Место я предложил выбрать самому Себастьяну, зная, впрочем, что выбор невелик. После такого громкого вызова, да после моих приключений на ниве борьбы с нациками всех оттенков говнистого цвета, да после отказа играть перед королевой (ладно бы только королеве, но та была в присутствии имперского посла, друга императора Себастьяна), вопрос стоял лишь в каком именно из этих шести заведений мы окажемся. И Феррейра разбирается в этом всяко лучше ни разу не игравшего в казино меня.
Пентхаус был не просто шикарным, и не просто для элиты — тут всё сорокаэтажное здание предназначено для элиты разного уровня; пентхаус был именно королевским местом. Дипломаты, главы мировых корпораций, президенты «банановых» республик, члены правительства и правительств других стран, а также и их жёны и дети. Соответственно под уровень публики место и аранжировано — не просто краски, а стереоэффект, глубина на грани реальности. Будто ты на самом деле находишься под водой, только умеешь в ней дышать. Тут между гостей даже цветастые стайки «рыбок» плавали! Их можно протыкать пальцем, который начинал красиво переливчато рябить отражённым светом голопроектора. Окон тут не было, но это нормально для Венеры, а потому было легче реализовать такую концепцию. Мы как бы находились на корабле, затонувшем в глубине безбрежного тёмно-синего вечернего океана, под потолком — зеркальное марево с эффектом полного внутреннего отражения, как будто там и впрямь гладь воды, а над ней — тёмное вечернее небо. И с этого неба на нас смотрели мириады начавших проступать звёзд, среди которых, перемещаясь по небосводу из конца в конец зала, медленно-медленно — я заметил это движение лишь по окончании игры — катилась луна. Говорят, она меняет фазы, как настоящая — тут всё как настоящее, но, к сожалению, более никогда в этом заведении не был, и проверить истинность этого спецэффекта не могу.
Даже воздух «на палубе» нашего затонувшего судна был солоноват и йодирован; ни разу не бывав на Земле, вкус морской соли я, тем не менее, полностью прочувствовал в этот день, и оказавшись там через время был готов к нему, он не стал открытием. Понятия не имею, чего это хозяину стоило устроить такое, но это нереально круто!
Колонны зала были выполнены в виде декора морской тематики — где-то в виде деревянных очень толстых мачт, где-то в виде кормовой и носовой надстройки. Всюду были развешены и «раскиданы» рулевые колёса, якоря, тали и лебёдки для их выемки, канаты, «винтажные» верёвочные ванты и другие тематические приспособления. Но, как уже сказал, больше всего психологически давило иллюзорное ощущение открытости пространства — мы одни посреди уходящего до горизонта разноцветного от всяких кораллов и красивых рыбок дна моря, и над нами, где нет внутреннего отражения, видно бескрайнее вечернее небо. Класс!
— Мы закончили, — прозвучал голос Себастьяна за спиной. Вот гад, а я только-только расслабился. Выпил снятое с подноса проходящего официанта шампанское (ТУТ оно бесплатно всегда). Оценил задумку дизайнеров интерьера и мастерство реализаторов. Отвлёкся от подсознательного гула, который не слышно ушами, но который отчётливо ощущается сверхспособностями. Я — центр внимания двух сотен человек, это не может пройти мимо даже с таким слабым даром, как у меня. Снова возвращаться «в мир», снова бой. Ну что ж. Обернулся к противнику. Кисло улыбнулся:
— Рад за вас. Приступим?
— Конечно! Прошу? — Себастьян указал куда-то вглубь помещения, точнее в его угол. Углом тот выглядел очень относительно из-за стереоэффекта, но математик и чертёжник во мне просчитали картинку — это был самый угол помещения, тихий столик для игры, огороженный с трёх сторон реальными стенами. Вместо четвёртой стороны здесь было нечто наподобие… Спуска со сцены. Чёткой линии-ступеньки, огороженной ленточками, возле которой стояли суровые местные охранники в пиджаках и очках с интерфейсом. Сегодня они без оружия, в зале лица королевской крови, но задача конкретно этих парней — не пускать в зону будущей баталии зевак-посетителей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Сеньоры, сеньоры! — услышал я голос справа. Обернулся. От толпы стоящих возле рулетки отделился невысокий усатый мужичок неброской внешности, чистый латинос, с чрезвычайно харизматичной улыбкой и глазами профессионального шулера, быстро обегающими потенциальных клиентов, буквально просвечивая их с первого взгляда. — Сеньоры, ну что же вы так спешите! Игнорируете старину Дерека.
