Читаем без скачивания Хищник - Майкл Ридпат

Что же из всего этого правда? Этот вопрос не давал ему покоя.

Крис примчался на работу рано утром. Они с Олли должны были заново просмотреть имевшиеся у них ценные бумаги и внести в пакет основательные изменения. Самое же главное — им надо было перевести бумаги «Амалгамейтед ветеранз» на Королевский банк Кувейта. Гособлигации не представляли в этом смысле трудностей, но цены на бумаги «Эврики телеком» диктовал в значительной степени «Блумфилд Вайс», их главный держатель, и с этим надо было считаться.

В девять тридцать Крис взглянул на монитор и обнаружил некоторую тенденцию в движении бумаг на рынке. Он переглянулся с Олли и набрал номер Йена. Крис знал, что Йен в Лондоне, тем не менее попросил позвать его к телефону. Обязанности Йена наверняка взял на себя какой-нибудь другой агент, и можно пока поговорить о бумагах «Эврики» с ним. Его очень интересовало, какую цену предложит за весь пакет «Эврики» представитель «Блумфилд Вайса» сегодня. Крис от всей души желал, чтобы «Блумфилд Вайс» предложил за его пакет как можно меньше, таким образом он надеялся насолить Руди Моссу.

— Привет, Крис, — отозвались на противоположном конце провода, когда директор фонда «Карпаты» представился и попросил к телефону Йена Дарвента. — Это Мэнди, Мэнди Симпсон.

Крис знал Мэнди — в своё время она была младшим агентом Дарвента по продажам, но за последние годы резко рванула вверх.

— Привет, Мэнди. Как поживаешь? Ты, оказывается, уже замещаешь Йена.

— Я не замещаю. Просто взяла трубку, поскольку мы с тобой знакомы.

По голосу женщины Крис понял, что произошла какая-то неприятность.

— Что случилось, Мэнди? — осторожно спросил он.

— Вчера вечером в Париже Йена убили.

Крис прикрыл глаза. Как ни странно, новость его не удивила. Он ожидал чего-то подобного.

— Крис? — позвала Мэнди, чтобы нарушить затянувшееся молчание.

— Извини. Как это произошло?

— Насколько я знаю, его зарезали.

«Зарезали! Ах, Дункан, Дункан!» — с тоской подумал Крис.

— Полиция поймала убийцу?

— Нет, но я вообще мало что знаю об этом деле.

— Господи, — только и сказал Крис.

— Извини за неприятное известие, Крис, — с сочувствием произнесла Мэнди. — Я-то знаю, что вы с Йеном были друзьями.

«Ну, не такими уж и друзьями», — подумал Крис. И всё же, даже будучи уверен, что по вине Йена погибли два человека, он неожиданно тяжело воспринял известие о его гибели.

— Тебе-то за что просить извинения? Спасибо, что поставила меня в известность, — сказал Крис и повесил трубку.

Олли слышал весь разговор и побелел, как мел.

— Боже мой! — сказал он.

— Да, без Господа нам не обойтись, особенно в такой ситуации, — тяжело вздохнув, сказал Крис.

«Это Дункан его прикончил. Вот болван!» — подумал Крис. После того, как он рассказал Дункану о Йене, тот отправился в Париж, выследил там Йена и убил его. Зная взрывной характер Дункана, сомневаться в этом не приходилось. Не приходилось сомневаться также, что свою вину он скрывать не станет и в ближайшие двадцать четыре часа окажется за решёткой.

— Олли! Помолчи минутку, ладно? Мне срочно нужно сделать один звонок.

Олли торопливо отошёл от стола Криса и плюхнулся в кресло. Крис позвонил Меган и сообщил ей печальную новость.

— Это скорее всего сделал Дункан, — сказала Меган.

— Боюсь, что так.

— Он психически неуравновешенный человек. Впрочем, я всегда об этом догадывалась.

Что верно, то верно — Меган уже высказывала подобное предположение.

— Ты права, — сказал Крис. — И потому его скоро схватят. Дункан не умеет держать язык за зубами.

— Я лично покрывать его больше не стану, — сказала Меган.

— Если это сделал он, я тоже не буду врать.

— Быть может, нам заявить на него в полицию?

Крис вздохнул:

— Нет уж. Давай дождёмся, когда полицейские явятся к нам сами. Должен тебе сказать, нам тоже несладко придётся. Снова начнут расследовать убийство Ленки, потом вспомнят об убийстве Алекса, и вот тогда выяснится, что мы в течение десяти лет скрывали правду об этом деле.

— Наверное, ты прав. Но знаешь, как это ни странно, я испытала при этом известии некоторое облегчение.

— Облегчение?

— Да… после того, как Йена не стало. Уверена, с этих пор я смогу спокойно спать в своей комнате. И сразу же прекратятся убийства. Мне не хотелось бы этого говорить, но если Ленку убил Йен, он получил по заслугам.

— Да… — протянул Крис каким-то деревянным, лишённым всякого выражения голосом.

