на выручку пойдем, Кнутов сказал, что там одна дивизия уже в окружении, а вторая вот-вот в западню попадёт.
— Класс!!! О таком даже не мечтал… — Игорь пропусти слова товарища о предстоящих боях и сложностях, выделив для себя главное — Олег Александрович, у Вас столько вещей, а у меня — кот наплакал.
— Держи, Игорёк, список, мухой летишь в «Военторг», получишь недостающее.
Выхватил из рук старшего товарища исписанный листок, Комаров метнулся на выход.
Убывающие спецназовцы распахнули шкафы для вещей, и достав из них армейские баулы, деловито экипировались, подгоняя снаряжение. Не остались в стороне и их, не попавшие в заветный список, однополчане. Распахнув свои шкафчики и достав сумки, они перебирали экипировку, откладывая новые, ни разу не надёванные предметы.
— Сань! Швец! — окликнул Швецова сапёр Миша Самсонов, — Зимние носки нужны? Три пары. Нульцевые, с этикеткой, твой размер.
— Кидай. — разведчик махнул рукой в сторону своей сумки.
— Заяц! — прогудел Сиденко, — Есть масксеть и надувная плащ-палатка. Надо?
— Не, у меня свои. — отозвался закончивший сборы и закрывающий баул Зайцев, — Оставь себе, а ну как на смену прилетишь.
— Трофим, Горбатов! Лови аптечку и жгут, пригодятся.
— Так с нами доктор летит. — попытался отказаться Горбатов.
— Во! Заодно складные носилки прихвати. Лишними не будут.
— Парни, у кого зимняя «разгрузка» лишняя? Мой камуфляж не прокатит. — попросил помощи Павлюченко.
— На! Держи! У меня вообще новьё, муха не сидела. — сразу три бойца предложили свою помощь.
— Спасибо, парни! — поблагодарил Алексей сослуживцев.
— Принимай братва! — в распахнувшуюся от удара ноги дверь ввалился старшина, с четырьмя большими коробками, — Новые несессеры, термобельё, мыло, мочалки и прочая мелочёвка. Сергачёва ещё зубной пасты подкинула, бритвенные станки с запасными лезвиями, гель для бритья.
— О, завхоза «раскулачили»! — неуклюже пошутил Сиденко, — Живём!
Бойцы лихо распотрошили коробки, тут же раскидав имущество по сумкам.
— Куда мне ещё. — разводил руками Зайцев, — Я уже и сумку закрыл.
— Запас карман не тянет. Открывай баул, переложим. — предложил свою помощь старшина.
Вздохнув, Вася потянул молнию, раскрывая сумку…
На соседних, с рядовыми бойцами, лавках, готовились к командировке и их командиры.
— Евгеньич, ты как? Собрался? — обратился к своему подчиненному уже облаченный в полевую форму Маркони.
— Да что тут готовиться, только свистни. — ответил Хорошев, — Имущество собрано, подготовлено, проверено. Можно мне в напарники Зайцева?
— Вовремя спросил, я как раз за этим и подошёл. Почему его?
— Сработались. — коротко бросил Сергей, — Несколько раз вместе на задачи ходили, я — авианаводчик, он в прикрытии. Чувствуем друг друга, понимаем.
— Добро. Пойдешь с Зайцевым. Будете работать отдельно, на Маннергейма. Нужно вскрыть линию обороны, да «кукушек» проредить.
— Отлично! — Хорошев потер руки в предвкушении, — С «кукушатами» поработаю с превеликим удовольствием. Счёт у меня к ним.
— Это после встречи в Арктике или, когда с ними в Питере не поладил? Помнится, после встречи во льдах у тебя «подарочек» остался.
— Этот что ли? С яблоком, погрызенным? — спросил Сергей, доставая из тумбочки планшет, на крышке которого и впрямь было нарисовано надкушенное яблоко. — Фуфло эти их айпоны, скажу я тебе. Капризные — страсть. Одно хорошо, пока взломал и под себя настроил — даже не вспотел.
