каблуками. Ответный разноголосый галдёж стихает, когда за мной заходят сестра с подругой и сменяется полной тишиной при виде Джессики.
Разогнавшийся ко мне ВиЧан, — парень усвоил свои обязанности крепко, — примерзает к полу.
Нет, мой вид их не поражает в самое сердце… то есть, поражает, девушка я поразительная, но не до самой глубины, как в прошлый раз, когда намеренно этого добивалась. Но есть ещё незнакомая им, и надо признать, хорошенькая девушка ХёнДжу. Есть знакомые им, но не менее, — это про СонМи, — хорошенькие, а то и более, — это про Джессику. И любопытная мордашка Юри.
Все мы в комплексе включаем все их комплексы, ха-ха-ха! Ну, или кх-кх-кх, если смеяться на чистом корейском. Подмигиваю девчонкам, Джессика включается сразу, чинно здоровается и отходит к скамейке. Неуверенно и вразнобой парни бормочут приветствия. И Джессике и всем остальным.
— Это ХёнДжу, подружка СонМи. А это Юри, моя подружка и компаньон.
ВиЧан ведёт за мной слегка остекленевшими глазами, словно пушка с автоматическим удержанием цели. Остальные вразброс, кто на меня, кто на усаживающихся девчонок. Задумка моя проста, как тысячевоновая купюра. Зрители, особенно такие, как мы, действуют на артистов, подобно мощнейшему допингу. Знаю наверняка, потому сама испытываю прилив куража.
— Девочки, все быстро выключили телефоны! — кстати, и про свой не забыть. — Они всегда трезвонят не вовремя!
Дело не только во внезапных звонках. Снимать нельзя, композиция пока в зоне коммерческой тайны. Пришлось ждать, пока Юри не предупредит охрану о временной недоступности и выхода парней на исходную позицию.
— Все на месте?! Генеральный прогон! — киваю ЮнХо, берусь за микрофон. — ЮнХо-оппа, давай минусовку, попробуем ещё раз со мной.
Ребята не подвели! Ударили так, как в последний раз. Я не подвожу ещё больше. Поначалу идея была пошалить, но неожиданно получился невообразимый результат. Подпускаю в голос хрипотцы и скрытой чисто женской неги, что сводит мужчин с ума, как песни мифических сирен. Ребята не понимают, к тому же адреналин и тестостерон энергичными движениями жгётся немилосердно, но что-то чувствуют на уровне инстинктов. Девочки, вижу, не понимают, что происходит, но тоже чувствуют что-то такое, что пока не могу определить.
Так или иначе, нахожу собственный золотой ключик, индивидуальное ноу-хау. И если быть перед собой честной, то в этих переходах в более низкий регистр, придыханиях на грани слышимости есть нечто порочное. В некоторых композициях «Энигмы» можно уловить такие нотки, а кое-какие прямо дышат этим.
— Холь! Это потрясающе! — восклицает впечатлённая Джессика. Остальные девушки с готовностью соглашаются.
А я нахожу слова для описания происходящего. Женская их сущность резонирует с теми особыми нотками, что вложила в песню только что. Прямо сказать, несколько развратными. Некоторые тоже так смогут, кто не сможет, поймут и тайно позавидуют. Они тоже знают, как знает любая кривоногая девочка, что такое стройные красивые ноги.
После десятиминутного отдыха пробуем ещё раз с ЧэЁн. Голосок у неё прелесть! Но…
— Как-то странно, — размышляет вслух Джессика, — вроде у ЧэЁн-ян голос намного богаче, а вариант с Лалисой всё равно привлекательнее. Не пойму чем…
Благоговейно выслушивают её остальные. Понятное дело, Джессика — непререкаемый эксперт среди нас всех. Может, кроме меня, кх-кх-кх… или хи-хи-хи по-русски.
— Всё на сегодня! — время уже пересекло отметку в шесть часов вечера. — Теперь можно и в ювелирный…
Мальчишки увязываются за нами. ВиЧан несёт мой пакет с туфлями и сумку. СонМи и ХёнДжу используют ЮнХо и МиЧжуна. Хм-м, почему-то думала, что ХоВон их опередит. Ах, он попытался к Джессике подкатить, но та ему свою сумочку не доверила.
Весёлой толпой идём по знакомому маршруту в ювелирный. Большинство из нас девочки с деньгами. Пока владычица этого прекрасного места ЫнДжу приветственно чирикает с Джессикой, все остальные немедленно разбредаются по всей территории. Это выше девичьих сил, не броситься сразу рассматривать всю эту красоту. Парни-то сгрудились у большого стеклянного шкафа, равнодушно разглядывая побрякушки. ЫнДжу сразу закрывает двери и вешает табличку. Не знаю, что там написано, но смысл «пошли нафиг, вы не вовремя».
Мимо этих серёжек пройти не смогла. Что-то тянет меня на кольцеобразные висюльки. И откуда-то уверенность в том, что они идеально подходят к нынешней причёске.
Разоряюсь на четыре с лишним миллиона вон. ХёнДжу, ЧэЁн и даже Джессика смотрят на меня с уважением.
— Ты у нас богатая девочка, — говорит Джессика. — Я вот не каждый день могу позволить себе на драгоценности потратиться.
— И я не каждый день покупаю, — тут же соглашаюсь. — Юри-ян, ты ничего покупать не будешь.
— Почему-у-у?! — в глазах обида и разочарование.
— В школу нельзя надевать, — загибаю первый палец, — а ходить тебе больше некуда. Родители не одобрят и носить не разрешат, это два. Ты ещё растёшь, размеры пальцев и рук изменятся, это три…
— Можно у ювелира растянуть, — говорит ЫнДжу и теряется под моим долгим взглядом.
— Вкусы тоже могут измениться.
Юри куксится, присаживаюсь рядом.
— Тебе что-то особенно понравилось? — на мой вопрос девочка оживляется.
— Мне всё нравится!
— Хочешь, открою маленький секрет? — кто из девочек способен отказаться от секрета, в здравом-то уме? Конечно, она хочет.
— Покупать надо только то, мимо чего пройти не можешь. Должно изнутри толкнуть. Если всё нравится, это значит, что ничего не нравится, и ничего достойного и подходящего для тебя тут нет.
— Лалиса абсолютно права, Юри-ян, — за эти слова проходящей мимо Джессике бесконечно благодарна, так она ещё и контрольный выстрел делает: — Я тоже сегодня для себя ничего не нашла…
Замечательное получилось воскресенье. Дожить бы ещё до каникул…
Окончание главы 20.
Глава 21. Конец — делу венец
Место действия: школа Сонхва, актовый зал.
Время действия: 18 декабря, время 14:00.
Мы пахали, мы устали, — так бы я сказала, не будь у меня ощущения, что пахали исключительно на мне. Ладно, соглашусь, что учитель физики приложил руку. Составил список тем, напечатал и повесил на стенде. Вместе с объявлением о конкурсе. Сонов привлёк директор. Положение кто-то разработал. Собирал и регистрировал работы литератор…
Это что получается? Не одна я работала? Дебак! Творческая часть точно на мне была, здесь мне помощники только для разжигания досады. Наконец-то можно перевести дух. Мы сидим за столом на сцене. Мы, это директор, физик и литератор — судейская комиссия плюс я и представитель корпорации Сонов. Я тоже вхожу в состав комиссии с совещательным голосом. Формально совещательным. Как только мне удаётся в чём-то убедить ЧханМин-сии, дело сделано. С ним даже директор не рискует спорить, хотя чего ему спорить?
