Мы, то есть я со своими кавалеристами, идем шагом, подстраиваясь под пехоту. Привал у нас был один, краткий. Мне отчего-то кажется, что следует поторопиться. Нас ведут двое кентавров-проводников. Один из них, кстати, женщина. Ее появление, помнится, вызвало у моих подопечных нездоровые смешки и ряд озвученных предположений о том, каким же образом делаются маленькие кентаврята. Я пресек это, сделав замечание и озвучив ближайшую, весьма нерадостную перспективу для шутника. То, что самый активный из рассуждающих на эту тему нечаянно потерял коня, а сам с неожиданно высокой скоростью устремился в кусты, а при этом совершенно случайно рядом с ним в это время находилась проводница, я предпочел не заметить.
Я, кстати, не назвал бы эту даму красивой. То, что делает лица кентавров-мужчин выразительными — широкие брови, крупные носы, выпирающие подбородки — присутствует и на лицах представительниц женского пола, но, к сожалению, не красит их, а делает похожими на женоподобных самцов. Вот и наша проводница, несмотря на могущие украсить другую женщину длинные белокурые волосы, на украшения, макияж, кокетливый зеленый нагрудник (которому есть, что прикрыть), не кажется мне привлекательной. Я даже в чем-то понимаю Иксиона, обращающего внимание на человеческих мужчин, но едва ли признаюсь в этом кому-то.
По моим подсчетам до места расположения войск Иксиона остается около двух часов хода, когда на дороге появляется Терин Эрраде в сопровождении Андизара. Впрочем, последний тут же испаряется, не затруднив себя приветствием. Наша проводница, взметнув хвостом, резко останавливается.
— Свои, — устало проговаривает Терин, — здравствуй, Омелия.
— И тебе здравствуй, князь, — произносит кентаврица, убирая фалкаты в ножны.
— Вальдор, я за зоргами, — заявляет Эрраде.
— Что значит, ты за зоргами?
— Я забираю три батальона. Это приказ Кира. Мы не справляемся.
— Ты как это собираешься проделать, мне даже интересно?
— Валь, — выдыхает князь, — твое ехидство неуместно. Я не один. Первая группа уже отозвана. Они сейчас начнут прибывать сюда.
Первой группой мы условно именуем тех волшебников, кто не слишком хорош в качестве боевых магов. Условно мы разбили их на три группы, плюс архимаги — Мерлин, Кардагол и Саффа. Волшебница весьма эффективно использует свои иномирские навыки, несмотря на свой достаточно юный по сравнению с другими архимагами возраст. Лин, кстати, во второй группе, если работает один.
Начинают появляться волшебники — усталые, возбужденные, нервные маги, выдернутые с поля боя. Кто-то из них отряхивается, кто-то недоуменно озирается.
Связным с зоргами у меня выступает Дуськин знакомый, Джавингар. Через него и передаю команду второму, третьему и пятому батальонам зоргов выдвинуться вперед.
Терин стоит, прислоняясь к дереву — еще более худой, чем обычно, взъерошенный, чумазый. Его физиономия выглядит какой-то глуповатой, должно быть, от усталости.
— Устал? Пить хочешь? — спрашиваю я.
Мотает головой.
— Не хочу.
— Ты что такой измученный? Ты же позже должен был вступать?
— Я страховал. Это ж бывшие студенты, теоретики. И так эльфы шестерых сразу выкосили. Те даже сплетенные заклинания выпустить не успели. Валь, ты давай, оставляй зоргов, а сам двигай с бойцами дальше. Нам нужно время на переправку. А вы идите, хорошо?
Киваю. Принимаю решение разбить войско. Оставшихся зоргов оставляю на попечение кентавра-проводника. Забираю всадников, Омелию и вперед.
И все равно не успеваем.
Нас заворачивают на подходе. Свои же. Мы даже до места сражения не дошли. Были остановлены известием, что, благодаря прибытию зоргов теснящие до сего момента нас эльфы вынуждены были отступить на позиции. Как и мы.
— Валь, — рассеянно произносит Дульсинея, нервно размахивающая кончиком собственной косы, — есть одна новость. И она плохая.
— Очень плохая? — усмехаюсь я.
— Очень.
— А я доспехи снять и умыться могу, прежде чем ее выслушаю? Или нет?
На лице Дульсинеи появляется несвойственное ему выражение глубокой задумчивости. Ее голубой глаз начинает странно блестеть. Не знал бы Дуську, подумал, что…
— Или нет, Валь. Кира взяли в плен. Эльфы.
Она вздыхает и прячет взгляд. Я молчу. Дуська, решив, вероятно, что я в ступоре начинает торопливо бормотать, дергая меня зачем-то при этом за рукав.
— Он, ты понимаешь, стоял себе, стоял. А потом как ты тогда, как понесется! Только заклятия на нем не было. Я смотрела. Сам. А мы хотели его телепортировать, а он амулет…
— Дусь, помолчи, пожалуйста.
— Валь, его маг какой-то… Ну, Валь!
Она бормочет что-то и бормочет, так жалобно и непривычно. Как будто и не княгиня это, которую я знаю уже лет тридцать, а какая-то незнакомая мне женщина. Она отвлекает меня. И данных мало.
— Где Кардагол?
— Э… Он как бы не совсем в себе, — поясняет Дульсинея, разводя руками.
— Кардагол? — удивляюсь, — не в себе? Мы с тобой об одном и том же волшебнике говорим? Проводи меня к нему.
Дуська морщится.
— Лучше к Терину.
— Чем лучше?
— Ну… пусть он сам тебе все объяснит.
Недовольно морщась, следую за Дуськой. Морщусь и от новостей, и оттого, что зад мой, отвыкший в последние годы от длительных конных прогулок, зудит и ноет.
Заходим в палатку, а Терин спит. Спит на животе, подложив руку под голову. Видно, что как вернулся, так сразу и упал.
— Дусь? — интересуюсь я, — а другие кандидатуры у тебя имеются?
— Шеоннель! — радостно предлагает она.
— Дусь, если ты не заметила, я и сам еле стою. Давай ты сама изложишь, что произошло. Обещаю, сильно кричать не буду.
Усаживаюсь там же, в палатке, на хлипкий складной стульчик, смотрю на княгиню снизу вверх. Та достает зачем-то тапок. Что она, от меня собралась им отмахиваться?
Дульсинея косится на спящего мужа и быстро проговаривает:
— Кир ускакал. Его утащили. Кардагол видел, хотел туда. Мы его поймали, Лин его ударил, потом Шеоннель. А потом мы его связали, отобрали магический предмет… Ты, кстати, знаешь, что он еще и предметник? Неважно. Короче, мы ему еще рот завязали, а сейчас он лежит тут неподалеку. Наверное, в сознание уже пришел.
— Вы след того мага взять пытались?
— Валь! Это невозможно! Там знаешь, сколько перемещений на тот момент происходило!
Угу. Невозможно. Люблю я это слово!
— Отлично. Давай резюмируем. Моего без пяти минут зятя утащили в неизвестном направлении. Мой почти что сват находится в обездвиженном состоянии. Терин, как я вижу, переоценил свои силы и вынужден отсыпаться, чтобы пополнить резерв. Я ничего не упустил?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
