Мудрец Ма и Геннадий Сергеевич с большим удивлением посмотрели на мистера Чарана, предлагавшего невероятно огромные деньги. Затем они посмотрели на меня. Судя по задумчивому взгляду мудреца Ма, Империя Цао готова будет заплатить не меньше. У меня внутри заворочался демон жадности, но я его загнал как можно глубже, чтобы не слышать стенания.
— Давайте еще экспериментировать, — сказал я. — Хотел проверить, как он будет работать с непрерывным потоком силы.
На полигоне мы провели почти полтора часа. Барьеры неплохо резали любую направленную на них энергию, не давая создать даже очень сильные огненные умения. Мистер Чаран умудрился все лужи на полигоне высушить, пытаясь продавить барьер, но не преуспел. Единственный недостаток такой защиты был в ее хрупкости. И мудрец Ма, и индус легко разбили самый крепкий барьер, который я смог создать, просто пройдя сквозь него. Да, это был главный его недостаток. Я пока не знал, как перемещать барьер вместе с целью, а от статичной защиты толку не так уж и много. Великие мастера это понимали не хуже меня, но сам принцип влияния на чужую силу их очень заинтересовал. Если поставить такой барьер во время серьезного сражения, когда противник соберется обрушить на тебя свой сильнейший удар, его можно не только нивелировать, но и отразить обратно. Так было во время моего поединка с американцем, когда он поджег сам себя.
Геннадий Сергеевич после демонстрации ходил темнее тучи, недовольный тем, что я эту технику демонстрировал посторонним. Пришлось успокаивать его, говоря, что я не все показал, но не сильно помогла. Тогда уже пришлось обещать, что в будущем никому и ничего показывать не буду.
По пути к учебному корпусу, где располагался наш клуб, меня перехватил один из мастеров, дежуривших у ворот.
— Кузьма Федорович, Вам письмо, — сказал он, протягивая конверт. — Сказали, что Вы его давно ждете.
— Да? — я осмотрел конверт, запечатанный сургучом с незнакомым оттиском. — Спасибо.
Проводив взглядом охранника, я выбрал свободную лавочку поблизости, сломал печать. Из конверта выпала пожелтевшая старая бумажка. На одной из сторон были напечатаны две строчки. В одной — девять цифр, разделенные точкой по три. Ниже — буква «М.71». Типографская краска от времени потеряла яркость, а несколько цифр почти не читались. На обратной стороне изображение открытой книги в виде логотипа Большой технической библиотеки. Помимо листка, в конверте лежало письмо, сложенное пополам, и старая фотография. Трое парней лет двадцати пяти, улыбающиеся и обнимающие друг друга за плечи. Никого из них я не узнал, поэтому отложил в сторону. Что касается письма, то оно было написано чернилами на русском, разборчивым, но неаккуратным почерком. Внизу, вместо подписи, нарисован оскаленный череп. Для символа Веселого Роджера ему не хватало только перекрещенных костей.
— Пираты мне еще писем не присылали, — улыбнулся я.
«Двадцать лет назад эта карточка принадлежала Валентину Бельскому, он в центре. Справа от него Евгений Орлов, слева Федор Матчин»…
Я отложил письмо, вернувшись к фотографии. Если это отец, то я его такого молодого не видел никогда. На фото он был не старше меня. Все-таки Саша на него похож больше, чем я. Значит, Валентин Бельский — это его друг детства и наследник княжеского рода. Про Евгения Орлова слышу впервые. Надо будет у Таси спросить по поводу него. Я минут на десять выпал из реальности, разглядывая фотографию. На ней трое парней казались беззаботными, куда-то спешащими в одинаковых брюках и рубашках с галстуками, как студенты института. Выглядело так, словно проходящий мимо фотограф попросил их остановиться на минуту и просто сфотографировал на память.
— Кузьма? — меня окликнула Таша. — А мы тебя по всему институту ищем. Хорошо бы Алена не подралась с Сабиной, пока ты на лавочке отдыхаешь.
Она подошла, села рядом, бросив взгляд на фотографию. Я спрятал ее в нагрудный карман, вместе со старой карточкой из библиотеки.
