Читаем без скачивания Европейский сезон (СИ) - Валин Юрий Павлович

— Поорите мне еще, — яростно зашипела Катрин. — Вокруг чужих полно. Вас что, не предупреждали, чтоб перед камерами "коктейли Молотова" не демонстрировали? — девушка кивнула в сторону ближайшей телевизионной группы. — Это вы банкомат на углу распотрошили? Сейчас дисциплина дороже золота. Ахрам вам еще гранаты хотел дать.

— Гранаты?! — у парня в грязном желтом свитере засверкали глаза. — Когда дадут?

— Когда подвезут, — рыкнула Катрин. — Гранаты — для настоящего дела. Сейчас помогите обеспечить безопасность, пока интервью будет идти. Чтобы лишние рядом не шлялись. И бензином не вонять, — понятно?

В сопровождении шести парней, Катрин пробилась к телевизионщикам. На камере красовался логотип 6-го канала. Подойдет. Репортершей оказалась хорошенькая блондиночка, чуть встрепанная, но сохранившая на мордашке боевую раскраску.

— Эксклюзивное интервью с Ахрамом хотите? — без предисловий поинтересовалась Катрин.

Блондиночка окинула оценивающим взглядом высокую фигуру в надвинутом на глаза капюшоне и "охрану" из шести отъявленных рокаев.

— Когда и сколько?

Катрин ухмыльнулась и перешла на английский язык:

— Через полчаса. Всего — тысяча. Подробная оценка ситуации на два часа ночи и официальная реакция организации на обстрел полиции.

Репортерша мгновенно выхватила из рук помощника угловатый телефон спутниковой связи.

"Или эта куколка смелая до безрассудства, или здесь никто не понимает, чем, скорее всего, кончится дело", — подумала Катрин. "Нет, те, кто провернул шутку с "домашними обедами", — точно знают, чего хотят. Но эта дурочка голубоглазая, что она здесь делает? Ведь наверняка слышит, как смачно эти скоты пригородные ее попку обсуждают. Сидела бы дома. Черт, интересно было бы с ней поговорить. Потом. В спокойной обстановке и вместе с Фло…"

— Мы готовы, — деловито сказала блондиночка. — Деньги сразу после интервью. Вы американка?

— Меня не снимать и ни о чем не расспрашивать, — рыкнула Катрин, мгновенно впавшая в мрачное расположение духа после воспоминаний о расставании с подругой. — Не выполняете это условие, — разрешение на интервью аннулируется. Вместе с пленкой и камерой.

— Не сомневайтесь, я держу слово, — заявила репортерша таким уверенным тоном, что у Катрин не возникло ни малейших сомнений в противоположном.

— Тогда выключайте камеру и идем к мэрии, — Катрин кивнула шпане. — Отсекайте лишних. Интервью снимем на ступеньках….

Когда процессия приблизилась к воротам мэрии, охрана напряглась. Судя по топорщащимся курткам, под одеждой у них было что-то посолиднее пистолетов. Шестеро лбов, давно вышедших из тинэйджеровского возраста.

— Без разрешения ничего не снимать, — громко заявила Катрин. — Внутрь не заходить. Ворота откроем, но камера останется здесь. Света достаточно?

— Ближе нельзя? — умоляюще прощебетала блондиночка 6-го канала.

— Нет, — отрезала Катрин. — Возможны провокации.

Охрана, чувствующая себя, довольно глупо, наконец, вмешалась.

— Вы что хотите? — спросил крепкий, похожий на боксера, мужчина, с таким сильным акцентом, что Катрин его едва поняла. Ага, вот и старший проявился.

Катрин поманила его к решетке и вполголоса сказала:

— Будет интервью. С Ахрамом договорено. Минуты три, не больше.

— Он только что вошел, и нечего нам не сказал, — настороженно сказал "боксер".

— Он сейчас согласует и выйдет. Вы только бдительность сохраняйте.

— Бдительность? Ты кто такая, красавица? — насмешливо поинтересовался "боксер".

— Я из пресс-центра "Зеленых бригад равенства". Что-то ты болтаешь много. У вас свое дело, у меня свое. Или указание о лояльном отношении к проституткам с телевидения уже отменили? Вас они снимать не будут. И смотрите, чтобы никто из телевидения внутрь не проскочил.

— О, слушаюсь, каид, — "боксер" с явной издевкой. — Ты мне прямо сейчас отсосать не хочешь?

