лак, как задний бампер разукрашен царапинами и вмятинами. Этот беспилотный уборщик катается по Сегарскому парку не один год, а то и не один десяток лет.
Виант побежал дальше. Глаза насторожено оглядываются по сторонам, а в голове вихрем кружатся непрошеные мысли. Футурология хоть и считается наукой, но прогнозы футурологов частенько похожи на фантастические романы. Однако практически все из них сходятся в одном: тотальная роботизация в первую очередь уничтожит самые низкооплачиваемые рабочие места, а так же, как не странно, самые высокооплачиваемые должности. Первые из-за того, что простой физический труд заменить проще всего. Да хотя бы гастарбайтера с метлой из плохо развитой страны. Со вторыми гораздо интересней: чем больше работодатель тратит на оклад, тем ему легче выложить кучу денег за дорого робота, который и заменит ещё более дорогого живого специалиста.
Что за мысли? Виант тряхнул головой. Если он не будет как следует глазеть по сторонам, то какой-нибудь уличный кот и без всякой тотальной роботизации сократит ему жизнь на раз-два.
Почти сутки полноценного и, главное, сытого отдыха сказались на здоровье Инги самым благоприятным образом. Задняя лапа напарницы перестала болеть. Теперь она может бегать и прыгать как и раньше. Ну, или почти как и раньше. Да и сам Виант великолепно отоспался и даже чуток отъелся. Одно плохо – они не просто съели, а вылизали подчистую обе банки со шпротами. Последний ужин перед самым выходом если и можно назвать сытным, то только с большой натяжкой. Виант не отказался бы слопать ещё парочку слегка подкопчённых рыбёшек в масле. Но! Предстоящий переход и без того предвещал быть большим, чтобы тратить бесценные силы на поиск еды. Воевать с местным альфа-самцом из-за мусорных баков у задней стены ресторана Вианту упорно не захотелось. Одна надежда на гораздо более многочисленные помойки в жилых кварталах. А там, глядишь, может попадёт что-нибудь более приятное на вкус.
Когда ты маленький и на четырёх лапах, то восемь километров по прямой кажутся физическим воплощением бесконечности. Зато им несказанно повезло целых два раза наткнуться на еду. Это через два с небольшим месяца продовольствие станет жутким дефицитом. А пока сытые и не обременённые культурой посетители Сегарского парка забросили еду прямо в кусты.
В первый раз это было надкушенное мороженное. Конечно, холодная и сладкая начинка давно растаяла и, по большей части, стекла на землю, но несколько ложек сладкой белой водички и вафельный стаканчик очень даже помогли унять голод. Во второй раз Инга заметила в кустах бумажный пакет. Это был почти полноценный ужин. Треть «горячей собаки», остатки сырного соуса и куча крошек картофельных чипсов подняли настроение. Но! Хорошее настроение развеялось сизым дымом, когда они достигли конца бесконечной Центральной аллеи. Кто бы мог подумать, однако у них за спиной осталась самая простая, даже приятная, часть долгого и утомительного путешествия.
Виант легко забрался на кирпичное основание кованного забора. Перед ним развернулась самая обычная городская улица. Половина второго часа, разгар ночи, однако движение более чем заметное. По асфальту то и дело шуршат шинами самые разные легковые машины и небольшие грузовички. Виант повернул голову влево, даже хуже.
Центральная аллея Сегарского парка не просто вливается в жилые кварталы острова Хурган. Нет. Широкая улица с яркими гирляндами уличных фонарей является как бы её продолжением. Легковушки и грузовички то и дело притормаживают возле «зебры» и пропускают друг друга. Светофоры, словно метрономы, монотонно мигают жёлтыми огнями. Власти города не считают этот перекрёсток достаточно загруженным, чтобы регулировать его в глухой час ночи. Это хорошо и плохо одновременно. Но самое печальное, Виант распластался поверх холодных кирпичей, это дома вдоль проезжей части.
Подсознательно он ожидал узреть хорошо знакомые четырёх или пятиэтажные «хрущовки», местный аналог дешёвого жилья для простых работяг. Однако при ближайшем рассмотрении это оказалось более чем комфортабельные, даже в чём-то роскошные, жилища. Широкие застеклённые балконы и окна. Не голый кирпич, а разноцветная декоративная плитка. Каждый дом заметно отличается от соседних своим, пусть и простеньким, узором. В подобных жилищах с просторными квартирами живут люди, что могут позволить себе приличную жилплощадь со всеми удобствами, но, всё же, они не настолько богаты, чтобы прикупить ещё более просторный и удобный коттедж в пригороде. Хотя, Виант склонил голову на бок, близость к огромному парку весьма и весьма повышает стоимость здешних квартир. Ладно, хватит тормозить. Ночь не резиновая.
- Ну что, - Виант глянул на Ингу, - действуем по обычной схеме?
- У меня нет других предложений, - напарница демонстративно развела лапы.
Взгляд направо, взгляд налево. Виант первым спрыгнул на тротуар и тут же стрелой метнулся под защиту ближайшей урны. Увы, чугунная длинная чаща как укрытие вообще никак, но всё лучше, чем вообще ничего. Секунду спустя рядом затормозила Инга.
- Пешеходов не видно, бежим к «зебре», - скомандовал Виант.
Вот ещё одно проявление богатого опыта путешествия на четырёх лапах. Виант остановился на краю проезжей части, Инга едва не врезалась в спину. Дело как раз в соблюдении правил дорожного движения. Да, идиотов всех возрастов, обоих полов и разных социальных статусов на дорогах хватает, но вменяемых и законопослушных водителей всё равно больше. Так называемая «зебра», ряд широких белых полос, сама по себе заставляет сбрасывать скорость и оглядываться по сторонам. Не приведи судебный кодекс сбить пешехода. Тут уж штрафом не отделаешься. Правда, не совсем понятно, как в подобных случаях ведут себя беспилотные автомобили. Хрен знает, какой именно алгоритм зашит в их компьютерных мозгах.
Величественный чёрных джип выкатил на проезжую часть рядом с Виантом. С противоположной стороны приближается ещё одна легковушка. Ждать, пока машин не будет вообще, бесполезно. Гаочан, как и любой мегаполис, никогда не спит. Лапы напряглись, коготки глубже впились в тёплый асфальт. Единственный способ перебраться через улицу, проскочить.
Серая легковушка прокатила мимо. Пора! Виант сорвался с места. Первая полоса, вторая. Стоп! На разделительной полосе Виант резко замер на месте. Рядом остановилась Инга. Напарница глубоко дышит, даже слишком глубоко для столь короткого рывка, но она и в самом деле почти полностью восстановилась. Долгий переход через Сегарский парк практически не сказался на её способности на спринтерской скорости пересекать проезжую часть.
Справа налево прокатили чёрные шины большого грузовика с крытым кузовом. Морду и грудь обдало ветром. Аж душа в пятки. Но тормозить нельзя.
Долгий переход, усталость, мозги ни к чёрту. Вот как плохо не сообразить, что, вообще-то, перед ними «Т» образный перекрёсток. В момент, когда Виант сорвался с места, с перпендикулярной улицы