— Вот любишь ты, Евгеньич, чужую технику курочить. Люди старались, делали, защиту придумывали… Прям пират какой-то. Ей-ей, флибустьер, а не благородный связист.
— А чО они, — Хорошев сделал вид, что обиделся на «пирата», — Их армейская защита — не более чем вызов нашему пятикласснику из кружка «Умелые руки». То ли дело «Эльбрус»!!!! Чудо, а не машина! Даже при минус сорока на Северном Полюсе пашет, а «Яблоку» и пятнадцать градусов много, враз крякнулось.
— Допустим, в тот день был почти тридцатник. А во-вторых, если бы не «крякнулось», то мы запарились бы с «финиками» махаться. А так, взяли их тёпленькими и успокоили, пока они к своему «яблоку» огрызок пытались присобачить. — посмеиваясь ответил Марков.
— Сами нарвались. Мы на маршруте были, их не трогали. Они первые, без предупреждения, «огонь» на поражение открыли. Трое наших — «трехсотые». Еле вытащить успели. «Кукушки» недоделанные. Ничего, научим их уму-разуму, чтобы и внукам урок был. — нахмурив брови ответил Хорошев.
— Так кто его, этот урок преподаст? Некому же будет. Что-то мне кажется, что после встречи с Зайцевым и тобой, «кукушата» прямиком к Одину и отправятся.
— Не, к тем финнам, что в Арктике были, у меня претензий нет. Там всё по-честному закончилось. Нечего русского медведя дразнить, пока он по своим делам следует. У меня к ним с тридцать девятого накопилось. Они дядьку моего убили, точнее брата дедова, и деда снайпер подстрелил, еле потом выкарабкался. А так бы не было ни бати моего, ни меня.
— Во как! Не знал. Такой должок можно вернуть и с процентами.
***
Ворвавшись в зал «Военторга», Комаров подлетел к кассе, бросил на прилавок листок и мощной лапищей гулко припечатал его к столешнице.
— По списку. — небрежно сказал Игорь симпатичной продавщице.
— Всё? — лукаво приподняла левую бровь хозяйка прилавка.
— Да. — выдохнул десантник. А ещё: два голубых берета, десяток тельников летних, столько же зимних и шевроны ВДВ.
— Береты с тельниками не положены, шевроны — только утверждённые. — девушка показала взглядом на рукава курток юных операторов БПЛА, расхаживающих по залу с горделивым видом.
Не увидев на знаках парашютов и родной аббревиатуры «ВДВ», Игорь немного расстроился, но разом встрепенулся и вновь «наехал» на продавщицу.
— Почему это береты не положены? Сказали, что выдадут по заявке.
— Зачем тебе берет зимой, да ещё в лесу? Кого очаровывать собрался? Лесных жительниц? — улыбалась продавщица.
Комаров не знал, что возразить, но на помощь пришёл директор магазина.
— Галя, выдай товарищу требуемое. Заодно отбери с полсотни тельняшек, пятнадцать голубых и пяток краповых беретов. Есть у меня одна идейка… Предложу Кнутову, как из форменного предмета знак поощрения сварганить.
Продавщица засуетилась, быстро достав с полки головные уборы с тельняшками и выложив их на прилавок. Игорь покопался в стопке, отобрал предметы по своим размерам и двинулся в сторону примерочной. Он останавливался, рассматривал то один, то другой предмет подходящие отправлял во вместительный баул. Подхватив подмышку зимний костюм, Комаров скрылся за ширмой…
Алексей Поляков уже облачился в новенькое обмундирование и поджидал друга, когда его в очередной раз тронула за рукав Настя и заглянув брату в глаза спросила:
— Алексей! Ну зачем?
— На фронт, нашим помогать. — ответил Алексей, принявшись подгонять под себя бронежилет.
— А как же бабушка с дедушкой? — словно ребёнок спросила девушка.
— Дед — одобрит, — напомнил Лёша. — В случае чего и другим поможет. Он войну прошёл, да не одну. Не собираемся мы воевать. Посмотрим, разведаем, вот и