— Что с тобой? — спросила Меган. — Неужели ты сомневаешься, что Йена убил Дункан?

— Не то чтобы сомневаюсь, но…

— Но абсолютной уверенности у тебя нет?

— Нет. А у тебя?

— У меня тоже. В любом случае ты прав: в полицию идти нельзя. Надо сидеть тихо и ждать результатов расследования.

— Меган!..

— А?

— Могу я приехать сегодня вечером к тебе в Кембридж?

Меган заколебалась, но потом ответила утвердительно:

— Приезжай, конечно. О чём разговор?

— Отлично, тогда до встречи, — сказал Крис. Положив трубку, он задумался. Почему Меган заколебалась, когда он спросил, можно ли ему приехать? — задал он себе вопрос. Это ему не понравилось, и даже очень. С другой стороны, Меган права: смерть Йена выглядела загадочно, и никто из них не мог сказать, чем она могла для них обернуться.

Потом Крис подумал: а не позвонить ли ему Дункану? Смысла, конечно, в таком звонке было мало — Дункан почти наверняка находился сейчас в Париже и даже, возможно, в тюремной камере. Тем не менее, он поднял трубку и набрал номер банка «Хонсю». К огромному удивлению Криса, он сразу же услышал речь с шотландским акцентом.

— Дункан! Вот уж не думал застать тебя здесь!

— Это почему же? — поинтересовался Дункан. — Сегодня вторник, рабочий день, десять часов. Где ещё, по-твоему, я должен находиться? Кстати, ты уладил дела с Королевским банком Кувейта?

— Да, уладил, спасибо… Послушай, Дункан, я должен срочно с тобой поговорить.

— Ну так говори.

— Это не телефонный разговор, — прошипел Крис. Все телефонные разговоры в банке «Хонсю» записывались — точно так же, как в «Блумфилд Вайсе».

Дункан тоже понизил голос:

— Понимаю, ты на Йена намекаешь?

— Естественно.

— Ладно. Сейчас мне надо отправляться на деловую встречу, но в половине первого я освобожусь. Тогда и встретимся.

— Дункан, это очень важно.

— Извини, Крис, но раньше у меня никак не получится.

— Хорошо. Встретимся рядом с твоим офисом в двенадцать тридцать.

5

Банк «Хонсю» находился на Финсбери-сквер в северной части Сити. Дункан опоздал на встречу на пять минут.

— Ты куда это направляешься? — спросил Дункан.

— Так, на прогулку, — сказал Крис, выходя следом за шотландцем из здания. По площади гулял холодный ветер.

— Но на улице чертовски холодно, — сказал, поёжившись, Дункан. — А я даже не взял пальто.

— Это твои проблемы, — ледяным тоном произнёс Крис, размашисто шагая по одной из самых известных улиц в мире. Пройдя сквозь выкрашенные зелёной краской ворота, они оказались в небольшом парке, где стояли такие же зелёные скамейки.

— Чего это ты привёл меня сюда? — спросил Дункан. — Да я тут от холода окоченею на этих скамейках.

— Сейчас время ленча, обитатели Сити попрячутся по кафе и закусочным, и сюда никто не придёт, а мне того и надо.

— Да что с тобой сегодня? — спросил Дункан, засовывая руки в карманы.

— Мы встретились, чтобы поговорить о Йене.

— К чему такие меры безопасности? Уж если Йен кого и заложит, так это меня. Йен всегда меня терпеть не мог, — сказал Дункан.

— Ты мне лучше про своё путешествие в Париж расскажи, — мрачно произнёс Крис. — На красоты-то полюбовался? На Эйфелеву башню поднимался?

— Никак не могу взять в толк, о чём ты говоришь? Ни в каком Париже я не был.

— Дункан. Я не идиот. И не намерен впредь врать полиции, чтобы тебя выгородить.

— Чтобы меня выгородить? Ты на что намекаешь, а? — воскликнул Дункан и вдруг замолчал, что-то соображая. — Ах, вот оно что! С Йеном, стало быть, что-то случилось? — уже более тихим голосом произнёс он. — В Париже, да? И ты думаешь, что это я?

— Совершенно верно. Я уверен, что это сделал ты, — сказал Крис.

— Да что случилось? Убили его там, что ли?

Крис посмотрел на Дункана в упор. Его злость, удивление и замешательство казались подлинными. Но Крис только что сказал ему, что не станет его больше покрывать. Так что Дункану было с чего суетиться и изображать невинность.

— В ночь с субботы на воскресенье Йен был убит в Париже ударом ножа. И сделал это ты!

— Хватит молоть чушь, — запротестовал Дункан. — Откуда, спрашивается, у тебя такие сведения? Говорю же тебе: я его не убивал. Я и в Париже-то не был.

— Но ведь ты хотел его убить? Хотел, не отпирайся.

— Нет, не хотел.

— Но когда мы сидели в пабе, вид у тебя был самый что ни на есть решительный.