— Все. Пошли. — Глава нашего маленького отряда наконец отодвинул пустую посуду. — Заплатите трактирщику, и выдвигаемся.
— Кому платить столько, злодею, барыге, рвачу, спекулянту не будем!
— Малыш, заплати ты, и столько, сколько он скажет, не порть мою репутацию.
— Гр-р, — не особо охотно согласился я.
— Тогда вперед, Император ждет нас!
— Так уж и ждет? — не поверив, сощурился эльф. Он мало пил, поэтому был скептично настроен.
— Мне показали приказ о моем аресте за его подписью! И это он послал в Приграничье тайную полицию, хотя я понятия не имею, как могли наши деяния представлять угрозу для государства. А значит, и все ответы мы получим от него лично! Кто со мной?
— Правильнее сказать, куда ты без нас? — резонно Уточнил я.
Тощий граф скорчил презрительную мину, мы дружно нагло улыбнулись. Молчаливый поединок взглядов был недолгим. Угадайте, кто сдался?
— Да ну вас всех! Вы победили, и ясное дело, что одиночку я элементарно не справлюсь.
— Гр-р?
— А что я? — пожал плечами Эландер. — Если кто-то и способен помочь нам отыскать нашу маленькую предсказательницу, то только сам Император. Если же он не захочет вернуть эльфам Эйвин, то убью его на глазах у всех. Конечно, потом убьют меня, но это будет достойная смерть! Даже если об мне ни слова не споют в легендах, пусть…
— Гр-р? — Теперь уже я повернулся к Турому и Не турому.
— Плату щедрую за него дали нам, но много не бывает камней драгоценных и золота тоже, родни и больше еще гномьей. Уплатит монетку на двоих одну хоть ли?
— Принято, — буркнул Эшли.
— Идем дружно мы оба! Монету одну не забудем авансом то было бы лучше…
— Вымогатели…
Мы скрепили договор поочередным рукопожатием.
— У каждой здешней забегаловки есть задний вход. Выходим по одному, быстро, мы с Малышом замыкающие. — И только когда эльф с гномами вышли, но освобожденный аристократ тронул меня за рукав. Погоди, ты там начал что-то говорить о тайне мое рождения…
— Э-э-э… не совсем я. Это твой дядя начал, но всё объяснить не успел. Я лишь понял, что ты не наследник престола. Хотя все равно какая-то крупная шишка, если с тобой вынужден считаться сам Император…
— Думаешь, та призрачная корона на воде что-то значила?
— Какая разница, что думаю я? Спроси у дяди, он знает точно!
— Дельный совет, и, главное, очень своевременный, — покачал головой мой вечный наниматель. — А ведь знаешь, в былые годы мы с Императором были дружны, даже играли вместе. Потом, конечно, все изменилось, жизнь быстро ставит всех на свои места. Так же было и со мной…
В общем, пока мы шли, я наслушался от него, как он гулял с Императором за ручку, как учил его игре в шары, как рассказывал сказки на ночь и присылал фрукты из собственного сада прямо к завтраку, что значительно укрепляло иммунитет будущего государя и их дружбу в целом. А потом, как водится, оба повзрослели, у каждого появились свои интересы, а когда старый Император умер, а новый вступил на престол, отношения перешли в область исполнительной субординации — господин и подданный. Это естественно и нормально, никаких обид, никакой фамильярности…
Тем не менее надежда на прошлое приятельство давала шанс, что нас хотя бы выслушают. Правда, потом, скорее всего, казнят. Это чисто имперская традиция, ей сто с лишним лет, так что дуться особо не на что. Дворянин благородного рода, обвиненный в мятеже, непременно должен быть казнен, иначе рушился сам смысл аристократического происхождения. Верность идеалам монархии и безупречность во всем! Совершивший даже случайную ошибку не мог уже считаться достойным вассалом и либо уходил навеки в провинцию, либо гордо умирал на плахе. Последнее считалось более предпочтительным, ибо казнили одного представителя рода, а вот если в ссылку, то туда отправлялись все члены семейства, без разбора и без возврата…
Я помалкивал. Главным образом потому, что не очень ему верил — многие люди кичатся прошлым панибратством с сильными мира сего, а в реальности приседают на задние лапки при одном виде золоченого герба на ливрее последнего слуги. Если же предположить, что Эшли не врет, значит, он и насчет возможной казни не обманывает, а это уже не радует ни на грош. Меня мама дома ждет, и я Сун обещал, у нас с ней вообще далеко идущие планы. И ведь только-только у нас появились достаточные средства для их осуществления! Какая казнь? Мне некогда, дел полно, личная жизнь не налажена, гр-р…
В раздумьях я опять налетел на спину резко вставшего эльфа. Похоже, у нас опять проблема, и не одна а много. В узком переулке дорогу нам преградили шестеро молодых мужчин в черных плащах с капюшонами, но не тайная полиция. У тех и плащи короче, и без траурной отделки галуном, и лица они не прячут.
— Остановитесь, смертные!
Туром и Нетуром переглянулись, так их еще никто не называл, самоубийцы у нас в Приграничье большая редкость. Мы-то и к одному Эландеру в этом плане никак привыкнуть не можем, а тут сразу шестеро. Меж тем незнакомцы отбросили на спину капюшоны, встав перед нами во всей красе — черные одежды, вороненая сталь узких мечей, черные маски, отороченные кружевом, и длинные волосы, схваченные сзади на эльфийский манер.
— «Черные эльфы»? — прищурясь, не поверил наш свежеосвобожденный граф. — Радик, Мнут, Туащ, Софо и… Фаби! Неужели это вы, ребята?!
— Эшли? — также не поверили люди в черном. Эльгенхауэр-младший, ты ли это?! Не может быть, мы думали, ты давно умер, где-то там… далеко! Ходили слухи, что тебя сожрали ведьмы…
Наш наниматель и друг кинулся обниматься с теми, кого только что назвал по именам. Судя по всему, это были его городские дружки-приятели по аристократической юности и молодым шалостям. Бывают же такие встречи, прямо как в книжке…
— Дружище! Куда ты пропал? Сколько лет и где тебя носило? Нам так не хватало тебя для полной банды!
Мы невольно разулыбались, видя их искреннюю радость. А еще говорят, что все аристократы — снобы… Враки! Эти хохочущие парни сдвинули на лоб маски, хлопали нашего Эшли по плечам, требуя незамедлительно отправиться в ближайший кабак и хорошенько отметить это событие дня. То есть все как у нормальных, вменяемых людей, пока один из них, самый шумный, вдруг не обратил на нас внимание…
— Э-э, господа, а что за быдло тут у нас ошивается?
— Фу-у, — все еще с улыбкой, обернулся племянник дяди Додо. — Не будь таким вульгарным, Радик, это мои друзья! Во всех землях Приграничья им нет равных, а в наших общих походах они зарекомендовали себя отличнейшим образ…
— Два тупорылых гнома, манерный эльф-недоносок, прямоходящий дебил из вымирающей расы ааргхов, — презрительно сплюнул второй. — Эшли, неужели ты всерьез называешь этот реликтовый мусор своими друзьями?!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
