Читаем без скачивания О людях и бегемотах - Сергей Мусаниф

Обычный ритуал такой.

Сначала злодей разговаривает с героем или героями, долго объясняя им свою злодейскую политику, смакуя кровавые подробности и время от времени разражаясь демоническим хохотом. Главный герой спокойно выслушивает весь этот бред, отвечает на него коротко и достойно, а потом происходит сама драка.

Тут тоже есть свои правила.

Сначала злодей должен вроде бы одолевать. Он может даже несколько раз легко ранить героя, осыпая его насмешками.

Потом соратника героя, если таковой имеется в наличии, замочат.

Потом появится кто-то посторонний и, когда до поражения положительного персонажа останется лишь один удар, отвлечет внимание злодея на себя.

Разумеется, он будет тут же убит, но за то время, что он подарил главному герою, тот успеет прийти в чувство, взять себя в руки, вспомнить все, чему его учили, и учинит злодею Ночь Кровавых Ножей.

Увы, ритуала не получилось.

Черный Лорд не стал разговаривать, и движением мизинца вырвал оружие из рук человека и лап гиптианина. Вытащил свою пушку, а отнюдь не лазерный меч, как от него ожидали, и приготовился всех убить.

И главные положительные персонажи ничего не могли с ним поделать.

Группа «Альфа» добралась до генераторного отсека номер три, заминировала его, поставив таймер на двадцать минут, и ринулась на выход. К этому времени Гошина группа преодолела уже половину пути.

– Чего-то там происходит, – сказал Кэп, не отрываясь от иллюминатора.

Сейчас имперский крейсер напоминал улей, вокруг которого вьются пчелы. Роли пчел исполняли спасательные капсулы.

– Наш катер не видно? – поинтересовался Проф. Для него все космические корабли имели одинаковые силуэты.

– Наш катер еще внутри, – сказал Кэп. – Дьявол, я так нервничаю, что даже курить не могу.

Лейтенант Крин ворвался в шлюзовой отсек, как и положено, в последний момент. Хоть эту часть ритуала никто не нарушил.

Остальные штурмовики безнадежно завязли в бою в двух поворотах от шлюза, и Крин, выполняя приказ своего нового командира, прибежал один.

Единственным оружием, которое имелось у него в наличии, был гиптианский «лифт».

Команда Гоши, точнее, ее остатки ввалились в шлюзовой отсек, содержащий гиптианский катер.

Женя уныло сидел на полу, баюкая правой рукой отстреленную по локоть и неумело перевязанную левую, и курил сигарету.

– Витя, – констатировал он. – Гоша. А у нас тут патроны кончились.

– Сколько? – спросил Гоша.

– Двенадцать человек живы. – Женя сообразил, что его спрашивают не о патронах. – И трое чуть живы. Хорошо хоть, местные помогали.

– Корабль?

– Поцарапали малость. Но в общем и целом... В норме.

– Прекрасно, – сказал Гоша. – Грузимся. Map... Мастер Йода, скажите местным, чтобы забирались в свои капсулы и отваливали. Осталось меньше трех минут.

Йода обратился с речью к имперцам.

– Хороший ты парень, – сказал Юнга лейтенанту Крину. – Спас мою драгоценную шкуру, а заодно и шкуру этого балбеса.

– Я переживаю, – сказал Крин. – Я ж этого гада убить хотел. А получилось как-то глупо...

– Считай, что ты его уже убил, – сказал Юнга. – Оружие-то его здесь осталось.

– Ну...

– А сам он где?

– На Луне.

– А сколько ты человек до него... эвакуировал?

– Не считал. Человек пятьсот, наверное. Или больше.

– Вот они его там ждут не дождутся, – сказал Юнга. – Точнее, его-то они как раз дождутся. И будут очень рады встрече. Я не пророк, но ясно вижу, что в такой ситуации никакая Сила вашего Лорда не спасет. А теперь мой тебе совет, хороший парень. Я не знаю, какая там на Земле сейчас обстановка по отношению к вам, хорошим имперским парням, и лучше бы тебе с нами не лететь. А пересидеть на Луне, пока мы эту самую обстановку не узнаем и, если что, не отрегулируем. Сам стрельнешь, или тебе пособить?

– Сам, – сказал лейтенант Крин, поднося «лифт» к виску. Потом что-то сообразил и направил его себе в живот.

Как только прибор, выпавший из нуль-перемещенной руки лейтенанта Крина упал на пол шлюзового отсека, в помещение ввалились пятнадцать очень усталых, окровавленных, но очень довольных собой людей. Это была группа «Альфа».

