на отпечатки не хотелось. С другой стороны, сколько я видел прекрасных дам, спокойно лгавших в глаза мужчинам и совершавших жестокие преступления.
— Хотя, — вдруг начала вспоминать вампирша, — я долго ждала его в экипаже. Он сказал, что у него есть одно неотложное дело. Я тогда подумала, что ему нужно… — она замялась, — ну, вы сами все понимаете.
— И что? — встрял Кевин. — В смысле, не что ему нужно, а что дальше?
— Я не дождалась и пошла искать Криса. Он как раз выходил из коридора.
— Эйден, — серьезно посмотрел на меня брат. — А туалет и библиотека далеко друг от друга?
— Нет, — я нахмурился, понимая, к чему тот ведет. — Как раз в одном крыле.
* * *
Маша Антонова
— А-А-А-А! — закричала я.
А что? Страшно же. Тут сюжет покруче, чем в фильмах ужасов, которые любила смотреть Даша. Один миг, и я почувствую все чудеса перерождения. Недоделанная колдунья вуду-хренуду пытается вселиться в мое тело.
— А-А-А-А! — закричал Мишель, создавая магический шар.
Что примечательно, привидение тоже вопило как резаное. Аделаиде-то чего бояться? Второй раз призраком не стать.
Вспышка молнии осветила знакомую фигуру. Я сразу поняла, кто оказался за дверью: седые пряди волос с птицами и гнездами, свитыми ими уже в шевелюре, нелепое платье и ноги и лодыжки в полосатых колготках. Кто мог знать, что в склеп принесет Эланору?
— Молчи, болезный! — старушка заткнула вампира заклинанием.
А потом бросилась ко мне, удерживая в руках топор явно боевого назначения. Мишель застыл и пронесся по воздуху. Древняя вампирша обездвижила злодея, а меня, наоборот, отпустила, пробурчав что-то себе под нос. Поблагодарить женщину я не успела: на нас налетел шквальный ветер, буквально сбивая с ног.
— Вам со мной не справиться! — визжала Аделаида, довольная произведенным эффектом. — Я — хозяйка поместья. Все духи дома работают на меня.
Духи? Он не один? Или один? Вот предатель прозрачный. Как оборотня по кухне шарашить, так он первый, а обозначить, что служит врагам… Но ведь он признал меня, а значит, и мне подвластно повелевать полтергейстом? На этом полет разума закончился, и началась отчаянная борьба за жизнь.
— Нет! — я тоже подняла свой голос на пару тонов. — Слушайся меня! Я твоя хозяйка! — И ногой еще топнула для уверенности.
Порывы ветра прекратились, дав нам возможность встать. Кивнув старушке, я всматривалась в агрессивную ведьму. Что делать дальше, я не представляла. Как можно справиться со злобной стервой, которой любой удар побоку? Да и магия моя заморожена в оковах, пока Кристиан не снимет с меня проклятую цепь. Тупик, господа!
— Открой в себе второй дар, — прорычала Эланора, бросаясь обратно к Мишелю.
Секретарь каким-то чудом смог сбросить с себя стазис, чтобы заново попытаться напасть. Подозреваю, что у вампира есть какой-то артефакт.
Легко сказать — открой. Знать бы, как это делать. В минуты опасности я только молнии выпускала и погоду портила. Но сегодня прогноз работал исправно и был сам по себе.
— Тебе не спастись! — летала вокруг меня Аделаида, толкая в бок и стараясь сдвинуть меня в очерченный круг.
— Но и тобой не стану, — сверкнула я глазами, обещая себе, что не сдамся до последнего.
Хранитель Ведьминой горы опять начал выполнять приказы колдуньи-злодейки.
— Схвати их, — она властным жестом указала на вампиршу, — чтобы они не двигались.
Вмиг я почувствовала, как ноги и руки оказались прижаты к земле.
— Отпусти меня! — добавила я строгости в голос и испытала облегчение. — И Эланору, — когда заметила недовольное лицо старушки.
Но тут подсуетился Кристиан, про которого я успела забыть. Он, схватив старшую де Цепеш, прижал к шее серебряный нож.
— Двинешься, и твоя спасительница умрет, — пригрозил он мне, опасно водя лезвием по горлу женщины.
— Не думай, — геройствовала вампирша. — Мне семьсот лет, я достаточно жила!
Что делать? Я растерялась. Неужели все бесполезно? Спасаться, жертвуя сумасшедшей старушкой — не выход. Мамочки, как поступить? Второй дар, откройся, позволь спастись. Зажмурившись, я молилась местным богам и вселенной, надеясь на чудо. В груди как будто что-то формировалось, требуя выхода.
— Что это? — раздался голос Мишеля.
Пришлось приоткрыть один глаз, чтобы увидеть, чему тот так удивляется. По полу разлился зеленоватый туман, из земли вылезали небольшие скелеты мышей и крыс, уверенным строем маршировавшие в сторону чародейки. Глаза их блестели яркими вспышками, грызуны что-то нечленораздельно пищали, взбираясь друг на друга в попытках достать до призрака.
— Кто это?! — закричала Аделаида, пытаясь смахнуть с себя башню из мышей.
Вот чего так верещать? Мне тоже интересно, но я же не ору.
— Маша, это ты, — восторженно заявила Эланора, больно наступая каблуком Кристиану на носок. — Развоплоти ее!
— Чего?
— Дура, ты — некромант!
Кто? Вопросы накапливались. Ощущая, что меня переполняет волшебство, выпустила магию из тела, накрыв всю гробницу мощным взрывом. Стекла вышибло из рам, взметнулся столб пыли, и хлипкая дверь отлетела на несколько метров, срываясь с петель.
Не знаю, сколько прошло времени с этого момента, но когда мы смогли разлепить глаза, умертвия грызунов валялись вокруг места упокоения Аделаиды. Ее нигде не было видно, и давящая аура старой злобной ведьмы больше не ощущалась.
— А что, так можно было? — воззрилась я на вампиршу.
Эланора устало откинулась назад, смахивая неопрятные непослушные пряди.
— Вот казалась такой умной девочкой…
Тоже мне, откуда я могла узнать о втором даре, если все называют силу скрытой? Ясновидения мне не досталось, только появилась возможность поднимать из могил хищников мелкого пошиба. Еще непонятно, что с этим делать. Просыпаться в окружении мертвяков не хочется. Я от вида Клода до сих пор вздрагиваю.
— Ее больше нет? Она сгинула? — мне не верилось, что опасность миновала.
— Да, — буднично отметила де Цепеш. — Твой некросрыв всех призраков в округе распугал.
— Даже хранителя? — ужаснулась я ее словам.
Он хоть и помогал Аделаиде, но меня тоже слушался. Жалко…
— Вряд ли, — Эланора махнула рукой как ни в чем не бывало. — Духи не привидения. Скрылся, прячется, чувствуя вину. Вот начнешь учиться, поймешь разницу.
Точно! Учиться… и Триаль как-то упоминал. И Эйден. Но хорошенько обдумать возможность повышения магической квалификации мне не дали.
— Что вы
