почти всегда носил при себе, помчался к разделяющей скале, по пути отдавая приказы городским стражам.
– Соберите женщин, детей и стариков, всех до последнего! Не пугайте! Они отправятся в воды наглов! Старайтесь объяснять, но быстро! – кричал я, пока не увидел топчущуюся на месте светловолосую девчушку с двумя хвостиками.
Потеряшка озиралась по сторонам, сжималась от страха и громко рыдала, звала мать, но той нигде не было видно.
Город опять затрясло, и я подхватил девочку на руки.
– Тихо, милая. Где твои родители?
Малютке было от силы пару полных циклов и объясниться она не могла. Я говорил больше не для того, чтобы выведать информацию, а чтобы успокоить.
Удерживая ребенка на руках, прижимал ее голову к груди, чтобы защитить от толпы давящих друг друга аясов.
– Лейфтар! – рыкнул я, заметив старого друга, возглавляющего отряд городских стражей. – Зажги тревожные огни и сообщи об отходе женщин, детей и стариков в воды наглов! Все должны услышать!
Лейфтар с самого детства увлекался разными странными приборами. Нередко он подплывал к человеческой суше, рассматривая изобретения, которые удавалось разглядеть, а потом сидел в своей берлоге, пытаясь повторить увиденное.
К слову часто ему это удавалось. Конечно в массы его творения было сложно запустить, но кое-какие из них помогали стражам, а некоторые и совету.
Сигнальная тревога тоже была его задумкой. Правда временами мне казалось, что она больше пугает аясов, чем таурины.
Спустя пару мгновений над нашими головами пронесся громкий голос нашего мастера, с требованием женщинам, детям и старикам собраться у разделительной стены.
Так же туда проследовали и стражи, так как мы прекрасно понимали, что не обойдется без истеричных русалов, которые будут требовать и для себя укрытие.
И конечно я собирался их впустить, но после того, как те, кто не сможет обеспечить себе выживание окажутся в безопасности.
Быстро воткнув атам в скалу, другой рукой удобнее перехватил малышку, которая, видимо чувствуя рядом со мной безопасность, уткнулась носом мне в грудь, тихо всхлипывая.
Я не мог понять, куда делись ее мать и отец. За все время тревоги не наблюдал ни одного раненого аяса, и меня безумно злило, что такая кроха осталась без присмотра и могла пострадать, просто попав под ноги паникующим.
– Тихо, малышка, сейчас ты будешь в безопасности. Посмотришь на красивых наглов, – шептал я ей. – А если будешь храброй и перестанешь плакать, они даже покатают тебя. Ты знаешь, кто такие наглы? Хариса рассказывала тебе? – спросил я, понимая, что скорее всего о девочке заботилась именно человеческая женщина, ведь русалки очень часто недолюбливали рожденных ими детей.
Видимо заинтересовавшись моими словами, златовласка подняла голову, вопросительно смотря на меня.
– НаГы?
– Наглы, – кивнул я. – Только побудь немножко храброй! – обернувшись к собравшийся толпе, я указал на рябь скалы. – Проходим! Только осторожно! Без толкучки и паники! Иначе я закрою! Сначала харисы с детьми, потом старики и русалки.
– Что? – взвизгнула одна из девиц, увешанная драгоценными камнями. – Почему эти земные под…
– Оскорбишь их и отправишься самостоятельно гонять тауринов! – рявкнул в ответ, не позволив избалованной особе оскорбить матерей Саяры. – Они заботятся о молодняке! Значит им дорогу!
– Пф! Бред какой-то! – буркнула она, складывая руки под грудью. – Мы важнее!
– Я уже сказал! – рявкнул я, замечая Рину с двумя грудными младенцами на руках. Рядом с ней стояла Милания, русалка семьи, прижимая к себе еще одну девочку. – Идите сюда! – подозвал я, ведь ее очередь уже подошла, но почему-то человечка медлила, пропуская других.
– Давай, Рина, иди! – улыбнулась русалка. – Позаботься о малышах! – поцеловав малютку на руках, она поставила ее на ноги, показывая, что нужно держаться за подол платья харисы, а потом быстро чмокнула двух мальчиков, которых держала Рина.
Для меня было удивительным наблюдать за этим. – Давай, моя хорошая, не стой! Иди! – с глазами полными слез, она провожала их так, будто поистине любила.
– Милания! – окликнул я. – Иди ты тоже!
– Но… Нет, – качнула она головой. – Тут много харис!
– Иди! Рина не справится одна с тремя детьми! – твердо заявил я. – И еще, вы знаете чья это дочь? – указал я носом на малышку на руках. – Она была на площади одна.
– Потом разберемся! Давай ее сюда, – протянула руки русалка. – Эй, солнышко мое, иди на ручки. Я покажу тебе наглов.
Краем глаза наблюдая, как харисы с детьми одна за одной проходят в темный тоннель, я осторожно передал девочку женщинам.
– Теперь идите! – кивнул им.
Милания ловко подхватила дочку на руки, прижимая к себе двоих детей и кивнула Рине, пропуская ее вперед.
– Подожди, Шират! – тут же осмотрелась Рина. – Я не вижу здесь Лису, Элею Хаула и Рохана. Она должна была услышать требование собраться. Великий Нерей, хоть бы с ней ничего не случилось!
– Я проверю! Идите! – кивнул я, осматривая толпу, которая становилась все больше.
Лейфтар стоял чуть поодаль, как и я, контролируя поток. Как бы не старался рассмотреть, человечки нигде не было.
Возможно следовало послать туда кого-нибудь, но интуиция кричала, чтобы я пошел за ней сам.
– Лейф! – позвал я стража, которому доверял не только как воину, но и как другу. – Займи мое место! Я ненадолго отойду! Следи за потоком. Салух, Ретар, встаньте по обе стороны! Сначала дети и харисы, затем старики и русалки. Следите, чтобы не нашлось особо наглых. Будут возмущаться, отправляйте в конец очереди! Я сейчас. Лейф, – перевел я взгляд на стража, который уже успел подойти. – За атам отвечаешь головой!
Спустя несколько минут я уже мчался по городу, направляясь к знакомому белоснежному дому, увитому цветами.
Хаул и Рохан сражались за наши жизни, и я просто не мог подвести их, позволив Элее этих парней остаться в опасности лишь потому, что они не в силах сейчас самостоятельно о ней позаботиться.
Стоило добраться до дома, и я сразу заподозрил неладное. Щит был открыт. Не стал звонить в колокол, выдавая свое присутствие, а просто тихо вошел в коридор, прислушиваясь.
– Я этого не хотела, – раздался всхлип. – Кентар! Я просто не рассчитала. Должны были появиться несколько тауринов… Это не моя вина! Аргус и Роял все испортили! На мгновение застыл, пытаясь понять, что происходит.
–
