заказы на постройку речных судов со стороны, И.И. Игнатов значительную долю производства пароходов оставлял для собственных нужд и перевозок. В итоге его контора пароходства (илл. 76) располагала настолько внушительным флотом, что конкурировать с ней не решался ни один из тюменских предпринимателей. Так, тюменский адресный календарь за 1893 год приводит следующие сведения о собственных судах Игнатова: «Рейтеры», «Коссаговский», «Хрущев», «Капитанов», «Фортуна», «Белевец», «Нижегородец», «Остяк» и др. – всего 17 единиц. Все они были сооружены на Жабынском заводе.
И.И. Игнатову принадлежала не только инициатива постройки первых пассажирских судов, от примитивного буксирно-пассажирского «Сарапулец» (1880) до двухпалубных речных гигантов так называемого «американского» типа, но и организация массового и регулярного пассажирского сообщения. Игнатовские пристани, как грузовые, так и пассажирские, работали, кроме Тюмени, в Омске, Семипалатинске, Барнауле и в других городах.
В начале 1895 года на Ирбитской ярмарке было подписано крупнейшее соглашение об организации акционерного товарищества – пароходства и торговли по рекам Западной Сибири. В число его учредителей вошли И.И. Игнатов – он же председатель правления, казанская купчиха 1-ой гильдии В.П. Карпова, А.К. Трапезников и московский купец 1 -ой гильдии И.И. Казаков. Позже к «Товариществу» присоединились и другие сибирские предприниматели, в том числе – тобольский торговый дом «М. Плотников и сыновья» и тюменский судовладелец Ф.С. Колмогоров.
И.И. Игнатов построил в Тюмени здание (илл. 77) главной конторы «Товарищества Западно-Сибирского пароходства и торговли» («Товарпар»),
До 1917 года «Товарищество», объединившее многомиллионный капитал, не имело серьезных конкурентов во всем бассейне реки Оби. И.И. Игнатов до 1912 года считался распорядителем «Товарищества».
После 1905 года И.И. Игнатов постепенно, сказывался возраст – ему за семьдесят, стал отходить от заводских дел, сохранив за собой только хлопоты по пароходству и речным перевозкам. Он передает завод на правах аренды англичанину Ф.Е. Ятесу: сначала управляющему заводом, а затем совладельцу его. В 1909 году Ф.Е. Ятес переоборудовал старый пароход «Казнаков» в пассажирский двухпалубный и назвал его в честь основателя завода: «Иван Игнатов».
В 1912 году И.И. Игнатов передает все производственные и предпринимательские заботы «Товариществу», освобождается от обязанностей в городской Думе и уезжает в родные края в Тулу к родственникам. В возрасте 82 лет в 1915 году он скончался и похоронен в этом городе. «Тобольские губернские ведомости» отмечали, что в губернском центре была отслужена панихида по умершему.
ДЕТИЩЕ НА МЫСУ
И.И. Игнатов – купец первой гильдии, судовладелец, строитель и признанный знаток речных пароходов, автор публикаций в российских научно-технических журналах, инициатор первого тюменского электрического освещения – был одним из немногих предприимчивых людей первого русского города Сибири, благодаря которым Тюмень во второй половине прошлого столетия вошла в число городов с высокими темпами промышленного развития. Решающим шагом молодого и энергичного 30-летнего предпринимателя стало строительство самого крупного от Волги до берегов Охотского моря судостроительного завода.
Считается, что И.И. Игнатов основал завод совместно с нижегородским пароходовладельцем И.С. Колчиным. Вскоре Колчин по завещанию передал дело своему родственнику У.С. Курбатову с условием, что полномочным распорядителем фирмы станет И.И. Игнатов. В последующем компаньоном Игнатова стала казанская купчиха 1-ой гильдии В.П. Карпова. В действительности же полновластным хозяином завода во все годы работы в Сибири до 1905 года был И.И. Игнатов. Достаточно сказать, что нижегородские и казанские представители фирмы Тюмень ни разу не посещали. Предприятие получило название «Жабынский механический судостроительный чугунно и медно-литейный завод» (илл. 78) .
Передо мной – план Жабынского завода, составленный в начале 90-х годов (илл. 79). Здесь не только обозначены корпуса, стапели и причалы, но и жилой поселок, здания заводоуправления и складов, котельное хозяйство, училище, паровая мельница, лесопилка, магазин, больница, церковь, модельный и чертежный цехи. По всей территории расставлены на столбах электрические фонари. С городом установлено телеграфное сообщение (каким образом провода были перекинуты через реку? На столбах, под водой и кабелем?).
Поражают воображение два обстоятельства. Во-первых, чертеж сделан спустя четверть века после основания завода, что сравнительно немного для XIX столетия, но впечатление от солидных кирпичных корпусов и целого рабочего поселка такое, что, кажется, фабричный городок существовал многие десятилетия: наглядное свидетельство размаха, энергии и предприимчивости И.И. Игнатова.
Во-вторых, меня до сих пор мучает один вопрос, ответа на который так и не сумел найти за все годы поисков материалов о Жабынском заводе. Что заставило И.И. Игнатова построить завод не только на большом удалении от Тюмени, но и на другом, левом берегу реки Туры? Это в наше время добраться до поселка Мыс на расстояние от центра Тюмени почти в полтора десятка километров не представляет особого труда, а в шестидесятых годах XIX века? Нет хороших дорог, не говоря уже о том, что через Туру первый стационарный мост появился только в 1925 году.
Ответы на поставленные вопросы, на первый взгляд, очевидны. Игнатов выбрал деревню Мыс и площадку для завода на месте, где уже с начала XIX века (1834 г.) существовала верфь по изготовлению деревянных барж. Близость деревни гарантировала приток рабочей силы, на Мысу рабочие уже располагали своим жильем. Берег Туры в районе завода имел значительное поднятие, что предохраняло заводские цеха от ежегодного весеннего паводка. И все же...
И.И. Игнатов, как судостроитель, в Тюмени был вторым после Гуллета. Правый, крутой берег Туры еще не был занят другими верфями, во множестве, до восьми!, появившимися после Игнатова. Кто мешал ему построить завод на месте существующего судостроительного завода в пределах черты города и рядом с его жилым домом? Говорят, для личных нужд И. И. Игнатов имел паровой катер, на котором ежедневно ездил вниз по Туре на свой завод. Возможно; такие путешествия доставляли удовольствия заводчику, но не ради же них завод был построен так далеко от города, пристаней и от дома? Тупиковая железная дорога, проведенная на станцию Тура в 1885 году мимо жилого дома Игнатова, пакгаузов и здания правления пароходства, не раз, наверное, напоминала пароходчику о его былой непредусмотрительности. Но разве можно было предполагать экономические преимущества
