— И все? — удивился я. — Это ради такого простого объяснения Алиса мне собиралась рассказывать длиннющую легенду?
— Знаешь, Зак. — Чез внимательно посмотрел на меня. — Иногда ты меня просто поражаешь. Как такой черствый к искусству человек может писать такие хорошие песни?
Вот это для меня в последнее время очень больная тема. С тех пор, как Ромиус объяснил мне происхождение этих песен… я даже не подходил к музыкальным инструментам. Любимую «музыкалу» я закинул куда-то под кровать, и доставать ее оттуда у меня не было никакого желания.
— Забудь про эти песни, — зло сказал я Чезу. — Все, спокойной ночи.
Я выпроводил ребят из своей комнаты и со стоном упал на кровать.
Что же это за жизнь такая? То, что было для меня раньше действительно важным — музыка, например — перестало иметь значение… Единственное, что меня теперь волнует — это мои отношения с Алисой… и Ремесло. Как ни странно, эта драконова (судя по легенде, именно драконова) магия действительно стала захватывать меня…
* * *
Этой ночью мне не спалось. Я долго ворочался на постели, пытаясь расслабиться, но ничего не получалось. В голову лезли странные мысли, образы, размышления. В конце концов, я встал с постели, и подошел к окну.
Ночь была в своих правах вот уже целую неделю. Целую неделю на небе ярко горели звезды, целую неделю я не видел солнца. Но сейчас, по моему внутреннему времени, ночь была на своем законном месте.
Я с благоговением уставился в небо, чувствуя, невероятный прилив сил.
Красота-то какая!
Неожиданно несколько звезд исчезло с небосвода. Вернее, сперва я так решил, но вскоре я обнаружил, что их заслонила какая-то тень…
Я невольно отшатнулся от окна.
Все знают, что вампиры любят летать по ночам. И для этого им отнюдь не надо превращаться в летучих мышей. Собственно, они в них и не умеют превращаться. Просто в своих любимых черных плащах с земли их действительно можно принять за черную летучую мышь. Хотя с тем же успехом их можно принять и за любую ночную птицу.
Вокруг Академии летает вампир? Странно. Только не говорите мне, что вокруг башни нет защитных экранов. В любом случае, мне бояться нечего. Ведь так?
Тишину в моей комнате пронзил тихий стук в окно.
— Можно к вам? — вкрадчиво поинтересовался голос из-за окна, и я невольно сделал еще несколько шагов назад.
Приняв мое молчание за знак согласия, вампир, а это был именно вампир, аккуратно приоткрыл окно и мягким движением впрыгнул в комнату.
— Можете убрать свою игрушку. — В свете огненного шара сверкнули в усмешке клыки.
Я и сам не заметил, когда успел создать огненный шар. Расту. Уроки Шинса не проходят зря — на любой шорох я реагирую как на потенциальную опасность, а уж на вампира…
— А могу и не убрать, — слегка дрожащим голосом ответил я.
Фаэрбол тут же погас.
— Тогда это сделаю за вас я, если не возражаете, — произнес вампир. — А то мало ли что, поранитесь случайно.
В комнате сам собою загорелся свет.
Вампир-то оказался мне знаком. Я бы и по голосу его узнал, но со страху мне было совершенно не до этого. Передо мной… сидел в кресле (между прочим, никакого кресла у меня в комнате не было, с собой он его что ли притащил?) Вельхеор. Честно говоря, я не очень понял, что именно он делает в Академии, но в том, что он друг Ромиуса (если вампир вообще может быть другом человеку), я почти уверен. Значит, по идее, мне ничего угрожать не должно. Хотя, кто знает, что взбредет в голову вампиру?
— Что вас сюда привело? — уже уверенней спросил я.
— Исключительно любопытство, — ответил вампир.
Я бы сказал исключительное любопытство, так свойственное вампирам.
— Только, умоляю, не долго, а то мне завтра, вернее уже сегодня, очень рано вставать.
— Знаю, — кивнул Вельхеор.
Знает он. А чего тогда по ночам шляется? Кто ходит в гости по ночам, тот поступает мудро?
Я сел на кровать, и приготовился к долгой беседе.
— Ну, как дела? — спросил вампир.
— Нормально, — удивился я.
И ради этого он сюда среди ночи прилетел? Не смешите меня.
— Вот и хорошо.
Вельхеор встал с кресла, и оно тут же исчезло.
— А…
— А я, пожалуй, полечу, — сказал вампир, и сиганул в окно.
— Ну, дела… — пробормотал я, закрывая за вампиром ставни.
Нет, правду все-таки говорят о том, что все вампиры психи. Нормальный че… вампир себя так не ведет. Наверное. В любом случае, Алиса совершенно другая, что не может меня не радовать. И вообще, давно пора спать…
Действие 6
Описать последующие две недели я не смогу просто физически. Больше половины всего времени бодрствования (это, между прочим, восемьдесят процентов общего времени) я провел словно в тумане. Вроде бы помню, что происходило много всего, но… я на все смотрел со стороны, и даже не успевал толком попереживать, или порадоваться.
Во всех испытаниях и неприятностях рядом со мной всегда находились друзья. С Чезом мы три раза в день работали в столовой, медленно превращаясь в натуральных зомби, а Невил всегда прикрывал меня собой во время командных поединков. Мало того, каждый день кто-то из нашей пятерки составлял мне компанию в травмпункте. А все потому, что Шинс не то что не уменьшил, а, напротив, даже усилил напор на нас. Да, да, именно на нас. Теперь мишенью его придирок стала вся наша пятерка. Не раз и не два у нас возникали подозрения, что зловредный учитель не хочет, чтобы мы дожили до соревнований. Лично меня нервное напряжение уже довело до того, что по ночам мне стали сниться кошмары о том, как я сгораю заживо, как на меня летит тысяча «огненных шаров», как я убегаю от огромной «огненной птицы»… в общем, нервный срыв был уже не за горами.
С тех пор, как Алиса и Невил узнали о том, что в моей комнате можно безнаказанно заниматься магией, единственные мои свободные часы превратились в продолжение ночных кошмаров. Нередко я просыпался от грохота взорвавшегося фаэрбола, или засыпал под завывание «пламенного смерча». Стены моей комнаты от многочисленных экспериментов покрылись толстым слоем сажи, что отнюдь не улучшало атмосферу, и не способствовало моему здоровому — пусть и короткому — сну. Оставалось надеяться на то, что вскоре нам преподадут несколько подходящих заклинаний из арсенала сферы воды, и мы сможем хоть немного почистить мое пристанище. А сейчас, увы, на уборку у нас не было ни сил, ни времени. Тренировки, тренировки, и еще раз тренировки. Кто говорил, что Высшие Ремесленники могут сделать все, что захотят, одним мановением руки? Знал бы он, что за этим мановением стоит: какие формулы и схемы потоков… у него мозги бы поехали! Во всяком случае, у меня уже точно начали ехать. Дошло до того, что на вечерней медитации я сам не заметил, как поднялся на несколько сантиметров в воздух. И ведь не собирался я ничего подобного делать, да и не умел, но задумался немного… и на тебе. С тех пор Чез постоянно повторял, что, дескать, я во сне летаю, значит расту. Но это он не со зла, просто завидует. Он-то еще летать не умеет.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
