часа и семнадцать минут.
— Хорошо. Пусть заглянет ко мне, как закончит. Пройдёмся по дальнейшим шагам.
* * *
Квартира Гончарова оказалась роскошной. Даже слишком. Почти четыреста квадратных метров. Он, похоже, выкупил целый этаж.
Гнида.
Переступая по дорогим коврам, я хотел что-нибудь сломать. Просто из духа противоречия. Меня сопровождало несколько людей Никифора, а сам полковник прибыл сюда получасом ранее.
Из сжатого отчёта бойцов стало ясно, что Янус раскололся, как Шалтай-болтай. И никакая королевская рать его уже не сможет собрать. Он признался во всём. Предоставил исчерпывающие доказательства и мельчайшие детали. Согласился сотрудничать со следствием и в сегодняшней операции, в том числе.
Что именно думал на эту тему Директор СВР Акопян, оставалось загадкой. Уверен, закулисная борьба сейчас гремит яростная.
Наконец, мы вошли в безвкусный кабинет, который, конечно же, имел огромный письменный стол из деревянного массива, такой же книжный шкаф и все остальные атрибуты достатка и власти. Не обошлось и без портрета на стене. На холсте сам Гончаров и его супруга позировали на фоне живописного озера.
Закатив глаза, я покачал головой и пожал руку Никифору.
— Всё готово?
— Да. Техники вывели картинку с его монитора на этот телевизор, — махнул рукой полковник. — Будут две попытки идентификации. Пароль-ответ в начале, и спустя шестьдесят секунд от начала разговора.
Сам Янус провалился в недра кресла и выглядел до крайности жалко. Волевое лицо осунулось и постарело, щёки обвисли, а глаза смотрели в пол.
В комнате кроме нас находилось ещё несколько агентов, пристально следящих за каждым движением Гончарова. Пусть только попробует сделать какую-нибудь глупость.
Телевизор тем временем отобразил работу шифровальной программы, окно логина и пароля, а затем окно чата. В нём, спустя, мгновение, появился текст.
«Красный март сулит багрянец и негу».
Гончаров вздохнул и мерно заклацал по клавишам.
«Золотой апрель предвещает ласковый сон».
Я задержал дыхание.
[1] ЗАТО — Закрытое административно-территориальное образование.
Глава 36
Несколько томительных секунд ничего не происходило, а потом на экране побежал новый текст.
«Требуется информация по всем защитным мерам, имеющимся в Златоусте-36. Расписание боевого дежурства, численность гарнизона, его вооружение и техническое оснащение, план здания и карта местности. Сколько времени потребуется, чтобы всё это предоставить?»
Значит, они всё-таки интересуются модификациями ядерных боеприпасов, чтобы однажды сыграть в звёздные войны. Твою-то мать!
Гончаров бросил вопросительный взгляд на Никифора, и тот, задумавшись, ответил:
— Скажи, что до полуночи завтрашнего дня информация будет у тебя.
Янус послушно отбил продиктованный текст.
«Как идёт сбор данных по агенту, задействованному в Будапеште? Что о нём удалось узнать?»
— Скажи, что ты уже нашёл сотрудника в нашем ведомстве, который готов слить нужную информацию за взятку. Ты работаешь над этим вопросом и у вас запланирована встреча на послезавтра.
Клацанье клавиш в тишине.
«Очередной транш ожидайте до конца недели. Условия те же».
— Сколько там будет? — раздражённо спросил полковник.
— Миллион долларов в криптовалюте, — меланхолично отозвался Гончаров.
«Серый ноябрь источник холодной тоски».
Господи, кто все эти пароли-отзывы придумывает и почему они звучат, как строчки из дерьмового хайку?!
«Белый декабрь укроет навеки под снегом слепящим», — ответил Янус.
«Следующий сеанс связи по готовности запрошенной информации».
Собеседник вышел из чата.
— Значит, Златоуст, — задумчиво протянул Никифор, прижав руку к подбородку.
После чего покинул комнату, позвав меня жестом за собой.
— Мы выяснили цель противника, а также выиграли минимум 24 часа на подготовку. Это уже неплохо, — скорее для себя, чем для меня проговорил он.
— Почему не попросить отсрочку побольше?
— Слишком подозрительно. С его должностью Гончаров действительно может быстро достать нужные американцам сведения. Нельзя дать им знать, что мы водим их за нос.
— Атака произойдёт в ближайшие дни, — заметил я.
— Тоже так думаю. В прошлые разы от передачи Янусом сведений до атаки Фантома проходило не больше сорока восьми часов.
— Тогда пакую чемодан?
— Да. Завтра вечером вылетишь в Златоуст вместе с группой Кречета. Нужно подготовить Фантому тёплую встречу и сделать так, чтобы в этот раз он не ушёл от нас. Новая директива — брать живым или мёртвым. Шутки кончились.
Обратный путь до военной части дался нам тяжело. Завязли в пробках. Вся Москва стояла из-за прилёта каких-то важных шишек. Водители гудели и сигналили, как дурные, мешая мне размышлять.
В этот раз информационное преимущество на нашей стороне. Мы знаем, где ударит невидимый ублюдок, и знаем, когда. Остаётся лишь захлопнуть ловушку. И всё же, на душе было неспокойно. Слишком много вещей могло пойти не так.
Утро и первую половину дня я посвятил спаррингу с ребятами Кречета, магическим тренировкам и просеиванию воспоминаний Гончарова в попытке отыскать крупицы полезной информации. Что-то, способное дать нам дополнительное преимущество.
Капитан Дербенко скользнул вбок, уходя за пределы моего поля зрения и нанёс стремительный удар. Почти достал. Я опомнился и заблокировал его ногу в последний момент.
— Что-то ты не о том думаешь весь день, Васнецов. Соберись, — бросил он и перетёк в следующую стойку.
Резкая двойка, апперкот и неожиданный удар локтем. Переключившись, я увернулся от первых трёх атак, и отбил ладонью в сторону четвёртую.
— Что-то зудит в башке, а понять не могу, — признался я.
— Бывает. Интуиция?
— Возможно.
— Экипировку хоть собрал уже? Скоро вылетаем.
— Да. Знаешь, пойду-ка кое что перепроверю.
Быстрым шагом я вернулся к себе в комнату и запер дверь.
Соберись, Стальнов. Что не так? Ты же Арбитр. Докопайся до правды.
Слишком всё... просто. Да. Прежде они действовали хитроумно, опережая нас на каждом шагу. А сейчас мгновенно выдали цель грядущей атаки.
Да, но у них имелась на то причина. Двойной агент, которому ЦРУ доверяет. И он прошёл проверку. Как с нашей стороны, так и со стороны куратора.