— Что-то вы рано освободились, — сказал я. — У вас же еще занятия должны идти.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Прогуливаем, — вздохнула она, но без намека на сожаление. — Тебя с самого утро ищет Николай. Он хотел с тобой пообедать и о чем-то поговорить, но ты был занят с Геннадием Сергеевичем на полигоне, мы из окна видели, как вы там что-то поджигали. Так вот, скоро ужин и он тебя снова приглашает.
— Он не намекал, о чем поговорить хочет?
— Нет, — она хитро улыбнулась. — Но он с утра своих сестер раз сорок вспомнил.
— Не пойду, — я поморщился. — То есть, у меня важные дела в городе. Предупреди Алену, что я сегодня задержусь и вы домой без меня поедете.
— А может?.. — она многозначительно посмотрела на меня.
— Без меня, — отрезал я.
— И ты, наверное, еще не обедал? — не сдавалась Таша. — И ужинать, судя по всему, не будешь. Потрать полчаса, покушай с нами и езжай по делам.
— Вы лучше ужин вкусный приготовьте с Аленой, а я домой приеду и покушаю.
— Как скажешь, — сказала она вставая. — Удачной тебе поездки. И будь осторожен.
С этими словами она побежала в сторону второго учебного корпуса. Я же достал телефон, набрал номер Фа Чжена и попросил заехать за мной через пять минут. Собственно, пока я дошел до ворот, он уже ждал меня там. Техническая библиотека находилась прямо в центре столицы, поэтому было время прочесть до конца письмо. Автор, решивший остаться анонимным, больше ничего толкового не написал. Пространно намекнул, что более подробную информацию и ответы на вопросы я найду в старой карточке.
Здание технической библиотеки было настолько непримечательным, что, если бы не крошечная вывеска, мы бы ее не нашли даже с помощью навигатора. Находилось оно в тихом переулке, куда не забредали, наверное, даже местные жители. На двери кто-то прикрепил самодельный листок с графиком работы библиотеки прямо поверх металлической таблички. За дверями меня встретил мраморный холл, старенькая лестница на второй этаж и проход в читальный зал. С него я и решил начать. Не знаю, как и зачем функционировала библиотека, но выглядела она так, как будто последний читатель заходил сюда еще лет двадцать назад. Старенькие столы с еще более старенькими лампами, звенящая тишина и непередаваемый запах книг. За столом администратора сидела девушка лет двадцати пяти, читая что-то интересное, так как меня она заметила, только когда я подошел и постучал по стойке.
— Ой, — испугалась она, поднимая на меня удивленные глаза. — А ты… Вы…
— А я книгу почитать пришел, — улыбнулся я. — Можно?
— Можно, — она довольно быстро совладала с удивлением и поднялась к стойке. — А я Вас где-то видела.
— Только никому не говори, но я знаменитый актер, — заговорщицким тоном сказал я.
— Ну, нет, — она заулыбалась. — Актеры наших книг не читают. Если честно, мне кажется, что наши книги вообще никто не читает.
Она оглянулась в сторону служебного помещения, словно ее могли подслушать. Я протянул ей старую карточку.
— Архивная карта? — она удивилась, беря ее в руки. — Странная. У нас семь цифр, а тут аж девять. Я сейчас Валентину Михайловну спрошу, подождите минуту.
Девушка упорхнула в сторону служебного помещения и пропала на все десять минут. В тихом читальном зале за это время ничего не изменилось. Странное место. Многие библиотеки, оставшись без читателей, привлекают аудиторию бесплатным доступом в интернет, детскими кружками, показом кино и прочим, что может понравиться современным людям. Но здесь, наверное, все было так же, как два или три десятка лет назад.
Со стороны служебной комнаты вышла пожилая женщина в больших очках, осмотрела меня с ног до головы.
— Ваша карточка? — спросила она.
— Моя, — решительно ответил я.
— Пойдемте, — она направилась к выходу из читального зала. — Нам на третий этаж.
Из служебного помещения осторожно выглянула девушка, улыбнулась мне и помахала рукой. Взгляд какой-то у нее стал странный, словно она ждала, когда я еще приду или что-то похожее.
Валентина Михайловна провела меня на третий этаж, разделенный на комнаты или архивы, не знаю, как их правильно назвать. Книгами здесь пахло еще сильнее, чем в читальном зале.