— Сеньор Хьюстон! — Я уважительно поклонился. Досье этого типа скачал как только узнал адрес места баталии.
— Сеньор Шимановский. Хуан? Разреши здесь, в зале, называть тебя именно так? — улыбнулся тип. — Уважишь старину Дерека?
— Конечно… Дерек. — Я пожал протянутую хозяином ладонь.
— Осмотрелся? — Собеседник обвёл рукой вокруг, и в жесте его читалась гордость за интерьер его детища. А ещё глаза его буквально дырявили меня, просвечивая как рентген, будто вытаскивая потаённые мысли.
— Если честно, не успел. Не тот настрой, — не покривил я душой.
— Понимаю. — Кивок. — Надеюсь, ещё успеешь?
Я пожал плечами.
— Не буду отрицать, сеньор, всё возможно. Но пока что это будет мой первый бой в стенах казино. Я не игрок по натуре.
— Да уж, любите вы покривить душой, молодёжь! — Он покровительственно хмыкнул. — «Не игрок»… Таких «не игроков» в Альфе ещё поискать. И я не только про последние всем известные события. — Косой взгляд, «я не намерен обсуждать политику и межклановые разборки, но давай просто констатируем, что они есть».
— А про что же ещё? — немного недопонял я. А что, блин, ещё про меня могут знать такие люди за пределами обсуждения политики?
— Например, про то, как некий юный сеньор девочек на базе ангелов раздевает. Играя по-крупному, на десятки желаний, а у этих стерв, без обид, это эпитет, полный уважения к таким хищницам, каждое желание кроет в себе мощные заподянки. Раздевает, играя в пресловутый покер, будь он неладен! — Ехидная улыбка.
— Бессовестно врут! — Улыбнуло. Кто это у нас такой «мастер утечек»? Специально «слили» или случайно слухи в народ ушли, как не отмеченные грифом «секретно»? — Раздеваю, сеньор, как без этого в мои годы. Вот только покер к этому отношения не имеет.
Мы натужно засмеялись. И Дерек поставил точку:
— Тем не менее, Хуан, я рад приветствовать в своём заведении игрока такого уровня, пусть у тебя и не достаёт признанного всеми класса. — А тут под «игроком», скорее всего, имелись в виду последние события.
Себастьян во время нашей беседы с хозяином встал в ожидании чуть дальше, нервно теребя пальцами. Видно, он с ним сегодня уже общался, и скорее всего не только сегодня. При последнем эпитете в мой адрес страдальчески скривился — значит точно про политику.
— Итак, сеньор Шимановский, не могу не спросить. Вы готовы? — посерьёзнел Дерек. — Для понимания, Феррейра — очень богатая семья. В зале, — обвёл рукой вокруг, — собралась почтенная публика. Но ещё больше людей, тысячи, если не десятки тысяч, будут смотреть трансляцию в сетях. И это не моё желание — я лишь исполнил то, что пожелал клиент.
— Можете подробно про трансляцию? — непроизвольно напрягся я. Знал, что будет, но без подробностей, как раз и важных для моей работы.
— Да, конечно. — Дерек натужно выдохнул. — Зал оборудован по последнему слову техники радиоэлектронной борьбы. «В народ» могут идти лишь те сигналы, которые согласованы с системой безопасности, то есть только камеры моего заведения, используемые для трансляции и для гостей. Я отвечаю головой за честность игры, что мои электронные системы будут давить любой сигнал, любую могущую помочь игрокам аппаратуру, но, к сожалению, я не представитель спецслужб и не владею только гражданской техникой радиоэлектронной защиты. А потому попросил… Помочь мне вашим сторонам. — Кривая улыбка. — То есть СБ ваших кланов. И от клана Веласкес за электронную безопасность отвечает вон та сеньорита, — кивнул вдаль, и обернувшись туда, я узрел… Свою старую знакомую Камиллу. Которая Афина. «Ангелок, 13» — проступил в голове образ, и она, бросающаяся на меня через стол. — Её аккредитовал клан Веласкес в качестве наблюдателя. И её девочек.
