— Нет-нет, — ответил Жиллиман, сглотнув подступивший к горлу комок. Порывистые объятья брата выбили шлем у него из руки, и он покатился по мраморным плитам.
— Рад видеть тебя, — произнёс он, вернув контроль над голосом.
Лев разомкнул объятья и кивнул. Наклонился, поднял выпавший шлем и выпрямился, протянув его брату.
— И я рад видеть тебя, брат. И рад видеть твой необычный свет. Ты должен рассказать мне о нём.
— Расскажу. Но есть другой вопрос, требующий немедленного внимания, — сказал Жиллиман, надеясь, что сумел сохранить невозмутимость. — Касающийся… протокола, — добавил он.
— Волки?
— Вот именно.
Лев кивнул, отвернулся от брата и посмотрел сверху вниз на Фаффнра Бладбродера.
— Назови себя, Волк. Давай, побыстрее покончим с этим.
— Я — Фаффнр, достопочтимый лорд.
— Ты из Сеска? Я узнаю символы.
— Из Сеска, повелитель.
— Давай, перейдём прямо к делу. Ты первый?
Фаффнр Бладбродер выпрямился во весь рост. Вражда между Ангелами и Волками началась на Дулане и превратилась в ритуал для действующих чемпионов при каждой встрече.
— Да, повелитель, — произнёс Волк. — Я требую, чтобы вы выставили своего чемпиона.
И Ольгин и Редлосс шагнули вперёд.
— Моим чемпионом буду я сам, — прошептал Лев. На губах мелькнуло что-то похожее на улыбку.
— Нет, — не согласился вожак стаи.
— Я правильно понял, что Волки из Стаи — трусы?
— Нет, — прорычал Фаффнр.
— Тогда нападай, Волк. И уж постарайся.
Фаффнр вздохнул и взмахнул секирой, целясь во Льва. Жиллиман вздрогнул, когда рядом рассекли воздух. Поразительно хороший удар. Волк не выдал себя ни репликой, ни малейшим намёком на напряжение мышц, ни изменением работы силового доспеха. Только удар. Примарх задумался, застал ли он его врасплох и был вынужден признать, что да, возможно.
Лев блокировал удар Бладбродера одной рукой, перехватил рукоять секиры, и остановил лезвие в нескольких миллиметрах от своего лица. Астартес невольно заворчал, когда встретился с мощью существенно превосходящей его силы.
Лев нанёс ответный удар слева. Не желая ни покалечить, ни убить — просто вытянул руку. Но быстро, гораздо быстрее превосходного удара Волка.
Вожак стаи упал на колени, не сумев вырвать секиру у примарха.
Затем поднялся.
— Удовлетворён? — спросил примарх, кинув ему захваченное оружие.
— Честь удовлетворена, повелитель, — согласился Волк, поймав секиру за рукоять. Кивнул и отступил, махнув стае последовать его примеру. Ольгин и Редлосс усмехнулись с раздражающей беззаботностью.
— И скажи Бо Сорену, чтобы следил за своими манерами, Фаффнр, — не оглядываясь, бросил через плечо Жиллиман.
— Скажу, ярл, — ответил Бладбродер. Робаут услышал звук затрещины и приглушенное ругательство.
Он посмотрел на Льва. До этого момента он ни разу не замечал, что лорд Первого легиона слегка выше его.
— Идём, брат?
— Знаменитая Крепость Геры? Я буду разочарован, если не осмотрю её.
Стоял поздний день.
У Западных ворот могучей Сервиевой Стены на самом западном краю Магна Макрагг Цивитас привратники проверяли въезжающих. На вечерние ярмарки округа Лапонис из трущоб Иллирийского анклава, расположенного за высокой стеной, изливался неослабевающий поток аферистов и контрабанды; а в городские хранилища на вместительных управляемых сервиторами фурах направлялись фермеры из хор с грузами преющего зерна.
— Имя? — спросил старший офицер Преценталианской дивизии. Он производил внушительное впечатление и прекрасно это понимал.
— Деймон, — ответил Деймон Пританис, съёжившийся у задней двери грузовика в вонючем чёрном меховом полушубке. — Что происходит?
— Что значит “что происходит”?
— В городе? Все эти полёты и чёртовы горны?
— К нам прибыл Первый легион, — гордо ответил офицер.
— Первый легион, а? Банда Льва? Большое событие.
— Так и есть.
— Большое событие, — повторил Деймон, кивнув. Сердце сжалось. Слишком много серьёзных игроков, чтобы чувствовать себя комфортно.
— Паспорт, — напомнил ему офицер.
Деймон пожал плечами, кивнул и протянул пустую руку ладонью вверх. Обычно это срабатывало. Жест был настолько отработанным, что охрана почти всегда видела то, что хотела увидеть.
— Хорошо, всё в порядке, — произнёс офицер, махнув рукой.
