперёд, целясь ладонью в нос. Силу рассчитывала так, чтобы потекла кровь, но чтобы не сломать ничего. Однако моё сознание захватила картина, как его голова лопается и разбрызгивает содержимое по стенам и асфальту. Кажется, испугавшись, я даже не дотронулась до носа рейдера, однако он испугался не меньше и повалился на задницу.
― И это всё? ― шевелил он носом, пытаясь понять, идёт кровь или нет. ― Ребята, хуярьте её, пока не скажет!
В ужасе я встала в стойку и приготовилась, но пришла отличная идея.
― Хорошо, я дам подсказку! Не надо бить! ― подняла руки в успокоительном жесте.
― Ну так говори! ― встал с задницы наглец и вышел вперёд банды.
― Тыква, нет: «Прямо как тыква». Ребята, я сама пока не знаю, что это значит, только не бейте, ― играла я роль испуганной девчонки, произнося этот бред. Всё равно гондоны никак не проверят до завтра, а от оригинальной подсказки «Кратно четырём» это мало чем отличается.
Рейдеры недоумевающе переглянулись. Затем главарь перевёл на меня полный злобы взгляд.
― Какая ещё на хер тыква! Ты шутить вздумала? ― взревел он, подходя ближе. ― Давай-ка мы для профилактики тебя отпиздим, а потом ещё раз спросим.
Проклиная свой мозг, что так сильно испугался силы своего тела, я приготовилась принимать удары, но услышала голос сзади.
― Оставьте её, дети. Она вам не по зубам.
Я обернулась на звучный голос и увидела крупную фигуру мужчины с массивным прорезиненным посохом в руках, стоящую в за мной в тёмном переулке.
Рейдеры, к моему удивлению, уже сверкали пятками, а я осталась наедине с тёмным капюшоном, из-под которого виднелась белая ухоженная борода. Посеребрённые рыцарские доспехи покрывали руки и ноги, а торс скрывала чёрная ткань. На груди мужчины нарисован белый диагональный крест, поверх которого ― шестиконечная золотая звезда, олицетворяющая человека, который отдал жизнь за людей. Старинная притча, после Генетической революции в неё уже никто не верил. Религия отвалилась сама собой, без упразднений и репрессий, и только отдельные паломники блуждали по свету и пытались вернуть славу Спасителю. Лично у меня, закоренелой атеистки, подобные персонажи доверия не вызывали.
― Спасибо за помощь и… кто вы? ― сделала я два шага назад, позволяя ему выйти из темноты переулка.
― Меня зовут Лоуренс Саншайн. К вашим услугам, ― ответил мужчина, опуская капюшон и открывая мне своё красивое, тронутое морщинами лицо и средней длины волосы с немногими оставшимися русыми прядями.
― Вы меня знаете? ― спросила я, вспомнив фразу Солнечного.
― Конечно. В предании написано, что хаос поглотит богов и родит порядок. Я уверен, что это ты, ― без тени усмешки ответил мужчина и опёрся на посох, ссутулившись.
«Ты ― это кто? Порядок или хаос?» ― спросила я себя. В любом случае, в этом бреде даже разбираться не хочу.
― О, хорошо, ещё раз спасибо за помощь. Всего доброго, ― ответила я на его хрень и двинулась по улице дальше, размышляя, упоминать о нём в дневнике или нет.
Спустя пару десятков шагов услышала истошные голоса дальше по улице, а один из рейдеров бежал ко мне на встречу. Опустила глаза вниз и увидела трамвайные рельсы.
«Блядь!» ― выругалась я и бросилась назад, краем глаза заметив бедолагу, схваченного Тварью за торс. Что ж, достойное наказание за попытку избить меня. Будет теперь всю ночь от оргазмов содрогаться на отвратительной трёхголовой массе. Когда я пару раз видела Тварь из окна, мне казалось, что она перемещалась значительно медленнее, но сейчас расстояние между нами сокращалось стремительно. Пневмомышцы свистели и скрипели, толкая хищную до половых органов Тварь за мной, а ужас, что испытывала я, не описать словами.
― Сюда! ― крикнул мне Лоуренс из переулка.
Я едва вписалась в поворот, когда ударилась плечом в стену, не удержалась на каблуках и упала, ободрав колено.
Попыталась перекатиться и встать, но мощная рука Твари схватила меня за голень. Переулок был шириной всего полтора метра, и при всём желании Аббата не залез бы сюда, но ошибка будет стоить мне потерянной ночи и всего дня завтра на отходняке. Мысленно уже смирилась, пока Тварь подтаскивала меня по земле к себе, но увидела взмах дрына Лоуренса. Раздался громогласный крик.
― Отпусти её, монстр! ― вскричал он и опустил свой посох на предплечье Аббата.
Раздались глухой удар и шипение. Похоже, одна или две из пневмомышц сломались, а резиновая кожа лопнула, и на меня хлынул поток жидкости, наверно охлаждающей, ― плохо разбираюсь в этом. Ещё удар ― и, показательно взревев, Тварь отпустила мою ногу. Подхваченная на руки, я оказалась в помещении, куда меня пронесли через открытую дверь в переулке. Лоуренс поставил меня на ноги рядом и прижался к стене у окна, наблюдая за Тварью. Я же почувствовала себя очень странно.
«Он очень красивый. Просто глаз не оторвать», ― думала про себя, подходя ближе к Солнечному и стирая с лица и выплёвывая белую жидкость. Не то чтобы меня привлекали мужчины постарше, но Лоуренс весьма симпатичен и, похоже, силён. Прижалась к нему телом, положила руки на плечи и приблизилась лицом, страстно желая поцелуя. Дыхание едва справлялось с ударами сердца, а томящая, разрывающая похоть тянула живот, и ноги слипались от обилия смазки.
― Лоуренс, пожалуйста… ― пыталась я поймать его губы, обрамлённые седыми усами и бородой, но он был сконцентрирован на Твари, выискивающей нас.
― Лана, тише, монстр… ― пытался он сказать, но был захвачен моим поцелуем.
Как же это было приятно. Не помню, насколько громко я стонала всего лишь от поцелуя, но мужчина развернул меня, зажал рот рукой, а другой скользнул под ткань к моей щёлке и ласкал. Надрываясь в стонах, я дрожащими руками и телом пыталась нащупать под тканью член за своей попкой. Когда же это вышло, горячая плоть