– Проф, – позвал Кэп. – Глянь в иллюминатор. Красотища-то какая.

Там, на фоне черного и бездонного космоса, взрывался и разваливался на части боевой имперский крейсер, залетевший не в ту галактику и не в то время. А из обломков двумя серебряными стрелами вырывались имперский разведывательный шаттл и гиптианский катер.

То, что произошло дальше....

То, что произошло дальше, вы сможете узнать из официальной хроники.

Через пять минут после того как корабль имперцев разлетелся на миллиарды очень маленьких кусочков, президент Путин созвал пресс-конференцию и в прямом эфире, транслировавшемся на всю планету, объявил, что России в сотрудничестве с доброжелательно настроенными пришельцами удалось покончить с угрозой из космоса и теперь Землю ожидает эра мира и процветания.

И освоения космических пространств.

Население, не сильно обеспокоенное самим фактом угрозы, против всякого ожидания, фактом ликвидации угрозы было очень обрадовано. Вплоть до массовых народных гуляний в крупных городах мира.

Одно из таких гуляний мог наблюдать из окна своего лимузина директор ЦРУ, ехавший в Белый дом с прошением об отставке. Ему особенно запомнилась группа из трех человек, среди которых был один белый, один афроамериканец и один американец азиатского происхождения. Они обнимались, пили пиво и орали на всю улицу:

– Американец, русский и гиптианин – братья навек!

Через пять часов после уничтожения крейсера разведывательный имперский шаттл приземлился прямо на Красной площади, повторив подвиг немецкого авиатора, и из него вывалилась группа «Альфа», все бойцы которой уже успели стать Героями России[40]. Толпа приветствовала их дружным ревом.

Следующим вышел Лева, чья роль в нашей истории была известна уже всему цивилизованному миру. Лева был искупан в овациях и на руках препровожден к воротам в Кремль.

А потом вышел Юнга, и благодарное человечество наконец-то узрело истинный облик пришельца. И пришло от него в дикий восторг[41]. Юнгу тоже донесли до ворот Кремля, правда, чуть медленнее.

Некоторые потом жаловались на грыжу и боли в спине.

Президент встречал своих героев сразу за воротами. Лицезрев лидера, толпа завопила еще громче, хотя раньше это казалось просто невозможным.

Одновременно с этим в окрестностях Москвы приземлился гиптианский разведывательный катер, и его появление, в отличие от появления шаттла, было замечено только теми, кем и должно было быть замечено. И никак не посторонними. Катер привез на Землю полковника Медведева, мастера Йоду, остатки лунной братвы и пленных имперских техников.

Гоша тут же связался с конторой и заказал себе машину.

Из катера кряхтя, но отказываясь от помощи со стороны вылез Витя с повязкой на голове.

– Ну ты прямо Щорс, – сказал Гоша.

– Сам такой, – сказал Витя. – Ты своих уже вызвал?

– А то.

– Значит, пора разбегаться.

– Пора, – сказал Гоша. – Я хотел бы сказать что-нибудь патетическое, соответствующее моменту, но никакие глупости что-то в голову не лезут. А тебе?

– И мне тоже.

– Тогда... Просто береги себя, Витя.

– И ты береги себя, Гоша. Они пожали руг другу руки.

– А здорово мы им вломили, – сказал Витя, задирая голову к небесам.

– А то, – сказал Гоша.

Утром, то есть через полтора часа после возвращения группы «Альфа», приземлилось основное гиптианское судно. Проф остался на территории Кремля, а Кэп отправился на Луну выручать спасенный имперский экипаж. Ему предстояло очень много челночных рейсов.

Имперские военные полтора года провели на закрытой военной базе, подвергаясь всяческим исследованиям, а заодно знакомясь с общественным устройством Земли и изучая местные языки.

По истечении срока, который понадобился землянам, чтобы понять, что бывшие подданные Императора не представляют никакой угрозы, их выпустили в мирную жизнь.

И они, без всяких эксцессов и проблем, прекрасно ассимилировались с местным населением. К слову, все они выбрали себе мирные профессии, никак напрямую не связанные с космосом.

Космосом они были сыты по горло.

Через два дня после разгрома вторгшегося в Солнечную систему агрессора состоялось внеочередное заседание Генеральной Ассамблеи ООН, на котором гиптиане были представлены правящей элите и поведали миру о проблемах своего собственного народа.

Весть о том, что братья по разуму оказались бездомными бродягами, дико огорчила человечество, и на гиптиан сразу же посыпались предложения приютить неограниченное их количество на любой срок.