и поднялся, быстро чмокнул в губы сидящую рядом девушку — Я одеваться. А тебе на сегодня задание — отдыхать. Ну и по возможности придумать, куда мы пойдем вечером.
— Я, вообще-то хотела бы просто дома посидеть, перед телевизором. Все места, которые я так хотела посетить, мы с тобой за прошедшие недели уже обошли.
Легкая непринужденная улыбка мужчины после последней фразы девушки мгновенно погасла, и Касси прикусила губу, мысленно обругав себя за необдуманность собственных слов. Да, они действительно прозвучали, как очередное напоминание о том, что их время почти вышло. Впрочем, Юрий быстро взял себя в руки. Только еще раз наклонился к девушке и снова поцеловал, уже не быстро и мимолетно, а крепко, будто показывая этим поцелуем, что для него еще ничего не закончилось.
Лена, как и обещала, пришла ближе к обеду и тут же, прямо с порога, начала отчитывать свою соседку по подъезду за вчерашнее молчание:
— Ты хоть понимаешь, что я волновалась?!
— Лен, ну извини — покорно повторяла Ксантия версию для подруги — Мы были за городом, домой вернулись уже под утро, меня еще немного продуло в дороге. Я даже не помню, как уснула, с ног валилась от усталости. Вот Юра и не стал меня будить.
— Могла бы хоть написать, когда проснулась! А то я весь вчерашний день как на иголках!
— Да телефон засунула на холодильник и забыла про него, так он еще и разрядился. Я только сегодня утром его нашла.
— Точно? — Лена пристально смотрела на Касси, прикидывая, что в этих словах правда, а что вымысел.
— Точно, Лен, точно.
— Кать, скажи честно, он правда тебя не обижает? Я, конечно, понимаю, что он человек состоятельный, да и симпатичный, чего уж там, но встречаться с абъюзером…
— Лена — решительно прервала Касси допрос — За все время нашего с ним знакомства Юра ни разу меня ничем не обидел, поверь. И нашу вчерашнюю с тобой встречу я действительно проспала. Все, допрос окончен?
Подруга поджала губы, показывая свое неодобрение, но больше с расспросами не донимала. Зато потащила Касси в комнату, чтобы выбрать наряд для похода в кафе.
— Слушай, а вот это зеленое, тебе очень даже к лицу. Хм… а ты, вроде бы, и правда в порядке — оценивающе протянула Лена, разглядывая подругу, которая в этот момент натягивала на себя новое платье.
— А должна быть не в порядке?
— Ну как тебе сказать… — Лена вздохнула, села на ближайший стул, на лице ее проступило непривычно хмурое выражение — Я же тебе рассказывала про своих предков.
— И что?
— Ты знаешь, что отец у меня без выпивки и дня прожить не может. И он всю жизнь, как выпьет, сразу агрессивным становится, все ему везде какие-то обманы и заговоры мерещатся. Маму он до сих пор каждый день в изменах подозревает. И поколачивает время от времени. А потом, как малость протрезвеет, полюбуется на мамину физиономию с синяками, которые сам же ей и наставил, тут же запирает ее дома и к ней никого не впускает, чтобы никто, не дай Бог, о нем бы плохо не подумал. Твой Богданов вчера меня также к тебе не пускал. Но на тебе никаких следов, как я вижу, не наблюдается.
— А, это ты сейчас меня попросила переодеться, чтобы был повод посмотреть, есть ли на мне синяки? — усмехнулась Касси, вспомнив при этом утренние слова Юры.
— И для этого тоже — ничуть не смутившись, кивнула Лена — Но переодеться во что-то более женственное тебе точно стоило. Ты, кстати, молодец, что цвет у татушки все же поменяла, к черному больше цветов подходит.
— Да, поменяла — согласно кивала Ксантия, привычно потирая место браслета — Нам обязательно так наряжаться? Не в крутой ресторан же идем, а в кафе неподалеку.
— Ну и что? Никогда не знаешь, где встретишь свою судьбу — авторитетно отвечала Лена.
— Я не собираюсь никого встречать!
— А вот я как раз в активном поиске! Но мы же не можем прийти вдвоем в одно кафе вот так: я в красивом платье, на каблуках и при макияже, а ты в том, что первое под руки попало?
— Может, как раз так было бы лучше? Если в кафе зайдет твоя судьба, то эта судьба сразу обратит внимание на тебя, а не на меня.
— Нет. Все наоборот: из нас двоих, таких одинаково красивых, он должен выбрать именно меня!
Продолжая этот нелепый разговор, подруги оделись и минут через тридцать сидели в небольшой кафешке за столиком возле окна. Вот только судьбы, к разочарованию Лены, видно не было. Но она особо не отчаивалась и привычно болтала без умолку, рассказывала о нововведениях в магазине, произошедших после увольнения Касси, о новых сотрудниках, вспомнила про двух подружек, Кристину с Машей, в присутствии которых когда-то и проводился тот судьбоносный спиритический сеанс, притянувший к ним призрака Юлю. А Ксантия больше молчала, согласно кивала на слова подруги и надеялась, что та не начнет снова расспрашивать о ее отношениях с Юрой. Врать и выкручиваться совсем не хотелось. И чем дольше девушки сидели за столиком в кафе, тем отчетливее внутри у Касси разрасталось чувство неясной тревоги.
Лене кто-то позвонил, и Касси, воспользовавшись появившейся возможностью, улизнула в уборную, «на пару минут носик припудрить». Умылась, всмотрелась в свое отражение в зеркале, достала из сумочки блеск, привычным жестом провела тюбиком по губам. Закрыла глаза и тяжело вздохнула. Это ведь, скорее всего, ее последние посиделки с Леной, через пару дней с подругой придется навсегда прощаться. Может быть, какой-нибудь классный подарок ей купить на память?
Неприятное чувство внутри снова кольнуло, притом особенно сильно, будто говоря о надвигающейся опасности, и девушка недоуменно поморщилась. Это она заранее так волнуется из-за своего скорого возвращения домой?
Пиликнул смартфон, сообщая о новом сообщении в мессенджере. Юра. Писал о том, что еще буквально часик, и он освободится. Ксантия грустно улыбнулась и быстро набрала ответ, нажала отправить.
«Берегись» — прозвучал в этот момент в голове голос знакомого призрака, и Касси даже не успела удивиться присутствию здесь Юляши. Дальнейшее произошло очень быстро… неожиданный удар по голове, резкая короткая боль, и темнота…
Открывать глаза было ужасно больно. Яркий белый свет буквально ослеплял, и к этому примешивалась еще и тупая боль в затылке. Кажется, одна ее рука была пристегнута к чему-то наручниками, зато вторая рука, да и ноги были свободны. Ох, дурное предчувствие ее совсем не обмануло.
— Ну же, открывай свои глазки, куколка. Я
