— ДА! — закричал каждый, и приветствие началось.
Кир поднял в воздух маленький деревянный кубок.
— Ифтен, позови танцоров.
Позади нас, укутавшись по самый нос, стоял Маркус. Он что-то пробормотал, но я не разобрала что, зато Ифтен всё понял. С искажённым от гнева лицом он забрал кубок из рук Кира, но отошёл в центр поля без слов. Ифтен зажал кубок перед собой обеими руками.
— Услышьте меня!
Толпа затихла.
— Хейла! — закричал Ифтен.
— Хейла! — ответила толпа.
— Кто станцует узор для нас?
Из толпы со всех сторон к Ифтену выбежали девять фигур и бросили своего рода символ в кубок. Сделав это, танцоры растворились в толпе. Последний подпрыгнул и бросил символ под вспышку света, награждаясь смехом от толпы. После паузы Ифтен поднял кубок над головой.
— Позвольте небу услышать наши голоса.
Меня поразил грохот грома, но затем я разглядела музыкантов с огромными барабанами у ног. Каждый ударил по разу в барабан, и я оглохла.
— Позвольте земле ощутить наши стопы.
Ифтен сделал четверть оборота к другой части толпы. И снова зазвучали барабаны.
— Позвольте ветру почувствовать нашу силу.
Он сделал паузу, и барабаны застучали в ответ.
— Позвольте пламени увидеть наши узоры, — крикнул он, делая очередной поворот. На сей раз, в дополнение к барабанам, загорелись факелы. Толпа откликнулась на последний призыв барабанов, крича громогласное «хейла!»
Ифтен вытащил символ из чаши.
— Красные, сотките свой узор, — крикнул он и ушёл с поля.
Из толпы выбежали люди в красных повязках на голове. Это была группа из десяти мужчин и женщин. На их туниках и штанах висели красные ленты, которые развивались при беге. Танцоры выбежали в центр поля и встали в круг. Пауза, и барабаны стали отбивать быстрый чёткий ритм.
Плясуны сделали шаг вперёд, взялись за руки и начали танцевать. Вскорости я поняла, что они делают. В девстве меня учили придворным танцам, а ещё я видела, как слуги играют в ручейки и устраивают шумные потехи на празднике урожая. Но такого танца мне видеть не доводилось. Танцоры ткали узор телами, входя и выходя из круга, то двигаясь вокруг друг друга, чтобы снова образовать круг. В тот момент, как я решила, что танец вот-вот кончится, танцоры из ниоткуда достали деревянные палки, напоминающие ручки топоров, и начали выбивать ритм барабанов… на палках партнёров.
Я с удивлением следила за танцем, ожидая, что кто-нибудь ошибётся да и ударит по руке вместо палки. Но, казалось, танцоры никогда не пропускали удар, плетя узор, и колотя друг друга. Толпа кричала, некоторые в знак поддержки, остальные в насмешке. Группа сформировала два взаимосвязанных круга и соткала узоры вместе. Когда каждый доходил до места, где соединялись круги, приходилось выбивать ритм на других палках. Я рассмеялась от радости, увидев, что танцоры перемещаются без ошибок в совершенном рисунке.
— Как они это делают?
Симус рассмеялся. Кир бросил на меня удивлённый взгляд и ответил:
— Практика. Много практики.
Танцоры улыбались, но я видела сосредоточенность на их лицах. Я не знала следить ли мне за ногами или руками, и всё кончилось тем, что я попыталась усмотреть за всем одновременно. Наконец, как раз в тот самый момент, когда я решила, что должна уже сказываться усталость, танцоры одновременно выкрикнули, развернулись на месте, чтобы ветер взметнул ленточки вокруг их тел, и замерли, равномерно расположившись по кругу, лицами друг к другу.
Поле взорвалось криками «хейла!» и похвалой. Я сама захлопала в ладоши, чем заслужила странные взгляды от Атиры и Симуса.
— Это было удивительно!
Атира фыркнула.
— Я видела лучше.
Маркус вручил мне кавадж.
— Они немного сбились, трофей. Но не сильно.
Я нетерпеливо отпила.
— Когда следующие?
Ифтен уже вышел в центр поля и вытащил следующий символ. Он подождал, когда толпа успокоится и выкрикнул «Жёлтые».
На поле выбежала группа побольше, приблизительно двадцать человек, с жёлтыми лентами. Кир склонился ко мне:
— Эта группа берётся за очень большой узор. Не особо замысловатый, но с таким количеством участников более тяжёлый.
Барабаны начали снова, и я попыталась уделить больше внимания каждому танцору в отдельности. Как и следовало ожидать, всего через несколько минут из толпы раздался стон, танцоры бросились врассыпную и убежали с поля.
Увидев моё разочарование, Симус проворчал:
— Они останавливаются, когда узор повреждён, трофей. Танец не может продолжаться, если совершена ошибка.
Следующая группа была коричневой. Их узор отличался сложностью, но начался очень медленно. Барабаны ускорили ритм, и танцоры заплясали и забили палками быстрее. Я смотрела в ожидании, пытаясь увидеть танцоров глазами Кира, но мне открывалась лишь дивная вспышка движения, ритма и цвета. Когда, казалось, танец достиг своего пика, барабаны начали замедляться вместе с танцорами, пока они не заняли исходное положение. Как только смолк последний барабанный бой, толпа разразилась криками. Танцоры убежали, и толпа заколыхалась.
Кир встал и потянулся.
— Смена караула. — Он посмотрел на меня. — Тебе тепло?
Я кивнула, поскольку Маркус протянул мне тарелку. На ней лежали маленькие булочки, и я взяла одну.
— Что это?
Атира усмехнулась, беря предложенную ей тарелку.
— Трофей, попробуйте.
Я с сомнением посмотрела на неё, но она с удовольствием откусила угощение, так что я сделала то же самое. Рот заполнили специи, и я распахнула глаза. Атира рассмеялась.
Специя оказалось острой, но не обжигающей. К ней примешалась сладость, которая поначалу казалась странной.
— Что это такое?
— Хлебные пироги. — Атира откусила ещё и заговорила с набитым ртом: — Их очень сложно достать в лагере.
Кир и Симус уплетали булочки за обе щеки. Маркус не скрывал гордости, и даже его рот искривился в усмешке, когда я взяла в рот ещё один кусочек. Мы всё ещё наслаждались угощением, когда к помосту подошёл воин.
— Военачальник, из города прибыл гонец.
— От Уоррена? — спросил Кир.
— От короля, военачальник.
— Приведите его ко мне.
Толпа начала собираться, и Ифтен покосился на Кира, видимо ожидая знака. Кир махнул ему продолжать, и приветственный ритуал был повторён. На сей раз, танцоры вышли с палками и колокольчиками на руках и ногах. Танец начался, и Маркус нахмурился, выражая своё неодобрение. Видимо, колокольчики выбивались из узора, и Маркус не повременил выразить своё мнение. Кир наклонился ко мне и тихо сказал:
— Маркус плёл узоры задолго до своего ранения. Но без глаза он не может видеть левую сторону и больше не танцует.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
