хитрый и изворотливый разум паразитов сознания, а они привыкли работать тонко, незаметно, исподтишка. И в данном случае, если их манки вербализировать, то они будут звучать примерно так: "Попробуй, расслабься, ничего страшного не произойдёт: ипотека всего на 20 лет; дополнительные сто грамм алкоголя — мелочь; тебе надо туда сходить, это точно судьба, там тебя просветят; и тэдэ, и тэпэ, у каждого свои индивидуальные варианты в зависимости от особенности их пути и природы".
В общем, предлагается сделать всего лишь шажочек, для пробы, разрешить себе маленькое послабление, а не бросать весь Путь. И, наверное, такой крошечный ход действительно не несёт катастрофических последствий на ранних этапах духовного роста. Но если ты уже высоко, если идёшь по тонкой тропинке не шире каната, то любой сдвиг в сторону будет означать падение в Пропасть. Чем выше забрался, тем больнее падать. Чем выше находится актуальная точка восхождения, тем больше силы у мага, тем больше его влияние на окружающий мир и его обитателей, тем больше давление на него изнутри и снаружи, тем больше его ответственность за себя и свои поступки. Когда маг успешно пересекает Даат, переходит в Бина или Хокма, то, действительно, существенно меняется степень его ответственности и её делегирования. До Бездны адепта ведут различные, зримые и незримые, силы: хранители, архонты, учителя, наставники, служители кармы ниже мира Брия на Древе Жизни. Когда он становится Мастером (ступень 8=3), эти водители несколько отходят в сторону. Они наблюдают, но степень их вмешательства существенно снижается. Потому что адепт подрос, он может пробовать шагать условно самостоятельно, степень его свободы выросла, заодно разительно увеличилась ответственность за свои действия.
В какой-то миг приходит осознание и отрезвляет своей ужасающей реальностью, что цена малейшей ошибки слишком высока. Все казавшиеся далёкими рассказы магов о сложностях препятствий в рубежные посвятительные моменты, об огромном риске в один день резко и внезапно обретают плоть и становятся настоящими.
Не могу здесь не вспомнить в качестве примера хрестоматийного царя Соломона, который был верховным жрецом Яхве, магом, посвящённым, у которого в подчинении были семьдесят два сильнейших демона, а потом он всё равно пал от своего любимого Господа, сошёл с прямого Пути. В Библии не говорится о какой-то единственной женщине, повернувшей благосклонность взглядов Соломона к язычеству. Мудрый царь в принципе начал нарушать традиции и брать в жёны многочисленных жён из языческих народов. У него там собрались семьсот жён и триста наложниц. Тихой сапой, мытьем, катанием и лаской жёны в групповом сговоре тихо и незаметно заставили Соломона построить языческие храмы, то есть похерить все заповеди и обещания. Конечно, Бог не оставил такую скверну без наказания:
"И сказал Господь Соломону: за то, что так у тебя делается, и ты не сохранил завета Моего и уставов Моих, которые Я заповедал тебе, Я отторгну от тебя царство и отдам его рабу твоему; но во дни твои Я не сделаю сего ради Давида, отца твоего; из руки сына твоего исторгну его…"
Если бы крестьянин, купец или кузнец израильской крови грубо нарушил заветы, то наказание коснулось бы только его, возможно — ещё близких родственников. Когда царь и пророк сошёл с Пути, то кара небесная пала на весь народ. Чувствуете масштаб?
Резюмируя, скажу, что внутреннее напряжение при духовном восхождении может расти соразмерно росту личной силы, в зависимости от претензий самого адепта и соответственно его индивидуальным испытаниям во время прохождения той или иной сфиры Эц Хаим. Подчеркну, что всплески горящей внутренней активности, грозящие устроить взрыв или сжечь всё внутри, — безобъектны, изначально не направлены на конкретное существо или вещество. (По крайней мере, у меня так. Возможно, у кого-то другого будет иначе.) Только эго и беспокойный ум с помощью володоров с радостью придумают якобы значимую и полезную цель, куда можно сбросить драгоценную энергию. Но часто это тоже иллюзия.
Диалоги сознания 2
— Один дух, воплощенный одновременно в трёх телах, в существах разной расы, на планетах, разбросанных далеко друг от друга во времени и пространстве в бесконечном космосе. И при этом они сцеплены одной нитью, единой цельной пуповиной, в сплошном и одновременном потоке времени. Базовое исходное сознание высокой расы и два кусочка эйдоса-ономэ, поселившиеся в телах разного пола в одной из низших рас уровня человечества.
— Бу-бу-бу, бубу-бу… Тебя хорошо использовать в качестве снотворного. Под мерное жужжание о том, как космические корабли бороздят Большой Театр, засыпается превосходно.
— Аватару после кончины, если смотреть в целом, даже не требуется провожание в посмертии, потому что дух его уходит не в мир теней, наподобие Аида или Хель, или Чистилища, а возвращается домой. Единственно это имеет смысл, чтобы быстрее и гармоничнее вычленить сухой опыт и аннигилировать остатки тонких оболочек.
— Вот про это я и говорил: много странных букв с непонятным смыслом. Где тот весёлый задорный паренёк с горящими лукавыми глазами, готовый в любую минуту поддержать застольный тост, а если надо — и оргию с веществами? Где тот, кто мог рассмешить и развеселить словом и делом?
— Посмотри в мои глаза внимательнее. И на дне их бездны прочти надгробную эпитафию. Он давно умер. Потом воскрес, но это уже был иной. Потом и он также умер. Он завершался и возрождался несколько раз. Я будто склеп с трупами, вечно мёртвыми и вечно живыми. Они все во мне, я помню их, я знаю их. Они — это я, а я — это они и чуть больше. Мы неразрывны и цельны, но их больше нет как отдельных знакомых тебе единиц. Всё меняется, ты даже воздухом дышишь каждый раз немного другим. И воздух другой, и ты другой. Кто-то трансформируется ничтожно, незаметно, а кого-то не узнать всего через пяток лет.
Скоро и меня не станет. Но потом я-не я оживу в новой ипостаси и качестве. И так до скончания веков.
Взаперти
Стена из красного кирпича, маячившая впереди на расстоянии трёх метров, давно стала для меня сродни мулете в руках тореро. А я стал один в один быком, безрассудным животным, охваченным единственной всепоглощающей страстью, ставшей безусловным смыслом существования — добраться до стены. На глазок тут всего три метра по земляному утоптанному
