— Ну, нет, конечно, но… — Кэтлин оглядела праздничную комнату, нарядно одетых людей — удивительно, скольких из них она уже успела узнать. Внезапно ее поразило, что она чувствует себя здесь как дома, привыкнув к дружески резковатой Эдне, к робкому милому личику Уиннифред, к простой вкусной пище, к добродушному гостеприимству, к людям, говорящим то, что они думают, и старающимся по мере возможности относиться к другим хорошо и по-соседски. Она и сама не понимала, как это случилось, но Хоуп и Серебряная долина нашли место в ее сердце.
А вот отношение Дрю ко всему этому ей не нравилось, точно так же, как не нравилось, с каким собственническим видом он, обнимая ее, прижимал к себе так, что она чувствовала, какое у него крепкое тело.
— Дрю, прошу вас, я задыхаюсь. — И она отстранилась.
— Простите, Кэтлин, но вы сильно действуете на мужчин. — И с тихим смешком он ослабил хватку. Музыка продолжала играть.
— Этот уголок мира такой странный, — снова заговорил он, — и природа здесь прекрасна, но вряд ли я буду по этому скучать, когда вернусь на восток. Не говорите, что вы будете.
— Не знаю. В последнее время я не часто думаю о возвращении на восток.
— Я нахожу это весьма удивительным. Мне кажется, что ваше место — в красивой гостиной, вы должны быть одеты в драгоценности и атлас, иметь в своем распоряжении множество слуг и перед вами должен стоять серебряный чайный прибор и чтобы на обед вам подавали пирожки с омаром и шампанское. Вместо… что там приготовили для нас миссис Тайлер с подругами? Жареную курицу, говядину на вертеле и кукурузные початки?
В душе Кэтлин вспыхнуло возмущение, но она сдержалась и не стала возражать, увидев, что Уэйд смотрит на нее — он пронесся мимо них со своей брюнеткой, как вихрь. С тяжелым сердцем Кэтлин заставила себя снова улыбнуться.
— Очень хорошо, Дрю, что вы напомнили, спасибо. Мне, пожалуй, нужно узнать, не могу ли я чем-то помочь Элис на кухне…
Дрю опять крепко обнял ее. Она чуть не поморщилась, а он покачал головой.
— Это может подождать, не так ли? До конца вальса еще далеко. Я даже подумать не могу, чтобы расстаться с вами… пока что.
— Ничего из этого не получится. Я такой медлительный, такой тупой, что к тому времени, как я сумею написать это чертово письмо, Кэтлин как пить дать уже выйдет либо за Уэйда, либо за Дрю Рейли.
Джейк, нахмурившись, прислонился к стене, а Кэтлин с Дрю кружились по паркету в пестрой толпе танцующих. Луанн, стоявшая рядом, попыталась подбодрить его:
— Прекратите, Джейк! Вы не медлительный и не тупой. Любому человеку на учение требуется время. Я считаю, у вас все хорошо получается — вы с каждым уроком делаете успехи. Но если вы намерены вести себя как трус, тут я ничем не смогу вам помочь! Посмотрите на меня, Сегодня Уэйд даже не подошел поздороваться со мной. — Впервые за вечер голос ее дрогнул. — Но я не собираюсь стоять здесь и злиться на весь мир. Я собираюсь веселиться — с вами или без вас.
Джейк выпрямился и с виноватым видом взглянул на нее.
— Жалею насчет Уэйда. Но если вас не огорчает, что он не пригласил вас танцевать и не подошел поздороваться, может, вы не так увлекались им, как вам казалось.
— Ну что ж, примите к сведению, что мне казалось — в то время, — что я очень им увлечена. Но самое смешное, что я ничуть не скучаю, не видясь с ним. Я думала, что будет иначе. — Луанн поправила кружево платья. — Он, знаете ли, все же заходил ко мне вчера вечером. Сразу же после нашего урока, десяти минут не прошло, как вы ушли.
— Заходил? И что он сказал?
Она смотрела на танцующих, взгляд ее следовал за Уэйдом и Сэлли Хэнке, брюнеткой в желтом платье.
— Он сказал, что рад, что мы с ним друзья. Что, если мне когда-нибудь что-то понадобится, я могу на него рассчитывать.
— Ну, это уже кое-что! — воскликнул Джейк. — Может, он передумал насчет Кэтлин. Или Кэтлин передумала насчет него…
— Нет, Джейк. — Луанн покачала головой. Ее локоны взметнулись и упали на лицо в бледных веснушках. — Просто таким способом он сообщил мне все, что хотел, — дал понять, что мы никогда не станем больше чем друзьями. Он сделал это деликатно и очень осторожно. Ему не хочется, чтобы у меня были… какие-то ложные ожидания.
— Вот как. — Джейк задумался. — Вы уверены, что он это имел в виду?
— Совершенно уверена. — Улыбка ее получилась грустной. — Девушка всегда знает, когда мужчина интересуется ею… на особый манер. — Она бросила на него быстрый взгляд, потом посмотрела в сторону. — Может, вам лучше забыть о своем письме и просто пригласить Кэтлин на танец? И пока вы будете танцевать, прочтете ей стихотворение. Скажете, что оно выражает то, что вы чувствуете на самом деле…
— Я еще не выучил его до конца.
— Почти выучили. Можем попрактиковаться прямо сейчас, и, когда вы освежите его в памяти, можно будет попробовать.
Глаза у него загорелись.
— Может, вы и правы. Вы вправду считаете, что это будет к месту?
Луанн кивнула. Она слегка побледнела, но голос ее звучал сильно и уверенно:
— Конечно. Если вы действительно интересуетесь Кэтлин…
— Ясное дело, интересуюсь! А как вы думали, зачем я столько вечеров занимаюсь с вами?
— Тогда, пожалуй, сегодня вечером вам стоит ей все сказать. Вы выглядите прямо-таки красавцем, — добавила она, и впервые за все это время в голосе ее послышалась дрожь. Джейк ничего не заметил, хотя, посмотрев на нее, ухмыльнулся.
— Вы так думаете?
Луанн протянула руку и поправила его черный галстук, заметив, как клетчатая красная рубашка подчеркивает красивые широкие плечи.
— Да.
— Ну тогда спасибо. Вы тоже очень замечательно выглядите, миз Портер. — Впервые он, кажется, рассмотрел ее — платье из бледно-зеленого муслина, на шее ожерелье из жемчуга и жемчужные висячие серьги, отражающие свет. — Очень даже замечательно, — повторил он, и глаза его оглядели ее пышную грудь в низком вырезе платья.
— А вам не кажется, что вы могли бы называть меня Луанн, хотя бы сегодня вечером? Я хочу сказать, мы ведь хотели, чтобы все подумали, что мы с вами любезничаем и все такое.
— Верно. Я позабыл. — Он усмехнулся и вдруг, протянув руку, отвел локон с ее щеки. На мгновение его рука прикоснулась к ее лицу, а потом он убрал ее. — Это очень здорово, что вы придумали, чтобы я пригласил вас на танцы, — быстро сказал он. — Все время, пока я ходил к вам, ваша тетка и дядя, ковбои — все, кто знал про это, думали, что я ухаживаю за вами, а не что мы с вами изучаем азбуку.
— Да, это хорошо придумано, Джейк. — Она внимательно посмотрела ему в глаза. Потом глубоко вздохнула. — Надеюсь, вы будете продолжать уроки, Джейк. Возможность читать и писать, возможность общаться — это удивительная вещь. Вы уже так продвинулись. Еще несколько уроков принесут вам огромную пользу.
