Шарлотта пристально смотрела на Дэвида, и он увидел, как она отдаляется от него, переосмысливает все, что произошло за последние несколько дней. Черт возьми. Он теряет ее.
Пришел час расплаты.
И Дэвид уже ничего не может изменить.
Глава 23
У Шарлотты перехватило дыхание. Виноватое лицо Дэвида привело ее в замешательство. Зачем мистер Пинтер позвал его сюда, в контору мистера Бейнса? Она была не слишком хорошо знакома с мистером Килом и теперь недоумевала, что за историю он может ей рассказать. Разве что под именем кузена Майкла скрывается Дэвид…
Нет, это невозможно. Шарлотта уже отмела такую возможность по вполне объективной причине.
Мистер Пинтер пригласил всех садиться, хотя его вежливость никого не обманула — слишком уж холодно и расчетливо смотрели на присутствующих его темные глаза. Сам же он занял такое место, с которого ему было видно всех.
— Мистер Кил, — обратился он к клерку, — я был бы очень вам признателен, если бы вы повторили сейчас то, что рассказали мне ранее.
Но клерку, похоже, совсем не хотелось делать этого.
— Прошу меня простить, лорд Керквуд, — произнес он, теребя в дрожащих руках шляпу, — но я подумал, будет несправедливо, если вас обвинят в убийстве леди Керквуд. Ведь в ночь убийства вы были здесь, со мной.
Облегчение, испытанное Шарлоттой от этих слов, оказалось недолгим. Что связывало Дэвида с адвокатом кузена Майкла, раз он пришел в его контору под покровом ночи? Сердце Шарлотты болезненно сжалось. Ведь Дэвид совсем не смотрел на нее, уставившись ничего не видящими глазами в стену.
— А почему его сиятельство оказался здесь с вами? — спросил мистер Пинтер.
Несмотря на то, что Шарлотта уже догадалась, каков будет ответ, слова клерка все же поразили ее в самое сердце.
— Он пришел, чтобы отправить письмо для миссис Харрис.
Только один человек посылал Шарлотте письма из конторы мистера Бейнса. Она ощутила на себе оценивающий взгляд мистера Пинтера, но ей уже было все равно. Она могла лишь смотреть на Дэвида в надежде на то, что он опровергнет слова клерка, сказав, что это ошибка и Шарлотта все не так поняла.
Слова клерка объяснили многое — и внезапное появление Дэвида в ее жизни, и дополнение к завещанию, и ощущение, что Дэвид что-то от нее скрывает. Становилось понятно, что его «алиби» связано с помощью «другу». Ведь этот так называемый друг был его вторым «я».
— Ты кузен Майкл, — прошептала Шарлотта.
Дэвид распрямил плечи, а потом коротко кивнул. Шарлотта не верила собственным ушам. Все это время он лгал ей, манипулировал ею… А она оказалась слишком глупа, чтобы понять это.
— Я предполагала, что кузеном Майклом можешь оказаться ты, но мне показалось, что в этом нет никакого смысла. Зачем тебе это было нужно? Я заслуживаю того, чтобы знать правду.
Дэвид посмотрел на Шарлотту так затравленно, что ее сердце болезненно сжалось.
— Что именно ты хочешь услышать?
— Все! Почему ты лгал мне, понимая, как отчаянно я желаю знать правду? Почему ты продолжал играть роль моего кузена, даже после того как я… — Шарлотта заметила, как прищурился мистер Пинтер, и исправилась: — Как я узнала, что завещания Сары не существует. И прежде всего я хочу знать, зачем ты устроил весь этот маскарад?
«Зачем ты заставил меня снова влюбиться в тебя?»
— Когда ты появился в моей жизни под именем кузена моего мужа, — продолжала Шарлотта, — прошло всего четыре года с того момента, как газеты опубликовали то дурацкое письмо. Просто не представляю, почему ты позволил мне арендовать столь ценный участок земли.
— А ведь эта собственность не принадлежит его светлости, не так ли, милорд? — перебил Шарлотту Пинтер.
Она почти забыла о присутствии сыщика с Боун-стрит, но, очевидно, он знал все, что касалось ее отношений с кузеном Майклом.
— Конечно, она принадлежит ему, — обратилась Шарлотта к Пинтеру. — Правда?
— Вообще-то, миссис Харрис, — вступил в разговор мистер Бейнс, на лице которого застыло страдальческое выражение, — собственность принадлежит мистеру Притчарду. Его светлость выиграл в карты залоговое право на этот особняк, по которому он мог взимать арендную плату за него в течение пятнадцати лет.
Шарлотта гневно посмотрела на адвоката, осознав, как много утаил от нее этот человек. Но только потом до нее дошел смысл сказанного. Пятнадцать лет. Прошло почти четырнадцать с половиной лет с того момента как…
О Господи! Шарлотта почувствовала, что ей в сердце нанесли еще один удар.
Она осуждающе посмотрела на Дэвида.
— Поэтому ты сочинил приложение к завещанию и убеждал меня переехать? Потому что знал, что больше не сможешь оставаться землевладельцем?
— Послушай, Шарлотта…
— Отвечай же, хватит с меня тайн!
Дэвид кивнул, и его глаза потемнели от сознания вины.
— Притчард сказал, что выгонит тебя вон по истечении срока нашего с ним договора. Я не придумал ничего иного, как…
— Так почему же ты не рассказал мне правду? — крикнула Шарлотта. — Вместо того чтобы нести чушь о том, что я должна подыскать другое помещение для школы? Если бы ты сразу объяснил, что мне грозит, я бы не стала сопротивляться и согласилась на переезд.
— Но ты все равно не взяла бы у меня деньги, не так ли? — спросил Дэвид. — Ты оказалась бы в ловушке, не пожелав переступить через собственную гордость, несмотря на отсутствие денег на покупку или аренду нового помещения. Я не мог рисковать. Я не хотел, чтобы ты потеряла школу.
— Не смей перекладывать на меня свою вину, — произнесла Шарлотта, не в силах скрыть боль.
Дэвид растерянно провел рукой по волосам.
— Я и не собирался. Я просто… не хотел, чтобы ты страдала. — Он судорожно вздохнул. — А еще я не хотел открывать тебе причину, по которой устроил весь этот спектакль. Не хотел, чтобы ты знала правду.
— Какую правду? Что ты был мне другом? Что дал денег, чтобы я могла открыть школу, и назначил низкую арендную плату? — ошеломленно спросила Шарлотта.
Дэвид вздрогнул как от удара. Взглянув на мистера Пинтера, он с минуту колебался, словно не мог решить, что именно должен сказать.
Но Шарлотте не было сейчас никакого дела до Пинтера и смерти Сары.
— Расскажи мне все, черт бы тебя побрал, — воскликнула она. — Почему ты назвался кузеном Майклом?
— Потому что хотел отомстить. — С губ Дэвида сорвался горький смех. — Годуин Оказался прав, будь он проклят. Он просто ошибся в сроках.
Месть… Сердце Шарлотты болезненно сжалось.
— Я не понимаю.