Пританис миновал глубокую холодную тень Западных ворот в трясущемся грузовике и въехал в западные окраины города. Этот город был его целью и, пожалуй, кровавой судьбой. И это не слишком обнадёживало. В запущенном районе, предназначенном для низкоквалифицированной рабочей силы, было полно простых быстровозводимых и дешёвых хабитас, барахолок и кварталов трущоб, которые будут тянуться ещё не один километр, прежде чем путешественник достигнет красивых домов и просторных особняков округа Ксанти на низких холмах к западу от реки.
Деймон выбрался через заднюю дверь грузовика и направился вдоль оживлённого шоссе, огибая иллирийские фуры и зерновозы.
У него внезапно возникло дурное предчувствие. Ему нравилось называть это первым чувством, потому что, по словам его благословенной матери, других у него не было.
— Эй! — раздался сзади голос. — Эй, ты! Человек в меховом полушубке!
Пританис выругался. Офицера удалось убедить только на время. Он оглянулся и увидел в воротах отделение преценталианцев, которые двигались в его сторону. Они шли всё быстрее и расталкивали попадавшихся на пути людей. Большинство местных жителей подались в разные стороны. Преценталианцы выглядели как чрезмерно холёные парадные гвардейцы, но они были жёсткими, хорошо обученными и обладали большими полномочиями.
И ещё они были хорошо вооружёнными. Деймон разглядел плазменное оружие и угрожающе выглядевшие клинки.
— Стоять! — крикнул один из преследователей. Когда Пританис не подчинился, офицер закричал на пешеходов:
— Прочь с дороги! Дайте нам прицелиться!
Прицелиться? Звучит ободряюще. Приветливо. Воодушевляющее. Дело усложнялось, а напряжение росло быстрее, чем он надеялся и даже ожидал.
Это был момент, чтобы разрядиться, вернуться к охотничьим навыкам и начать так давно не начинаемую охоту. Соблазн в задней части мозга был огромен. В галактике всего несколько людей обладают равными или большими практическими умениями, чем Деймон Пританис. Он встречал всего двух из них. Первый был текущей целью. Второй неприветливым и необщительным бродягой.
Ещё один из них был Императором Человечества. Деймон никогда с ним не встречался. Да не очень то и хотел. Он казался полной задницей.
Улыбаясь, Пританис обернулся.
Затем стремительно бросился влево и помчался переулками по муравейнику стенопои и лабиринту узких улочек самого тесного квартала Лапониса. Он ни в кого не врезался и никого не сбил с ног. Люди просто убирались с его пути или замирали на месте, и он огибал их. Деймон ещё дважды свернул, сначала налево, а потом резко направо и очутился на мокрой узкой улочке под сводами главного акведука. На верёвках под аркой и между высокими стенами висело и сушилось белье, он чувствовал запах табачного дыма и приготовленной еды.
Гвардейцы оказались в хорошей физической форме и, несмотря на доспехи и оружие, не отставали, двигаясь быстро и целеустремлённо.
Он увидел размытые серые очертания гигантских зернохранилищ и подумал, что стоит попробовать добраться до них и спрятаться внутри. Но преценталианцы оказались проворней. Впереди на висевшем над каналом на цепях мосту появилось второе отделение, двигаясь к стенопое и прижимая беглеца к преследователям.
Деймон понял, что убийств не избежать. Ему пришлось не по душе, что кровавое дело начнётся столь рано, но с другой стороны он был рад. Он пробыл в горах немало времени, проголодался и замёрз, и был не прочь причинить кому-нибудь боль. Его направили на Макрагг выполнять задание, которое он не хотел выполнять и бросить вызов человеку, с которым не стоило связываться.
Пританис прибывал в прескверном настроении и, загнав его в угол, преценталианцы предоставили ему шанс выплеснуть раздражение.
У него с собой было четыре оружия. Для безопасности он носил их в мешке из живой плоти, потому что металлические предметы мешали быстрой джековой телепортации. Мешок вырастили в репликаторских чанах Кху’Ниба. После болезненного путешествия на Макрагг Деймон разрезал мешок, открыл и убил, чтобы добраться до оружия и снаряжения, а потом ещё шесть дней питался его мясом.
Четыре оружия: парные Зхул’Хунд мурехк — изящные длинноствольные великолепные слинг-пистолеты, хорошо лежавшие в руке. Сюрикеновое оружие эльдар было его любимым, потому что недостатки в дальности и точности с лихвой компенсировались скорострельностью и пробивной силой. Эта пара была из личной боевой шкатулки Слау Дха. Редкое проявление великодушия, которое на взгляд Деймона было предназначено, чтобы подчеркнуть всю важность его задания. Первый назывался (на высоком идхараенском) Гух’хру, что переводилось как Истекавший Кровью, а второй (на простом испорченном сленге старых миров) Мех’менитай, что означало Смерть Смотрит Тебе в Глаза и Находит Твои Главные Недостатки. Он держал их в кобуре под полушубком в самодельном двойном наплечном приспособлении, которое соорудил из плохо перевариваемой кожи мешка.
