О чем говорить?..
Итак, сегодня на карнавале.
Будут ли там все вампиры Соулинга?..
Слава осторожно коснулся руки тренера.
— Мистер Фоулн…что вам до Элли?.. — в глазах юноши читалась безграничная жалость. — Она ушла, так живите спокойно. Забудьте ее.
Лайнелл промолчал.
Машина въехала в просторный, но пустынный сейчас двор школы: шел урок — и замерла у крыльца.
— Всего доброго, мистер Фоулн, — кивнул Вячеслав. — Я поеду домой: до начала наших занятий еще два часа. Идите, я заплачу за поездку.
Тренер рассеянно кивнул и захлопнул дверцу.
Такси развернулось и выехало на улицу.
Учитель вздохнул и взбежал по ступеням крыльца. До вечера надо еще успеть раздобыть серебро и отлить обойму пуль. Лучше две.
Серебро — не проблема, любой ювелирный магазин к его услугам. Пули?.. Эксперимент в кабинете физики — студенты-лаборанты никогда не отказывались от интересных опытов…
А пистолет у него есть.
…В пустой, прохладной учительской, склонившись над журналом, сидела мисс Дьюллинг, и волнистая непокорная прядка, выбившаяся из строгого узла на затылке, скользила вдоль ее гладкой щеки.
— Мисс Дьюллинг.
Она вздрогнула и подняла голову.
Заулыбалась.
— О, мистер Фоулн! Какой приятный сюрприз! Вы уже вернулись?.. Как поездка?..
— Превосходно, превосходно. Я хотел бы вас поблагодарить за внимание, — Лайнелл жестом фокусника извлек из кармана купленную в буфете шоколадку и протянул девушке. — С вашей стороны было очень любезно отправить ученика встретить меня от имени класса. Только, право же, не стоило беспокоиться.
Мисс Дьюллинг смущенно крутила в руках конфету, явно не зная, как с ней быть. Наконец робко произнесла:
— Мистер Фоулн, наверное, это какое-то недоразумение… Я, видите ли, никого не отправляла вас встречать. Я даже не знала, что вы сегодня приезжаете.
— Как?.. — Лайнелл даже сел в кресло. — Разве Славу послали в аэропорт не вы?..
Шоколад выпал из рук учительницы. Она смертельно побледнела.
— Кого?..
— Вячеслава.
— Но…но ведь… — девушка была просто шокирована, и не могла найти слов! — Ведь Слава умер! — решилась она наконец.
— Как умер? Когда?.. — теперь была очередь тренера побледнеть.
Еще одним вампиром больше…
Но почему, почему он ничего не заметил? Почему?..
Эта роскошь волос, это сияние кожи, эти спрятанные очками глаза! В конце концов, отказ пить!
Боялся даже допустить такую мысль?..
Она-таки устроила свою личную жизнь… А Влад, Констан — они не более чем тени прошлого!
Как мило!..
Он ей напомнит.
Будто из немыслимого далека до него донесся голос мисс Дьюллинг. Она говорила:
— …и как вы уехали, он все менялся… Худел, становился все раздражительней… Врачи констатировали анемию… А когда хоронили…неделю назад…сама видела…как живой…так жалко… Но подождите! Вы его что, видели?..
Фоулн тяжело поднялся и, не прощаясь, вышел из учительской.
…шесть часов спустя он сидел в прохладной школьной столовой.
Солнечные лучи наискось тянулись через пустынный зал, греясь на ажурных пластмассовых стульях, где-то в дальнем углу сидела, над чем-то смеясь, компания подростков, в вышине гудели крылья огромного вентилятора, а Лайнелл думал, что вот сейчас у него в кармане лежит пистолет с глушителем, и в обойме ровно шесть серебряных пуль, и столько же в запасной, в его кармане.
И что на этот раз он пойдет до конца, несмотря ни на что.
Увидеть…хотя бы еще раз ее увидеть…
О, красота моя вечная, несказанная, любовь моя запретная, как же жестока судьба! За что именно мне выпал этот крест — любить тебя через жизни?..
Лайнелл сжал голову руками и взлохматил свою черную шевелюру.
Заканчивай себя жалеть!
Эти жалобы и погубили Констана и Влада, сохранив жизнь Лизе.
Его душа приговорена возвращаться в этот мир, и не знать покоя, пока живет это создание!
Лучше подумать серьезно о деталях…
Итак, вампиры ясно дали ему понять, что предлагают успокоиться и жить дальше, если же нет — то встреча должна состояться в школьном сквере, на карнавале-маскараде.
Имеет ли смысл идти на встречу в место, указанное самими вампирами?
А с другой стороны, есть ли у него выбор?
Найдет ли он их потом?
Они вряд ли станут его искать, как дал понять Вячеслав!
Решено! Он идет, но предварительно подготовится.
Маловероятно, что вампиры нападут в людном месте. А ему…его душе нечего терять! И будь, что будет! Он выстрелит прямо в толпе: в конце концов, разряд по стрельбе многое значит, и он не промахнется.
А дальше…
Пусть будет тюрьма. Пусть.
Когда его выпустят, остальные вампиры — если кто-то уцелеет после сегодняшнего вечера — еще встретятся с ним.
Простить Карлу, что он сделал с сестрой? Разрушил их семью и приговорил его душу к подобной чудовищной пытке?.. И пусть баронет не знал о клятве Констана, но должен же кто-то ответить!
И почему не этот мерзавец?
А Фрэнсис? Ведь этот негодяй сделал Карла нежитью, он обрушил всю смертоносную лавину событий!
Пусть пеняют на себя…
А Ильза, подружка Лизы?.. Ну, ее следует убить просто за то, что она — вампир.
И разве это — недостаточная причина?..
Лайнелл вздохнул.
Господи, какие жестокие мысли!..
— Вы позволите?..
Стул напротив отодвинули, и тренер краем глаза заметил, как за столик сел какой-то парень в черной футболке.
— Да, конечно, — механически ответил Фоулн, поднимая взгляд.
Севший за столик молодой человек обладал плавной грацией барса.
Фоулн невольно зажмурился: на секунду ему показалось, что его глаз коснулся свет…
На секунду, от которой перехватило дыхание.
Волнистые волосы. Почти падают на плечи. Почти.
Золотистые… Горящий на восходе океан. И, лишь как накипь на волне, кое-где мелькнет темно-пепельная прядка…
Черные глаза… Неизмеримая глубина ночного озера.
Убийственно красив!
Лайнелл смотрел, чувствуя, что поступает невежливо, и все же не мог заставить себя прекратить!
Ведь наверняка совпадение, просто совпадение… Обычный парень, студент, забежал в школьную столовую, подождать подругу…мало ли студенток-шестикурсниц у них подрабатывает?..
Вот и футболка обычная, черная… Какая-то надпись на груди…может, название группы, мало ли их…
Джинсы черные, стильные…
Возраст парня — вряд ли старше двадцати пяти…
И все детали так жутко сходятся с записями Лизы.
— Люк?.. — губы еле повинуются, будто заиндевели.
