— Действительно, — поддержал его Рик. — Она наговорила тебе столько грубостей.
— Да нет, что вы… Она ни в чем не виновата. Это моя соседка. Вернее, бывшая соседка.
— Это зависть?
— Это злость за то, что в стране слишком тяжелая жизнь и слишком маленькая пенсия.
— Странно. — Рик почесал затылок.
— Что странно?
— Странно, что в вашей стране бедные не умеют радоваться за богатых. Нет. Я не правильно выразился. Вот в Америке бедные уважают богатых. Они знают: чтобы стать богатым, нужно очень мало спать, очень много думать и очень много работать.
— И еще очень мало жить, — добавил Сэм. — У богатых жизнь короткая. Бессонница, стрессы, нервы — все это укорачивает их жизнь и приводит к инсультам и инфарктам.
— В России бедные не уважают богатых, — покачала я головой. — Они их ненавидят.
Я почувствовала неприятные ощущения в горле, а это значит, что опять дала о себе знать проклятая аллергия. Достав из сумочки кларитин, я сунула таблетку в рот и запила ее водой, хранящейся в баре.
— Вам совсем плохо? — обеспокоенно спросил Рик.
— Да нет. Просто в последнее время аллергия дает о себе знать все чаще и чаще. Только этим кларитином и спасаюсь.
— Хорошее лекарство?
— Одно из наиболее часто назначаемых в мире.
— Простите, как, вы говорите, оно называется?
— Кларитин.
— Понятно. Вам сейчас станет легче, или, может, съездим к врачу?
— Не стоит. Буквально через тридцать минут я буду чувствовать себя просто прекрасно.
Достав носовой платок, я промокнула слезы и приложила его к носу.
— Сейчас все пройдет.
Я не ошиблась. Действительно, ровно через тридцать минут я почувствовала себя значительно легче и уже могла смотреть на все, что со мной произошло недавно, широко улыбаясь.
Глава 22
В этот вечер я почему-то никак не могла уснуть. Наверное, оттого, что это была моя первая ночь в Москве. Я лежала на огромной кровати из слоновой кости и смотрела в потолок таким пристальным взглядом, словно пыталась в нем что-то найти. В соседнем номере, за стенкой, спал Рик, а прямо за моей дверью на стуле сидел Сэм и охранял мой покой. На улице уже темно, но море ночных огней делает эту ночь яркой и нарядной. Москва всегда потрясающе красива ночью.
Дотянувшись до телефона, я набрала номер Андрея и заговорила на наигранно ломаном русском:
— Андрей, доброй ночи. Это Джулия.
— Я просто счастлив вас, слышать! — точно так же наигранно-восторженно закричал в трубку Андрей. — Вы уже в Москве? Вы прилетели?
— Да, Андрюшенька, я уже у вас в России. Лежу в своем номере, отдыхаю после перелета.
— Как вы перенесли перелет?
— Тяжело, Андрюшенька, — возраст.
— Ну что вы, Джулия, 50 лет — это еще не возраст для женщины.
— Андрей, вы мне льстите. Еще скажите, что в 50 лет жизнь только начинается.
— Она действительно только начинается. Богатая американская 50-летняя вдова всегда может выйти замуж. Я уверен, что вы еще хорошо выглядите.
— Женщина просто обязана хорошо выглядеть. А что касается того, чтобы выйти замуж, — это уже перебор.
— Но почему?
— Потому что у меня нет никакого желания держать рядом с собой молодого жигало, который бы унаследовал после моей смерти все мои богатства.
— Джулия, бог мой, в вас совсем отсутствует романтика. А если это будет любовь?
— Любовь?!
— Нуда.
— Дорогой мой романтик Андрей, а вы знаете, что это такое?
— Конечно. И почему вы думаете, что можете привлечь только молодого жигало, который женится на вас только с одной целью, чтобы унаследовать ваши миллионы?
— А кого я еще могу привлечь?
— Ну, допустим, сильного и самодостаточного человека.
