шашку. Убедившись, что парни готовы, кинул её в дыру переборки, и через пару секунд приказал кидать осколочные. Ещё несколько секунд и прыжком перемещаюсь в новый коридор. После кувырка оказавшись на ногах, на всей возможной скорости побежал вперёд – насколько я мог видеть, здесь всего три кентавра. Дым, несомненно, мешал, но визоры в наших шлемах позволяли видеть хоть что-то, кентаврам, к сожалению, тоже, так что сейчас всё зависит от скорости реакции. Но и не стоит забывать, что бросившихся за мной парней всё-таки больше, чем противников. Стоит ли говорить о том, что красавчик Марич среагировал раньше дарахийцев? Две короткие очереди, кувырок, выводящий меня из-под огня третьего, огонь со стороны моих парней и вот коридор чист. Выбравшись из дыма, всё также быстрым шагом направились дальше.
– Сэр, – услышал я голос Смита. – Ваш подсумок.
Сначала я посмотрел на него, а потом на свой бок, куда он указывал. Собственно, подсумок с гранатами, о котором говорил Смит, отсутствовал, видать срезали плазменным зарядом в крайней стычке. Сначала я чертыхнулся, жалея о потере четырёх гранат, а потом ругнулся, осознав насколько близко был к лучшему из миров.
– Да уж… – качнул я головой.
– Сэр! – вновь окликнул меня Смит, даже громче, чем до этого.
Глянув, куда он показывает на этот раз, не сразу понял, что вижу.
Приказав взводу занять оборону, несколько секунд просто стоял и осознавал, какой же я дебил. Да и не только я, если подумать. Подойдя к двери, которую мы хотели уже было взломать, посмотрел на план эвакуации, висящий рядом с ней. Обычный гражданский план эвакуации. Точнее, не совсем обычный, так как на нём была, пусть и упрощённая, но схема всего корабля. И ведь я уже видел что-то подобное, просто не обращал внимания. Мне и в голову не могло прийти, что на корабле, который мы берём на абордаж, может быть настолько банальная вещь. Банальная и очень нужная.
– Вот же ж, бл…ть, – пробормотал я, покачав головой.
Быстренько сделав несколько фоток плана эвакуации, отправил их Васкесу.
– Красава, Марич, – услышал я его голос через минуту.
Ну хоть кто-то это понял.
Самое забавное, что если верить плану, то недалеко находится лифт, ведущий в коридор, который, в свою очередь, ведёт на капитанский мостик.
– Марич, скотина… – связался со мной майор. – Везунчик ты грёбаный. Ладно, времени у нас, к сожалению, нет, а ты ближе всего к цели, так что бегом брать мостик. Если встретишь сильное сопротивление, не ломись вперёд, дождись подкрепления.
Подтвердив приказ, начал думать, как лучше его выполнить. Судя по плану, это было гражданское судно, а при их проектировании, как правило, не учитывается возможность абордажа, так что ведущий из лифта к мостику коридор был довольно коротким. То есть, если кентавры заняли там оборону, а они её наверняка заняли, то сидят они у самого лифта, контролируя выход из него. Причём, как я убедился через минуту, сам лифт работает, но ехать на нём не очень-то хотелось. Во-первых, в него не влезет весь взвод, а во-вторых, стоит только створкам лифта раскрыться – нас встретит плазменный огонь. Поэтому решил сделать ход конём. С помощью спецсредства вырезал в потолке дыру и загнал на крышу шесть бойцов, сам же последовал за ними после того, как нажал на сенсор кнопки. Как я и думал, после того, как лифт приехал на нужный этаж и раскрыл створки, его изрешетили лучи плазменных зарядов. На это я кинул в лифт дымовую шашку, и достав последнюю гранату, приказал сделать то же самое парням. Переждав очередной шквал огня, забросили через открытую дверь лифта гранаты, и дождавшись взрывов, по очереди спрыгнули вниз. Я признаю, что мы сильно рисковали, но судя по плотности огня, кентавров в коридоре было что-то около десяти штук, против нас семерых, да в дыму, да после гранат. Шансы были, но опять же, признаю, мы рисковали. Проблема в том, что даже если бы я дождался подкрепления, это ничего не изменит – лифт больше не станет, а новых подходов к капитанскому мостику не появится. Нам всё равно пришлось бы что-нибудь выдумывать.
Всё происходило достаточно быстро, однако времени на осознание опасности ситуации было предостаточно, так что спрыгивая в лифт, я сильно сжал булки, готовясь в любой момент получить плазмой в живот. Или в грудь. Или в голову. Да неважно куда, важно, что с летальным исходом. Но видимо, я главный герой какой-то истории, потому что не только выжил, но даже успел срубить пару кентавров до того момента, как парни за спиной начали стрелять. Впрочем, после гранат, там и на ногах-то осталось всего пятеро. А вот на самом капитанском мостике проблем у нас не было – взломали дверь, выпустили пару очередей, дождались когда выжившие поднимут руки. Гражданские матросы, по пути сюда, сражались яростнее.
Уложив дарахийцев носом в пол, связался с Васкесом.
– Сэр, мостик взят, – обрадовал я его.
– Хрена ж ты быстрый, – удивился он. – Сиди там и обороняй мостик.
– Есть, сэр, – закончил я наш короткий диалог.
Связавшись со своими бойцами, оставшимися внизу, приказал им подниматься, после чего выделил пару парней следить за пленными, а сам сконцентрировался на обороне.
Двигательный отсек захватили через полчаса, ещё через пятнадцать минут силовую установку, после чего на ещё незачищенный корабль под защитой четвёртой роты отправили техников с передатчиком.
Так как я оборонял мостик, стал свидетелем, как техники возятся у одной из консолей, подключая к ней множеством кабелей передатчик Афины.
– Приветствую, сержант, – услышал я голос ИИ.
– Пашешь, как пчёлка, Афина? – усмехнулся я.
– Как и вы, сержант, – ответила она.
После появления техников сидеть на мостике стало веселее, чему способствовала Афина. Где-то через полчаса Бомон сообщил, что они закончили, но приказ на эвакуацию я так и не получил. Собственно, и техники никуда не уходили.
– Новый приказ, бойцы, – услышал я голос Васкеса на ротном канале. – Совершаем прыжок вместе с кораблём. Пока летим, всё тут зачищаем.
Не сказать, что мне было абсолютно пофиг, некоторую нервозность я поначалу испытывал, но в целом прыжок на чужом корабле не вызывал каких-то сильных эмоций. Была уверенность, что под контролем Афины всё пройдёт гладко. Сам прыжок длился двое суток, которые мы, к слову, провели впроголодь, так как никто не брал с собой сухпайки. Корабль мы зачистили где-то за десять часов, после чего тупо ничего не делали. Голодали, разве что. В системе, куда прибыло захваченное нами судно, мы пробыли ещё шесть часов, пока наконец-то не появились наши корабли. Эсминец
