Читаем без скачивания Голографическая Вселенная - Майкл Талбот

Можно есть, но это не обязательно

Голографические картины, создаваемые сознанием во время клинической смерти, имеют множество других характерных признаков. При описании запредельной области одна девочка рассказала, что еда появлялась, как только у нее возникало желание поесть, — наблюдение, еще раз подчеркивающее иллюзорную и голографическую природу запредельной реальности [70]. Даже символический язык психики представлен в «объективной» форме. Так, например, один из субъектов Уиттона сказал, что, когда его представили одной женщине, которая должна была играть значительную роль в его следующей жизни, она появилась не как человеческое существо, а как полуроза-полукобра. После расшифровки этой символики он понял, что он и эта женщина были в прошлых воплощениях влюблены друг в друга. Однако она дважды была причиной его смерти, и потому вместо человеческого образа предстала в двух полярно противоположных ипостасях, отражающих две стороны ее характера — любящую и зловещую [71].

Этот субъект Уиттона не одинок в своем опыте. Хазрат-Инайят-Хан рассказывал, что, когда он вошел в мистический транс и отправился в «божественную реальность», встреченные им существа также часто появлялись в получеловеческой-полуживотной форме. Как и субъект Уиттона, Хан обнаружил, что эти преображенные существа имели символическое значение; когда существо появлялось как животное, это означало, что существо обладает некоторыми качествами животного. Например, существо, обладающее великой силой, могло появиться с головой льва, а существо необычайно хитрое и находчивое могло иметь черты лисицы. Хан предположил, что это может быть ответом на вопрос, почему в древних культурах, например египетской, божества, правящие в загробной жизни, изображались с головами животных [72].

Способность запредельной реальности отливаться в различные голографические формы отражает мысли, желания и символы, населяющие наше сознание; вот почему западные люди воспринимают светящихся существ в виде религиозных фигур христианства, индийцы воспринимают их в виде святых индуизма и т.д. Пластичность запредельной области говорит о том, что такие внешние формы могут быть в той же степени призрачны, что и еда, о которой говорила маленькая девочка, или женщина, появившаяся в виде амальгамы кобры и розы, или одежда, которую мысленно соорудил для себя ПЛВ-субъект, смущенный собственной наготой. Той же пластичностью можно объяснить и другие культурные отличия, обнаруживающиеся в момент клинической смерти: так, одни ПЛВ-субъекты достигают запредельного, проходя через туннель, другие проходят по мосту, третьи добираются вброд, а некоторые просто идут по дороге. Опять же, реальность здесь создается исключительно благодаря взаимодействию мысленных структур, да и сам ландшафт оказывается сконструированным идеями и ожиданиями субъекта.

Здесь следует отметить один важный момент. Несмотря на всю необычность запредельной области, факты, приведенные в этой книге, свидетельствуют о том, что наш собственный уровень существования не слишком от нее отличается. Как мы уже видели, мы тоже можем получить доступ ко всей информации, но для нас это немного сложнее. У нас тоже могут происходить время от времени «персональные перемотки» и непосредственное столкновение с призрачной природой времени и пространства. И мы тоже способны конструировать и изменять свои тела, а иногда и саму реальность в соответствии с нашими убеждениями, только для этого требуется больше времени и усилий. Действительно, способности Саи Бабы показывают, что мы можем материализовать еду просто ее пожелав, а инедия Терезы Нейман свидетельствует о том, что принятие пищи для нас не является абсолютно необходимым, как и для тех, кто находился в состоянии клинической смерти.

Фактически мы приходим к выводу, что наша реальность и та, что с ней соседствует, различаются по уровню, но не по сути. Обе реальности — голографические конструкты, — то есть такие реальности, которые устанавливаются, по выражению Джана и Дюнн, только путем взаимодействия сознания с окружающей средой. С другой стороны, наша реальность напоминает более статичную версию реальности запредельной. В этом мире нам требуется больше времени для трансформации наших тел в такое состояние, чтобы показались, например, стигматы, и больше усилий для того, чтобы символический язык психики проявился в виде синхронизмов. Но он все же проявляется в медленном и неумолимом потоке жизни, который упорно учит нас жить во вселенной. Вселенной, которую мы только-только начинаем понимать.