— Прикажут, — ты у меня сам отсосешь, — безразлично заметила Катрин. — Ждите, и не отвлекайтесь.

До дверей два десятка шагов, а без стрельбы не прорвешься. Да и со стрельбой, — вряд ли. Катрин уже пять минут торчала у ворот, изредка давая самоуверенные указание телеоператору как лучше направлять камеру. Момент рано или поздно появиться, вот только хреново, что Катрин и понятия не имела, как выглядит этот Ахрам. Зато народу у ворот прибыло. Подтянулись группы еще двух телевизионных каналов, привлеченные видом изготовившихся к съемке конкурентов. Как же, — уже минут сорок не стреляют. Мертвецы запечатлены во всех подробностях, — и без цветов, и с цветами. Где "картинка"? Где экшен? За телекамерами подступила поближе и часть толпы с подустаревшими плакатами. Катрин с некоторым изумлением поняла, что вольно или невольно переместила центр митинга ближе к мэрии.

Глупо получается. Надеяться особенно не на что. Катрин жутко ненавидела импровизации. Не важно, что они обычно удавались. Наглость и быстрота, конечно, второе счастье, но настоящее счастье бедной девушке необходимо в личной жизни. В "деле" лучше быть разумной и предусмотрительной. Да где ее сейчас, предусмотрительность, найдешь?

К воротам подкатил странным образом прорвавшийся сквозь все баррикады и заграждения грузовой микроавтобус. Охрана подобралась. Ворота остались закрытыми, хотя машина протиснулась сквозь толпу и коротко нетерпеливо просигналила.

— Разойдитесь! — заорал "боксер" тележурналистам и всем остальным, жмущимся к ограде. Его вряд ли поняли, отчасти из-за чудовищного акцента, отчасти из-за того, что микроавтобус снова засигналил. Закричали остальные охранники, требуя от толпы отступить. Катрин тоже повысила голос, отгоняя какого-то юношу, норовящего заехать ей по лицу транспарантом с надписью "Президент — фашист", и одновременно делая успокаивающие жесты группе 6-го канала, в смысле — стойте на месте, вас эта суета не касается. Нанятая "за гранаты" шайка малолетних террористов, отпихивала от телекамеры самых глупых демонстрантов.

Охрана, наконец, рискнула открыть ворота, — микроавтобус попробовал въехать внутрь. Одновременно из дверей мэрии на широкие ступеньки вышло несколько хмурых типов и принялось озабоченно оглядывать суматоху. Плотный мужчина в обмотанном вокруг шеи платке-куфие, повелительно закричал по-арабски.

"Как пить дать, — Ахрам", — подумала Катрин, и радостно махнула телевизионщикам. Надо отдать должное, — блондиночка среагировала молниеносно. Повинуясь ее командному взвизгу, зажегся прожектор на камере. Не растерялись и коллеги 6-го канала. Ослепленная охрана начала прикрывать лица и ругаться минимум на трех языках. Катрин махнула своим малолеткам, многозначительно хлопнула по задней двери "микроавтобуса". Обрадованные рокаи кинулись к воротам. Сверху малопонятно орал Ахрам. Кто-то из охраны уже выдернул из-под куртки автомат. Оружие тут же кинулись заслонять от камер более сдержанные коллеги стража революции.

Катрин проникла за ворота одновременно с автобусом. Ее попытался ухватить за куртку один из охранников, но девушка без труда отвела его неловкую руку вдоль рукава, не дав зацепиться, и с негодованием заорала в смуглое лицо:

— Ворота держи, идиот! Не видишь что делается?!

Микроавтобус очень удачно свернул направо, Катрин устремилась вплотную за машиной. Борт прикрыл девушку от стоящих на ступенях людей. Микроавтобус устремился в тень у торцевой стены мэрии. Дверь служебного хода оказалась приоткрытой. Возле нее маячили две фигуры. Катрин прибавила ходу, стукнула ладонью по водительской двери, притормозившего было микроавтобуса, — повелительным жестом указала куда ехать и как разворачиваться. Бесспорно, водитель и сам об этом догадывался, если не был клиническим идиотом, но девушка не о нем заботилась.

Микроавтобус начал разворачиваться, а Катрин уверенной рысью подлетела к открытой двери. Здесь стражи особой щепетильностью не отличались и держали автоматы на виду.