Это был светловолосый юноша с не очень-то интеллигентным выражением лица, у него была толстая верхняя губа и длинный, неуклюжий подбородок. Он очутился среди молодых и храбрых индивидуумов, ведь это была эпоха великолепных молодых монархов: Франциск I вступил на французский трон (1515 г.) на двадцать первом году жизни; Генрих VIII сделался королем Англии (1509 г.) в восемнадцать лет. В Индии в это время правил Бабур (1526 1530), в Турции - Солиман Великолепный - оба чрезвычайно способные монархи, впрочем, Лев Х (1513 г.) был исключительно способным римским папой. Папа и Франциск I пытались сделать невозможным избрание Карла императором, опасаясь концентрации столь громадной силы в руках одного человека. Свои кандидатуры на императорскую корону выставили и Франциск I, и Генрих VIII. Но существовала уже давным-давно установленная традиция габсбургских императоров (начиная с 1273 года), которую Карл поддержал золотом, и таким образом победил всех своих соперников.
Поначалу юноша был всего лишь отличной марионеткой в руках министров. Но постепенно ему удалось завоевать независимость и взять власть в собственные руки. Он даже начал понимать всю сложность тех проблем, в которые впутывало его высокое положение. Ведь положение это было равным образом великолепное и опасное.
В самом начале своего правления он очутился в ситуации, которую создала в Германии агитация Лютера. У императора имелись причины встать на стороне реформаторов, против папы, не желавшего допустить его выбора в императоры. Но, будучи воспитанным в Испании, в этой архикатолической стране, он решил выступить против Лютера. В результате этого у него начались трения с протестантскими князьями, в особенности же - с саксонским электором. Карл встал над краем пропасти, которая должна была разделить христианства на два воюющих лагеря. Все его намерения засыпать эту пропасть были непродуманными, благородными и бесплодными. В Германии вспыхнуло сильное крестьянское восстание, которое еще более усилило всеобщее политическое и религиозное замешательство. К этим домашним неприятностям присоединились нападки на империю, идущие с востока и с запада. На западе только лишь ожидал случая отважный соперник Карла, Франциск I; на востоке же - турки, всегда готовые к завоеваниям. Сейчас они находились в Венгрии и, будучи союзниками Франциска, требовали давным-давно просроченные дани с австрийских владений. Карл мог распоряжаться армией и испанским золотом, но было чрезвычайно трудно получить какую-либо денежную помощь из Германии. Все его социальные и политические неприятности усложнялись вдобавок еще и финансовыми недоборами. Пришлось прибегнуть к разорительным займам.
Говоря в общем, Карл, вступив в союз с Генрихом VIII, вышел с победой из торгов с Франциском и турками. Главным полем сражений была северная Италия; с обеих сторон командование было совершенно слабым; любое продвижение вперед или отступление зависели от свежих подкреплений. Германская армия напала на Францию, но ей не удалось захватить Марсель, поэтому она возвратилась в Италию, там потеряла Милан и закрылась в осажденной Павии. Франциск I долго и безуспешно осаждал Павию, в конце концов, когда его захватили врасплох свежие германские силы, понес поражение и, будучи раненным, попал в плен. Но довольно-таки скоро, папа вместе с Генрихом VIII, все еще опасаясь растущего могущества Карла, повернули против него. Плохо оплачиваемые германские войска в Милане, которыми командовал коннетабль36 де Бурбон, заставили своего командира идти на Рим. В 1527 году они захватили и разграбили город. Папа укрылся в замке святого Ангела, а на улицах в это время царили разбой и резня. В конце концов, папе пришлось выложить немецким войскам выкуп в размере 400000 дукатов. Десяток лет всех этих сражений полностью оголил Европу. Император триумфально вступил в Италию. В 1530 году папа короновал его в Болонье; это был последний император, которого короновали подобным образом.
Тем временем турки достигли в Венгрии оглушительных успехов. Они разбили и казнили венгерского короля, в 1526 году заняли Будапешт, а в 1529 году Солиман Великолепный был близок к захвату Вены. Император был крайне огорчен всеми этими неудачами, поэтому он прилагал все усилия, чтобы отпихнуть турок; только германские князья ничего не хотели слушать про объединение - даже перед лицом врага, чуть ли не стоящего на их границах. Франциск I был неумолим, в результате чего вспыхнула новая война с Францией; но, опустошив южную Францию, Карл в 1538 году склонил своего соперника к более дружеским отношениям. Франциск вместе с Карлом заключили союз против турок. Тут же протестантские, то есть те германские князья, которые решили отделиться от Рима, создали собственную лигу, направленную против императора (шалкальдская Лига), в связи с чем Карлу пришлось отбросить мысль о возвращении Венгрии в христианский мир и заняться начинающейся в Германии гражданской войной. При своей жизни он был свидетелем лишь ее начала. На самом же деле это было кровавая, глупейшая грызня князей за верховное руководство, которая то вспыхивала войной и пожарами, то вновь распадалась на скрытые махинации и дипломатические интриги; весь этот змеиный клубок княжеских интриг продолжил свое существование вплоть до XIX века, каждый раз опустошая центральную Европу.
Похоже, что император совершенно не понимал суть сил, вызвавших все эти столкновения. Ведь для своего времени и положения он был исключительно достойным человеком, который разъедающую всю Европу религиозную рознь принимал за простые теологические разногласия. Потому-то он в напрасном усилии помирить спорщиков созывал съезды и соборы. На них рассматривались спорные формулы и религиозные проблемы. У исследователя германской истории имеется масса хлопот с подробностями Религиозного Мира в Нюрнберге37, с постановлении съезда в Регенсбурге38, аугсбургского перемирия39 и т.д. Здесь мы отмечаем их только лишь в качестве подробностей, отравляющих жизнь этого выдающегося монарха.
На самом же деле никто из всего множества европейских князей и монархов никогда не поступал от чистого сердца. Распространившийся религиозный фермент, стремление простого народа к правде и общественной справедливости, развитие знаний тогдашнего времени - все это было только лишь пешками в княжеской дипломатии. Генрих VIII английский, начавший карьеру книгой, направленной против ереси, за что и получил от папы титул "защитника веры", присоединился к протестантским князьям (1530 год), поскольку возжелал получить развод с первой женой, чтобы жениться на молодой даме по имени Анна Болейн и одновременно захватить все богатства английской церкви. Швеция, Дания и Норвегия перешли на сторону протестантов еще раньше.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