Сведений о потустороннем из других источников

Не обязательно оказаться в ситуации, граничащей со смертью, чтобы познакомиться с трансцендентным измерением на собственном опыте. Есть подтверждение того, что потусторонних миров можно достичь во время ВТВ, то есть в момент выхода из телесной оболочки. В своих книгах Монро описывает несколько визитов на другие уровни реальности, где он встретился с умершими друзьями [73]. Еще более искусным ВТВ-субъектом, посещавшим страну умерших, был шведский мистик Сведенборг. Родившийся в 1688 году, Сведенборг был Леонардо да Винчи своего времени. Всю свою молодость он посвятил усердному изучению различных наук. Он был известным математиком, говорил на девяти языках, создавал гравюры, был политиком, астрономом и экономистом, конструировал часы и микроскопы, писал книги по металлургии, теории цветов, коммерции, экономике, физике, химии, горному делу и анатомии, а также изобрел прототипы самолета и подводной лодки.

Кроме перечисленных занятий, он регулярно погружался в глубинное созерцание, а по достижении зрелого возраста в совершенстве овладел искусством моментально входить в глубокий транс, во время которого покидал свое тело и восходил на небеса, разговаривая с «ангелами» и «духами». Нет сомнений в том, что «путешествия» Сведенборга были крайне глубоким мистическим опытом. Благодаря своим экстраординарным способностям Сведенборг стал настолько знаменит, что королева Швеции попросила его узнать, почему ее умерший брат не ответил ей на письмо. Сведенборг обещал поговорить с умершим, и на следующий день вернулся с ответом, в котором среди прочего содержалась информация, известная только королеве и умершему. Такие поручения Сведенборг выполнял несколько раз для разных людей, просивших его помощи; однажды он рассказал вдове, как найти в столе ее покойного мужа тайный ящик, в котором содержались некоторые чрезвычайно важные документы. Этот случай стал настолько известен, что немецкий философ Иммануил Кант написал целую книгу о Сведенборге под заглавием «Грезы духовидца»(49).

Но самое удивительное то, что рассказы Сведенборга о загробной жизни почти точь-в-точь напоминают описания современных ПЛВ-субъектов. У Сведенборга тоже упоминается проход через темный туннель, встреча с добрыми духами, описаны ландшафты, красотой далеко превосходящие земные, говорится об отсутствии там пространства и времени, о ярком свете, излучающем любовь, о появлении светящихся существ, о всеохватном чувстве покоя и умиротворения [74]. Он также говорит, что ему было позволено видеть новоприбывших умерших и наблюдать за тем, как они просматривали свое прошлое — процесс, который он назвал «открытием Книги Жизни». При этом он сделал любопытное замечание. Информация, которая стала доступной во время открытия Книги Жизни, записывалась, по выражению Сведенборга, в нервной системе духовного тела человека. Так что для просмотра человеком прожитой жизни «ангел» вначале должен был изучить все его тело, «начиная от пальцев каждой руки» [75].

Сведенборг также упоминает о голографических мысленных клубках, которые сообщают ангелы, и говорит, что они не отличаются от портретов, составленных из «волновой материи» («wave-substance») и окружающих человека. Как и большинство ПЛВ-субъектов, он описывает эти телепатические клубки знаний как язык картин, настолько информационно-плотный, что каждый образ содержит тысячу идей. Серия таких картин может быть довольно обширной и «продолжается в течение нескольких часов с такой удивительной последовательностью, что можно только поражаться» [76].

И здесь Сведенборг говорит нечто весьма любопытное. Кроме указанных картин, между собой сами ангелы используют такие понятия, которые выше человеческого понимания. То есть картины используются ангелами только потому, что это единственный язык, которым ангелы могут передать человеку свои мысли и идеи в доступной ему форме [77].

Опыт Сведенборга подтверждает даже менее известные моменты ПЛВ. Сведенборг отмечал, что в духовном мире нет больше необходимости питаться, — источником питания становится сама информация [78]. По его словам, когда духи и ангелы разговаривают, их мысли постоянно коагулируют и превращаются в символические образы — например, в образы животных. Когда ангелы говорят о любви и привязанности, «появляются прекрасные животные, наподобие ягнят… Когда же ангелы говорят о недостойных чувствах, они часто приходят в образах злых животных, таких, как тигры, медведи, волки, змеи и мыши» [79]. По его же словам, он был изумлен, когда обнаружил на небе духов с других планет — поразительный факт для человека, рожденного триста лет назад! [80]