– Да уж, он это дело любит, – подтвердил молодой. – А еще любит фигуры разные на коже вырезать – кресты, круги.
– И шкуру живьем с человека спускать, – добавил пожилой.
Шахматисты переглянулись. Пильсбери сглотнул слюну и тихо спросил:
– Это о ком вы говорите?
– Обо мне! – раздался у него за спиной хриплый, гортанный голос.
6– Ну, вот, друзья мои, знакомьтесь – это моя Аня! – объявил Чигорин, вводя в комнату высокую стройную женщину в длинной шубке, наброшенной на грубую шерстяную рубашку. На ногах у красавицы были валенки, которые, судя по размеру, ей одолжила служанка.
Женщина слабо улыбнулась, а Чигорин обвел шахматистов немного удивленным взглядом и спросил:
– Что же вы молчите? Это, в конце концов, невежливо. Господин Стейниц, а вы…
Анна вскрикнула. Михаил Иванович вздрогнул и быстро повернулся к ней. Даже в неверном свете свечей стало видно, как сильно побледнело его лицо. Невысокий скуластый человек с наголо обритой головой держал Анну за волосы. К горлу ее было прижато тускло поблескивающее лезвие кинжала.
– Атайды далшэ! – скомандовал татарин Чигорину неприятным гортанным голосом.
Михаил Иванович не шевельнулся.
– Зарэжу! – пообещал татарин и оскалил желтые, острые, как колья, зубы.
– Лучше сделайте, что он говорит, – посоветовал, сидя на полу и поигрывая револьверами, пожилой бородач. – Целее будете!
Только теперь Чигорин разглядел, что в руках Ласкера ничего нет. Его револьверы каким-то образом перекочевали в лапы бородача.
– Ну! – рявкнул татарин. – Атайды!
Чигорин покорно отошел от Анны на два шага.
– Далшэ!
Михаил Иванович отошел еще. За дверью, ведущей к лестнице, послышались чьи-то шаги, а несколько секунд спустя дверь открылась и в комнату с канделябром в руке вошел Александр Бенедиктович Бостанжогло. Табачный король был одет в мягкий темный халат и войлочные туфли. Его льняные волосики были аккуратно зачесаны набок.
– Здравствуйте, господа! – с сияющей улыбкой поприветствовал он шахматистов. – Я рад, что вы нашли время, чтобы навестить меня. Правда, условия, при которых мы с вами свиделись, несколько необычны. Но, с другой стороны, это даже интересно.
Ни один из четырех шахматистов не двинулся с места и не промолвил ни слова. Бостанжогло пробежал взглядом по их суровым лицам, усмехнулся и протянул руку к бородатому дядьке Прокопу.
– Дай!
Бородач, ухмыляясь, вложил ему в руку один из револьверов. Бостанжогло откинул барабан, глянул в пустые гнезда и усмехнулся.
– Не заряжены. Как я и предполагал. Чей это?
– А вот этого усатого господина, – ответил дядька Прокоп, показывая на немца грязным пальцем.
Табачный король протянул ему револьвер.
– Возьмите свое оружие, герр Ласкер. Возьмите-возьмите, мне чужого не надо!
Немец взял револьвер и сунул его в карман пальто.
– Что же это происходит, господа? – громко спросил Бостанжогло, обводя всю компанию пылающими глазами. – Вы приходите меня грабить и даже не заряжаете револьверов. Это обидно. За кого вы меня принимаете?
Шахматисты молчали.
– Вы избили моих людей, похитили мою сожительницу, – продолжил Бостанжогло. – Знаете что я сделаю? Я обвиню вас в краже. Да-да, в краже. Вы пробрались ко мне в дом и пытались похитить мою коллекцию золотых украшений. Для верности я подброшу вам в карманы несколько золотых побрякушек. И вы – все четверо – отправитесь в тюрьму по уголовной статье. Мой друг, обер-полицмейстер Петербурга, сделает все, чтобы это случилось без волокиты и лишних проволочек. Я…
Вдруг что-то громыхнуло. Все, кто находился в комнате, вздрогнули и повернули головы на грохот. Ласкер держал в руке дымящийся револьвер, направленный дулом в грудь Бостанжогло.
– Что? – пробормотал недоуменно табачный король. – Как? Он заряжен!
– Не нужно было возвращать мне револьвер, – произнес Ласкер могильным голосом. – И уж тем более, не нужно было рассказывать о своих планах. Для меня репутация важнее жизни, и теперь я пойду до конца.
– Я ее зарэжу! – взвизгнул татарин, прижимая к горлу Анны кинжал.
– А я прострелю тебе твою бритую башку, – сухо ответил ему Ласкер. – Давай, режь! Она не моя невеста, и мне на нее плевать!
Татарин растерянно посмотрел на Бостанжогло.
– Погодите, – пробормотал тот, – не горячитесь. – Он немного подумал, затем повернулся к Чигорину и сказал: – Ситуация безвыходная, Михаил Иванович. Как же нам с вами разойтись?
– Я не хочу, чтобы кто-то пострадал, – глухим голосом ответил Чигорин. – Мы просто уйдем и заберем с собою Анну.
– Вот как? «Просто уйдем и просто заберем»? С чего вы решили, что я позволю вам это сделать?
– Вы сами сказали, что ситуация безвыходная. Вы вооружены, мы – тоже. В барабане у моего друга шесть патронов. Даже если он не попадет в вас с первого раза, у него будет еще пять попыток.
– Четыре, – поправил Бостанжогло. – Одну пулю он уже выпустил в воздух. К тому же ваш друг успеет выстрелить всего только раз. Потом мои люди скрутят его. Пока они будут бороться, я выскользну отсюда тем же путем, что и пришел.
Бородатый Стейниц, до сих пор стоявший молча у стены, взял с комода тяжелый бронзовый подсвечник и заслонил собою дверь.
– Чтобы выйти через эту дверь, вам придется пройти сквозь меня, – сказал он, – а это физически невозможно.
– Ах, вот вы как? – проговорил Бостанжогло, удивленно глядя на австрийца. – Господин Стейниц, что за мальчишество? Вы ведь солидный, пожилой человек!
– Это так, – согласился Стейниц. – Но рука у меня все еще крепкая, и если вы попробуете выйти, я проломлю вам череп.
– Но вы можете уйти прямо сейчас! Если вы так сделаете, я не стану вас преследовать.
– И тем не менее я останусь, – спокойно ответил Вильгельм.
– Гм… – Табачный король перевел взгляд на молодого американца. – Ну, а вы, господин Пильсбери? Почему бы вам не уйти? Вам всего двадцать три года, у вас впереди целая жизнь. Зачем вам лезть в это дело?
– Если вы сделаете попытку выйти, мне придется вас задушить, – пообещал Пильсбери.
Бостанжогло удрученно покачал головой.
– Ну, а вы, господин Ласкер? – спросил он у немца. – Вы-то что делаете в компании этих безумцев? Я всегда считал вас здравомыслящим человеком. Спортсмен, игрок, студент, умница! К тому же чемпион мира! Зачем вам это?
– Если ваш разбойник тронет хоть волосок на голове этой женщины – клянусь честью, я вас прикончу! – пообещал Ласкер, яростно вращая глазами.
– Словарь уголовного арго, страница шестьдесят семь, – пробормотал Пильсбери.
– Н-да… – Бостанжогло горестно вздохнул. – Боже-боже… Куда катится этот мир?.. Ну хорошо. Все мы оказались в ловушке, и надо искать из нее выход. Господин Чигорин, что, если мы с вами выйдем в соседнюю комнату и проведем что-то вроде деловых переговоров?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