— Молодой мужчина всегда будет меня использовать, а мой ровесник мне и даром не нужен. Принять какого-нибудь старика для того, чтобы он рассказывал мне о своих болячках, бывших женах и внуках? Увольте, это не для моих ушей.
— Самое главное, чтобы он был надежным.
— Дорогой мой, в моем возрасте все надежные мужчины уже на кладбище. Я имею в виду тех, кто когда-то меня любил и уже мне никогда не изменит.
Я рассмеялась, легла на подушку и закинула ноги на стенку.
— Андрюшенька, сдается мне, что вы набиваетесь ко мне в женихи. А как же ваша молодая красавица жена?
— Джулия, своим вопросом вы ставите меня в тупик, — рассмеялся Андрей.
— Тогда не ставьте меня в тупик своим ответом. Увидимся на вашем дне рождения.
— Джулия, я просто счастлив. Вы не представляете, какая это для меня честь. Сообщите, во сколько вы будете, и я пришлю за вами машину.
— Непременно. До встречи, Андрей.
— До встречи, Джулия.
По голосу было понятно, что Андрей был на седьмом небе от счастья. Положив трубку, я поправила ночную рубашку и рассмеялась.
— Идиот. Когда ты увидишь 50-летнюю Джулию, у тебя челюсть выпадет. Решил флиртануть с американской бабулькой, что ж, неплохо, но это будет последний флирт в твоей жизни. Последний, я тебя уверяю. Андрюшенька, ты же никогда не был расчетлив по отношению к женщинам, видимо, ты очень сильно изменился за эти годы и поменял свои принципы.
В эту ночь сон не шел. Я была слишком возбуждена для того, чтобы спать. И меня можно понять. В конце концов, я в Москве, а у меня очень много связано с этим городом. Еще раз включив ночник, я встала с кровати, достала чемодан и извлекла оттуда довольно потрепанный блокнот, который когда-то принадлежал Руслану. Зачем я его сохранила? Да так, на всякий случай. А теперь, мне кажется, настал тот самый случай. Открыв блокнот, я почувствовала легкое волнение и стала листать страницы, как когда-то давно… Мое внимание привлекла только одна.
"Последняя пятница в 12.00 встреча с Филом у «Арбат Престижа» на площади Ильича. Передача денег из его доли.
Каждое последнее воскресенье месяца в 18.00 встреча в кафе «Подснежник» в пяти километрах от МКАД. Сбор всех старших. Каждое 30-е число месяца — встреча в верхах. Сопровождение Черепа. Ресторан «Охотник» в 20.00".
Последнее сообщение меня заинтересовало больше всего. 30-е число каждого месяца. Бог мой, неужели это случайное совпадение, но ведь завтра 30-е число… Будет ли завтра Череп в ресторане «Охотник»? На этот вопрос я, к сожалению, не могу ответить. И все же хочется надеяться на лучшее. Прошло слишком много времени. Все поменялось, но есть вещи, которые неизменны. Возможно, все будет именно так. Считаю, что нам стоит встретиться, потому что за ним есть должок. Я никогда не любила Руслана, но хорошо к нему относилась и хотела бы выяснить, кто именно его убил и за что.
Я так и не смогла уснуть этой ночью. Я много ворочалась, вставала, подходила к окну и смотрела на ночную Москву. Возможно, на меня так действовала именно Москва. Я была слишком чувственной женщиной, но после того, как не стало Майкла, у меня не было ни одного сексуального контакта. Все мои сексуальные порывы были направлены совсем в другое русло. Это была моя работа. Но иногда… Иногда я понимала, что не могу с собой справиться. Чтобы хоть немного унять сексуальный порыв, я начинала думать о Майкле и даже вспоминала нашу с ним свадьбу. Такой пышной свадьбы у меня еще никогда не было и уже никогда не будет. Было очень много народу. Шампанское, вино и виски просто лились рекой, играл живой оркестр, пела знаменитая американская певица, а у меня на глазах были слезы. Я не верила. Я просто не верила, что такое может приключиться со мной.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
