– Знаете, а ведь я принес вам подарок, – сказал Джош, никак не реагируя на ее слова, которые, очевидно, считал бредом. – Купил уже давно и все таскаю с собой, потому что вас долго не было видно. – Он извлек из кармана куртки маленькую книжку в переплете из красной кожи. – Это карманное издание «Ромео и Джульетты». Наткнулся на него в одном магазинчике на Стрэнде и сразу же подумал о вас.
– Спасибо. – Жасмин взяла книгу. – Она прекрасна.
Джош взглянул на часы и поспешно встал.
– Мне пора на работу. Рад был увидеть вас и узнать, что вы в порядке. – Он повернулся к пустому месту рядом с девушкой и так же вежливо добавил: – Приятно было познакомиться, Мо. Если замерзнете, не стесняйтесь, заходите в библиотеку.
Жасмин беспомощно смотрела ему вслед, пока Джош поднимался по ступеням. Вот он предъявил пропуск и исчез в здании библиотеки.
Она посидела на ступенях еще немного, смутно надеясь, что Мо объявится вновь: прелестное сочетание небесно-голубого с цветом зимнего солнца. Или ее и не было здесь? Вдруг она выдумала весь разговор от начала до конца? Ну уж нет. Она никогда не смогла бы сама придумать женщину, одетую в льняное платье такого удивительного цвета. Да еще в ноябре. И при этом женщина была почти совершенством. Ну если не считать нескольких странных привычек вроде вдыхания запаха кофе, всезнания и умения исчезать.
Через некоторое время Жасмин поняла, что Мо не придет, и задумалась о том, что же делать дальше. Можно отправиться в театр и заняться работой. Она рисовала эскизы у Дженн, но все же существенно отставала от графика. Жасмин допила кофе и потихоньку стала замерзать на холодном ветру. Она взглянула на улицу. Народу стало значительно меньше, так как начался рабочий день, и люди уже разбежались по офисам. Остались праздные гуляки и туристы. Среди них было много парочек, которые шли, держась за руки.
Пары. Жасмин ощутила, как сердце ее наполняется печалью. «Почему я не побежала за библиотекарем? – спрашивала она себя. – Он приносит спокойствие и необыкновенную легкость. Но любовь ли это? Нет, это чувство не похоже на любовь». Тогда, вероятно, ее истинный возлюбленный – Джош-суперзвезда? Что ж, она получила его, пусть и на одну ночь. А теперь с ним придется расстаться. Эми всегда предупреждала, что знание не приносит счастья.
У Жасмин разболелась голова. На ближайшей церкви ударил колокол, и огромные двери библиотеки распахнулись: охрана пропускала внутрь читателей. Как много людей жаждет знаний, думала Жасмин, глядя на толпу, которая вливалась в устье дверей. Знание приносит мудрость. А что должна приносить любовь? Это же так просто! Любовь должна дарить счастье. Но она не может быть счастлива с человеком, который живет для публики. Тогда, очевидно, ее судьба – это все же Джош-библиотекарь? Пожалуй, стоит пойти и попробовать еще разок убедить его в своей адекватности.
Джош совершенно не удивился, обнаружив своего агента по связям с общественностью сидящей на гранитных ступеньках лестницы, ведущей в публичную библиотеку. Он сел рядом на холодный камень.
– Сегодня хороший денек, – сказала Мо.
– Вроде да.
Они посидели молча.
– Ну давай, рассказывай, – сказал он.
– Другой Джош Тоби работает в библиотеке. И Жасмин сейчас с ним.
– Это я знаю. Что еще ты можешь сообщить?
– Он хороший парень.
Джош выпрямился и взглянул на Морин, не веря своим ушам.
– Ты пытаешься мне сказать, что именно он предназначен ей судьбой? И не я тот рыцарь в сияющих доспехах, которому достанется прекрасная дама?
– Это не кино, дружок.
– Точно, в кино все проще. – Джош откинулся на локти и вытянул ноги. – И как теперь быть? Я должен оставить ее в покое? Дать ей самой сделать выбор? – Он актер и потому умеет управлять голосом. Мо не услышит страха, который переполняет его душу: а вдруг это и в самом деле так и судьба судила ей другого? Что ни говори, мирный парень с профессией библиотекаря – идеальный вариант для Жасмин.
– Она сделала свой выбор, дорогой. Иначе с чего бы ей приходить сюда?
Джош не позволил словам Морин проникнуть в его сознание. Этого просто не может быть! Но почему же она сама не рассказала ему о пророчестве, почему скрыла слова сестры? Боялась, что он сочтет ее сумасшедшей? Но кто сказал, будто сверхъестественного не существует? Наоборот, масса людей верит в это…
Он вздохнул, пытаясь очистить разум от панических мыслей, и уставился в серое ноябрьское небо. Жасмин верит в пророчество, и твердо решила: ее судьба связана с человеком по имени Джош Тоби. Ну, это не так уж и странно, многие верят в такие вещи. Черт, да у него есть приятели, которые считают, что углеводы – это изобретение дьявола. И вообще, в этой идее с единственным истинным возлюбленным что-то определенно есть. «Каждый из нас когда-то надеялся найти на Земле его половинку, любимую, созданную для него».
Итак, в целом пророчество можно принять. И тогда встает вопрос, которым явно мучается Жасмин: который Джош Тоби предназначен ей?
И на этот вопрос Джош ответил утвердительно и себе, и ноябрьскому небу: «Это я». И он почувствовал полную уверенность в этом так же, как в том, что сидит на чертовски неудобном и холодном камне.
– Ты ошибаешься, Мо, – сказал он решительно. – Я ее судьба, ее возлюбленный.
– Когда ты был с папарацци на крыльце ее дома, я видела Жасмин. Наблюдала за ней. Она пыталась ускользнуть от репортеров через переулок за домом, там, где мусорные баки и все такое. Ее поджидал Толстяк Ларри. Так вот когда Жасмин увидела его, ей стало плохо. Она выглядела… будто ее пытают. Еле смогла выбраться на улицу.
Джош поморщился и покачал головой:
– Не повезло ей – Толстяк Ларри один из самых паршивых ублюдков. По тому, как она была испугана, мне следовало догадаться, что именно он гнался за ней.
Джош мысленно вернулся в тот день, и сердце его сжалось от сочувствия и нежности. Бедная девочка, ей пришлось пережить настоящий кошмар. Голубь сел на голову каменного льва, который возвышается подле входа в библиотеку. Птица выглядела ужасно важной, расправляла крылья и даже прохаживалась взад-вперед. Наверное, думает, не нагадить ли. Но льву плевать.
– Ты должен отпустить ее, Джош. Да, я понимаю и признаю – Жасмин может сделать тебя счастливым. Но ты изуродуешь ей жизнь, и сама она будет несчастна, – проникновенно сказала Мо.
– Но я могу бросить все это и жить по-другому, – выпалил он и сам испугался своих слов.
– Бросить Голливуд? – Мо уставилась на него так, словно он отрастил рога и хвост.
Джош внимательно рассматривал своего агента по связям с общественностью. А на кого, собственно, она работает? На него или на Клео? Или на себя, лавируя между интересами своих клиентов?
