С началом военных действий в августе 1914г. проблема "свободы морей" и тесно связанный с ней вопрос о правах нейтральных стран приобрели громадное значение. В самом начале первой мировой войны правительство США запросило воюющие стороны, будет ли ими соблюдаться Лондонская декларация 1909 г. и рекомендовало им придерживаться последней. Британское правительство дало ответ, что оно будет соблюдать соответствующие правила, но с некоторыми изменениями, которые сочтет необходимыми. В том же духе высказывались союзники Англии. Германия и правительства центральных держав, напротив, ответили, что они принимают правила Лондонской декларации при условии их соблюдения другой воюющей стороной.
Однако уже в первые недели войны обе стороны начали систематически отрекаться от принципов международных соглашений по морской торговле и попирать их одно за другим под предлогом нарушения этих принципов противником. Уже 13 августа Эдвард Грей опубликовал заявление, что все суда, направляющиеся в Роттердам, будут подразделяться на три категории: 1) суда под флагом противника; 2) суда, следующие из Соединенных Штатов; 3) остальные. Большинство британских государственных деятелей к концу сентября 1914 г. пришли к убеждению, что именно экономическая блокада поможет выиграть войну. Лишь очень немногие допускали возможность конфликта с США на этой почве. Асквит был, пожалуй, единственным человеком в правительственном кабинете, который считал, что Англия не может себе позволить утратить доброе расположение Америки и должна стараться сохранить его любой ценой. Грей, Черчилль, Ллойд Джордж, Китченер и другие требовали ужесточения ограничений по морской торговле. На введении непроницаемой морской блокады настаивало и французское правительство.
Новый этап в попрании прав нейтральной торговли начался с возвращением 30 октября 1914 г. в Адмиралтейство Фишера. С 3 ноября всякое нейтральное судно, направлявшееся в Северное море без английских навигационных документов, рисковало взлететь на воздух на британских минных полях, выставленных в международных водах. Для получения таких документов требовался заход в один из английских портов. В порту капитан должен был доказать, что его груз не является военной контрабандой и не попадет в Германию непосредственно либо окольным путем. Военной контрабандой были объявлены все сколько-нибудь существенные предметы международной торговли, включая хлопок и продукты питания. Пользуясь отсутствием решительных действий со стороны Америки, 5 ноября английский военный корабль захватил рефрижератор "Альфред Нобель", следовавший с грузом мяса в Копенгаген. Вскоре подобные захваты стали обычным делом.
Почему же США уже в первые три месяца войны не предприняли никаких действенных шагов, чтобы отстоять свои права? Американцы вполне могли наладить эскортирование конвоев из нейтральных судов своими военными кораблями, как это они уже делали в 1798 г. После войны Грей признался, что нейтральных конвоев он опасался больше, чем любой другой формы протеста со стороны США. Ответ на поставленный вопрос может быть двояким. С одной стороны, ряд государственных деятелей США, например, Уолтер Пейдж, опасались, что радикальные меры противодействия Великобритании могут привести к войне с этой страной. С другой стороны, те, кто "делал" американскую внешнюю политику между августом и октябрем 1914 г. – У. Пейдж, Р. Лансинг, Э. Хауз и, наконец, сам президент Вильсон, – судя по их неофициальным высказываниям, явно стояли на стороне Антанты.
Пользуясь этим. Грей постарался сделать морскую блокаду настолько действенной, "насколько можно было обойтись без разрыва с Соединенными Штатами". Но в конечном итоге Вильсон вынужден был уступить давлению со стороны возмущенного общественного мнения. Многие американцы были обеспокоены начавшимся глобальным конфликтом и незащищенностью США. Прежде всего это относилось к восточному побережью Америки. Консерваторы по своим убеждениям и сторонники республиканской партии по политической ориентации, хорошо образованные и имевшие представление о положении дел в Европе не понаслышке, они начали политическую кампанию осенью 1914 г. за "готовность" к возможной войне. Они требовали принятия программы военно-морского строительства, которая обеспечила бы США военным флотом, гарантировавшим от любого вторжения, и создания армии, численностью как минимум в 1 млн. человек, основанной на всеобщей воинской повинности. Возглавили кампанию такие влиятельные люди, как бывший президент Теодор Рузвельт, сенатор Генри Кэббот Лодж, бывший госсекретарь Элиу Рут. После того как Великобритания начала осуществлять бескомпромиссную морскую блокаду, это движение получило дополнительные козыри в своей агитации.
Таким образом, непосредственной причиной англо-американских трений в начале первой мировой войны явились военные мероприятия Англии, имевшие целью блокаду стран Тройственного союза, с одной стороны, и стремление американского капитала к неограниченной торговле со всеми воюющими сторонами, с другой. Английское правительство объявило почти все сколько-нибудь существенные предметы международной торговли военной контрабандой. Северное море было объявлено военной зоной и заминировано. Торговля США с Германией и Австро-Венгрией уже к 1915 г. практически прекратилась. Госдепартамент США бомбардировал Лондон нотами протеста по поводу морской блокады. Некоторые из этих нот были составлены в весьма резких выражениях. И, несмотря на то что многие руководители политики и дипломатии с обеих сторон принимали все возможные усилия к тому, чтобы по возможности сглаживать противоречия и не доводить до конфликта, расхождения между Вашингтоном и Лондоном все увеличивались.
В течение всего лета 1915 г. в Вашингтоне тщетно ожидали ответа от союзников на посланные протесты. К тому времени движение за "военную готовность" достигло такого размаха, что Вильсон вынужден был четко обозначить свою позицию В июле 1915 г. он поручил главам военного и военно-морского департаментов подготовить программы по перевооружению. "Неожиданная перемена Вильсоном своего курса от безразличия ко всемерной поддержке ознаменовала важнейший рубеж в истории морской политики", – писал Р. Дж. Албион. К осени 1915г. кризис в англо-американских отношениях еще более обострился. "Усиление английской блокады в начале лета – единственное оружие, которое в то время могло быть эффективно использовано против Германии, – вызвало бурю жалоб со стороны американских судовладельцев, твердивших, что Вильсон и министерство иностранных дел раболепствуют перед англичанами, пренебрегая американскими интересами. Они требовали контрмер".
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
