запереглядывались, будто услышали мой голос, Серебряный насторожил уши и фыркнул, но тут видение растаяло в светящемся тумане, таком же, в каком я побывала ночью. И на этот раз навстречу мне из него вышли не только родители, но и бабушка с дедушкой, и другие предки, одетые в чудные старинные наряды, и даже сама Альена-первая об руку с мужем. Забавно, у него тоже были шрамы на лице, почти как у Кайхо, только сам он казался не веселым, а очень суровым и даже мрачным. Если бы не взгляд – серьезный и немного печальный, я бы, пожалуй, испугалась.
Были там не только мои предки, но и все те, кто когда-либо жил и умирал на землях, которыми владел род Сайтор, бесчисленное множество людей. Их тени терялись в тумане, но я успела рассмотреть кормилицу, маминых наперсниц и служанок, отцовых бойцов, и даже – с самого краешку – Ривона, такого, каким он был до увечья.
– И ничего не страшно, – прошептала я. – Если что, я просто уйду к ним, верно? Но так нельзя, потому что я ведь уже дала тебе слово, а значит, обязана сдержать его, чего бы мне это ни стоило!
Именно так. Потому что, если я не справлюсь, ведьма рано или поздно добьется своего. Заполучит стража со всеми его умениями – он же помнит каждый мир, в котором побывали хозяева, а может, знает и другие. А главное – убьет его память и всех, кто в ней живет…
Страж ласково лизнул меня в щеку и отпустил, а я чуть не села в снег, потеряв равновесие. Голова немного кружилась, но это быстро прошло.
– Ленни! – окликнул Кайхо. – Вот ты где… Я тебя ищу-ищу, а ты со стражем обнимаешься, нет бы со мной!
– Завидно стало? – невольно улыбнулась я.
– Еще как, – серьезно ответил он, подойдя вплотную.
– Ночью не наобнимался? Чуть не задушил ведь.
– Я ничего не помню и вообще во сне собой не владею, – выпалил Кайхо, но тут же посерьезнел и добавил негромко: – Ты плакала во сне, а что я мог поделать? Будить не хотел, вот и…
– Ничего. – Я протянула руки и взяла его ладонь в свои. – Скажи, а ты все еще согласен на мне жениться и войти в мой род? Эй, что смешного?
Ответить Кайхо не мог – хохотал во все горло, а когда перестал смеяться, выдавил:
– Так мы уже, считай, женаты!
– Что ты несешь?!
– Сама посуди… – Он утерся рукавом, а я только теперь рассмотрела, какого цвета у него глаза – зеленые и яркие, как молодая листва, с золотистыми искорками возле зрачка. – То, что я тебя спас, можно даже не считать. Ты вошла под мой кров…
– Та пещера не твоя, она на моей земле!
– Не придирайся! Жалко тебе пещеры, что ли? И вообще, так даже правильнее: будем считать, что ты ввела меня под свой кров, я же в твой род вхожу, а не ты в мой… И сапоги я с тебя снял, а не ты с меня. А еще ты взяла мой хлеб, и мы смешали кровь.
– Как… – начала было я, но тут же вспомнила, как порезалась, вытаскивая стрелу из его руки.
– Смешали, – широко улыбнулся Кайхо, – не поспоришь ведь? Ну и, наконец, мы с тобой разделили ложе. Ну, почти… Взаправду разделим, когда замок отстроим или хоть дом, а то неуютно в пещере-то. Да и откормить тебя не мешает, а то ты коленками весь бок мне отбила, сплошной синяк…
– Ну, тогда все еще проще. – Мне стало смешно, но я изо всех сил сдерживала улыбку. – Но только знаешь, одно дело – жениться на наследнице хозяев перевала, а совсем другое – на никому не известной девице.
– Что-то я тебя не понимаю. На какой еще девице? Я никого больше здесь не вижу, кроме Альены Сайтор!
– Тебя глаза обманывают, – серьезно сказала я. – Присмотрись получше. И послушай, что я скажу: Альена, последняя из рода Сайтор, умерла этой ночью…
– А кто тогда передо мной? – после паузы спросил он, сощурившись.
– Пожалуй… Сайта Альенор, – ответила я.
– Вот оно что… – Кайхо, похоже, понял, что я затеяла. – В самом деле, не слыхал о такой! И чтобы я, отпрыск рода Завиор, пускай и один из младших, женился на незнакомке, да еще и вошел в ее род… Что мне за это будет, а?
Не дождавшись ответа, он тяжело вздохнул:
– Немного обидно, конечно, что за тебя идут за неимением лучшего, но… Так и быть, согласен! Кайхо Альенор звучит, пожалуй, не хуже, чем Сайтор… Поцеловать-то тебя можно? Обычай как-никак!
– А ты умеешь? – с подозрением спросила я.
О, он умел… Не иначе нарочно тренировался, чтобы не оплошать!
Кайхо вздрогнул и сильнее прижал меня к себе, когда страж, поджидавший в стороне, обвил кольцами нас обоих и снова объял пламенем – скрепляя союз, поняла я. И Кайхо тоже догадался и увидел, уверена, то же, что и я, когда страж принял его, как от века принимал мужей и жен своих хозяев…
– Имя не имеет значения, так? – прошептал он мне на ухо.
– Для стража – нет. Для ведьмы – наверно. Но проклятие сбылось – Альена Сайтор стала последней. Ее нет больше, и род Сайтор угас, не получив продолжения, но как Альена-первая когда-то назвала его своим настоящим именем, так и я назвала новый род своим. Круг замкнулся.
– Хотелось бы, чтобы вышло по-твоему, – вздохнул Кайхо. – А это имя тебе больше идет. Ленни, Альена – слишком мягко для тебя. Сайта – в самый раз.
– А маски-то наверно, надо было снять перед тем, как… – невпопад сказала я.
– Чтобы нос отморозить и задохнуться? Вот уж спасибо, придумала так придумала! – Кайхо вдруг умолк, провел ладонью по моим волосам и вздохнул как-то странно, прерывисто. – Ну… Все, что ли?
– Ну да. – Я отстранилась, посмотрела ему в лицо. – Нужно идти. Ты Кема не видел?
– Нет. Но объявится, куда он денется. Соберемся пока, да и перекусить не мешает. Но если ты будешь попрекать меня каждым куском, то мы точно поссоримся!
Я не ответила, пошла к пещере, но обернулась, когда Кайхо окликнул:
– Сайта! Обещаю – я буду делать все, чтобы ты меня полюбила. Может, не так, как я тебя, но хоть вполовину…
– Дурак ты, Кайхо, – сказала я. – Ты-то когда влюбиться успел?
– Так давно еще, – криво усмехнулся он, не отводя взгляда. – Я же говорил… А после пожара, когда ты пропала… вылезал, бывало, по ночам на крышу или забирался повыше, если в горах
