хуже для меня.
— Спокойно! — я демонстративно поднял руки. — Я за мирное решение ситуации.
Подтверждая мои мысли, к нам протиснулось еще несколько крепышей. Держа всех в области зрения, я начал отходить в переулок, куда хотел спрятаться парень. Альбиона подняла мальчишку и также начала отходить со мной.
Явно считая, что все идет по их плану, крепыши двинулись за мной. Наверняка нас хотели взять в оборот.
— Выворачивай карманы, парень, — велел мне Скильд, когда мы отошли чуть вглубь переулка. — И вали отсюда со своей девкой.
— У меня нет ничего, — довольно нагло произнес я.
— Хо, — фыркнул Скильд. — Значит, смелый?
Он посмотрел назад. Хоть мы и отошли довольно далеко, многие зеваки все еще смотрели на нас. Но вблизи остались лишь явные подпевалы воришки и Скильда.
— Давайте-ка эту парочку отведем к наше хате, — распорядился Скильд. — Там и решим с ними.
«Ну вот, кажется, что-то получается, — подумал я. — Главное — не тратить слишком много времени».
Видимо, Альбиона тоже поняла, к чему все идет. Каким-то третьим чувством я ощутил ее нетерпение. Тем временем мы уходили вглубь трущоб…
Глава 5
Скильд еще раз краем глаза посмотрел на молодого дурака. Взгляд зацепился за одежду. Обычный плащ пацана явно еще сегодня лежал на торговом прилавке, как и остальные вещи.
«Точно дворянчик или ребенок богатея», — мысленно отметил он.
Аристократов, что любили соваться в трущобы, определить было несложно. Наивные идиоты думали, что покупая дешевую одежду, они становятся незаметными. На самом же деле для каждого жителя трущоб они выделялись, как фонарь в ночи.
Однако именно эта деталь и спасала их от смерти. Уличные «промысловики» прекрасно знали, что если навредить действительно серьезному аристократу, то непременно наступит расплата. Поэтому знать в лучшем случае грабили, но без излишеств. А чаще просто не трогали.
«Я же говорил этому уроду не лезть, — ругнулся про себя Скильд. — Тупой сучонок даже не может понять, кого можно обнести».
Сам Скильд предпочел бы не трогать аристократика, но подключился к ситуации, когда было слишком поздно. Если бы он отпустил дворянчика и его охранницу на глазах своих подчиненных, то завтра у его ватаги был бы уже новый лидер.
«Попугаем, отгребем золотишка и отпустим, — успокоил он сам себя, краем глаза посматривая на парочку. — Еще будет потом как интересное приключение вспоминать».
Больше всего его беспокоило, что аристократик, похоже, совсем не боялся. Скильд предпочел бы разобраться с таким еще у рынка и отпустить восвояси, но тот будто нарочно лез «в бутылку». И теперь перед главарем маленькой ватаги была непростая задача — как бы и аристократа лишний раз не тронуть и при этом перед своими показать себя правильно.
Скильд еще раз мельком осмотрел парочку.
«Может, все-таки захватить их? — заворочались в голове мысли. — Выясним, кто такие. Если мелкие богатеи, можно и выкуп стребовать, плохого ничего не случится».
Они как раз дошли до ветхого дома, который ватага использовала как убежище. Скильд называл его «конкура». Выглядела та, как двухэтажное здание, криво построенное из кирпичей и досок.
— Милости просим, — осклабился он, делая приглашающий жест. — Проходите, гости дорогие.
Остальные члены банды тут же захихикали. Идиот со сломанной рукой, из-за которого это все и началось, мерзко подвизгивал. Скильд мысленно поставил себе зарубку потом тихо от него избавиться.
В конуре их встретили парни из ночных промысловиков. Увидев «гостей», те даже отвлеклись от игры в карты и с удивлением покосились на аристократа.
Скильд перевел взгляд на Бартена. Тот чуть в стороне разговаривал с двумя незнакомцами в темных плащах. Скильд поморщился. В последнее время в городе — и особенно в трущобах — шастало слишком много непонятно откуда взявшихся людей. Он-то сам не вмешивался, а вот Барт что-то «мутил».
— Вижу, сегодня интересный улов, Скильд, — произнес Бартен, мельком оглядев аристократика.– Не слишком ли?
Ватаг в конуре жило несколько. Бартен был первым лидером. Он решал, кто и где работает. Он же держал ответ перед Головой в случае чего.
— Под мою ответственность, — пришлось дать обещание Скильду. — Все будет путем.
Бартен лишь пожал плечами, но кивнул, давая понять, что слова услышаны.
— Давай, девка, проходи, не стесняйся, — прорычал сзади один из парней.
Вслед за аристократиком в помещение вошла его то ли служанка, то ли охранница. Бартен так же без интереса осмотрел ее и махнул рукой, давая понять, что вернется к делу потом. После этого он вернул внимание на своих собеседников.
Скильд выдохнул. Если Барт не прицепился, значит, на самом деле все не так уж и плохо. Он знаком показал своим парням запереть парочку. Выдохнув, скинул куртку и пошел к столу, где парни играли в карты. Теперь можно было отдохнуть.
— Повторяю, — произнес незнакомец, возвращаясь к разговору с Бартом. — За информацию по указанным личностям платим золотом. Если согласны, то на этом у нас все.
В этот момент парочку неудачников с рынка как раз проводили мимо гостей, которые стояли спиной к выходу. Один из них также мельком осмотрел пацана-аристократа и его служанку. Но в последний момент он вздрогнул и вытянул руку, указывая на женщину.
— Это она! — вскричал он. — ОНА!
Видимо, встреча была столь неожиданной, что незнакомец застыл, не зная, как реагировать. Все присутствующие в помещении замерли, не понимая, что происходит и что надо делать. В тишине раздался юношеский голос аристократа:
— Альбиона, бей! — закричал он.
В первые секунды Скильда спасло наверное то, что он был банально дальше остальных он НЕЁ. Именно это же и позволило ему увидеть, что происходит. Увидеть, и проникнуться.
Еще секунду назад спокойная служанка в один миг превратилась в НЕЧТО. Она резко повернулась к сторожившим ее головорезам.
Дальше произошло что-то воистину шокирующее. Тони попытался оглушить девку. Размахнувшись, он нанес удар. Но Скильд своими глазами увидел, как та перехватила руку и, дернув, оторвала её — будто вырвала конечность у хлипкой куклы.
— А-а-а-а-а-а-а! — закричал Тони.
Вид оторванной конечности и покалеченного тела вызвал всеобщий шок. Разумеется, все здесь были не из робкого десятка, но нечто столь безумное едва ли кому-то приходилось видеть.
На секунду происходящее в будке, казалось, замерло… чтобы потом превратиться во всеобщий бедлам. В один момент подорвались парни, игравшие в карты за столом. Мебель полетела в незнакомку. Барт
