— Да-да, Оливии там не было, — закивала Клодия. — И это странно. Потому что вчера утром Мэдлин получила от нее письмо. Оливия написала, что хочет видеть ее, но Мэдлин сказала мне, что мы не можем поехать вместе. Якобы она обещала тебе никуда не уезжать.
Кейн кивнул и поднял с пола смятое письмо. Тщательно расправив его, он принялся изучать послание жены. Что-то в ее словах насторожило его, но он никак не мог понять, что именно.
— Где ты был вчера утром? — спросил Кейн у Майлза. Тот на мгновение задумался, потом ответил:
— Мы с Заком перегоняли скот на южное пастбище.
— А не помнишь, видел ли ты конверт на столе у двери?
Майлз пожал плечами.
— Нет, не могу сказать.
— А Хью был с вами? — допытывался Кейн.
— Нет, не был. Он сказал, что хочет проследить, как кузнец чинит дверцу его кареты.
Кейн снова перечитал письмо Мэдлин. «Моему дорогому и любящему мужу».
— Что-то не так? — спросил Майлз.
— Сукин сын! — выдохнул Кейц. — Хью, должно быть, видел Роджерса. И наверняка читал его отчет.
Кейн на мгновение зажмурился. Он вдруг вспомнил, что Мэдлин читала стихотворение «Моему дорогому и любящему мужу». Читала как раз в тот вечер, когда он нашел ее в библиотеке. В тот вечер, когда он рассказал ей об Элизабет, а она утешала его. И тогда, как казалось, их отношения стали налаживаться. Более того, он был уверен, что жена начала доверять ему.
И вот сейчас… Похоже, она пыталась дать ему понять, что оказалась в беде.
— Нет, она не бросала меня. — Кейн решительно покачал головой. — Мэдлин покинула Бон-Вью не по своей воле. Я абсолютно в этом уверен.
— А что было в отчете, который привез Роджерс? — спросил Майлз.
— Все, что Линни не могла сказать мне. Она сбежала из Чарлстона, потому что считала, что совершила убийство.
— Убийство?.. — изумился Майлз.
Клодия же вскрикнула и прикрыла рот ладонью.
— Этот ублюдок напал на нее, а она защищалась, — продолжал Кейн. — Но она не убила его, он жив. Правда, Мэдлин не знает этого. Впрочем, это долгая история. Я все расскажу вам позже. А сейчас нам нужно побыстрее попасть в порт. Адмирал, я уверен, что сегодня у берега вы видели именно «Золотой дельфин». Более того, я убежден в том, что Мэдлин и Оливия на его борту.
— Но, Кейн, разве это не тот корабль, который, как ты думаешь, должны уничтожить? — спросила Клодия.
— Зак, отвези ее домой. Сейчас же! — крикнул он, когда младший брат замешкался. — У меня нет времени спорить с тобой.
— Помоги Кейну найти ее, — прошептала Клодия Майлзу, когда тот обнял ее. — Он не должен потерять Мэдлин. Он ее любит.
— Я знаю, Клодия, знаю… — прошептал Майлз в ответ.
Но Кейн услышал их шепот. И знал, что это чистейшая правда — он действительно любит Мэдлин. Любит больше жизни.
Но, увы, он не смог ее защитить. А теперь мог лишиться ее, и, возможно, она никогда не узнает о его любви.
— Идемте быстрее, — сказал Кейн. — Мы понятия не имеем, поднял ли «Золотой дельфин» паруса. И если да, то нам следует узнать, куда он направился.
Все собрались в считанные минуты и, вооружившись, вышли из кабинета адмирала. Затем вскочили на лошадей и галопом поскакали в порт, хотя Кейну казалось, что лошади еле плетутся.
Мэдлин пыталась разглядеть название корабля, на который ее везли, но плечо Джеффри закрывало обзор. Когда же она отклонилась в сторону, Джеффри швырнул ее на дно лодки и пробурчал:
— Скоро все узнаешь.
Минуту спустя они поднялись по трапу и тотчас же спустились в трюм, где у одной из стен были аккуратно сложены всевозможные ящики и бочонки. Здесь царил полумрак, и свет проникал лишь в небольшие круглые окошечки в бортах корабля. Но Джеффри повел ее дальше, к корме, где находились крохотные каютки. Он отпер одну из дверей и втащил за собой свою пленницу. Перед тем как уйти, подмигнул ей и сказал:
— Не беспокойся, я приду к тебе до того, как ты успеешь соскучиться.
— И вечности не хватит, чтобы это случилось, — прошипела Мэдлин в ответ.
Дверь захлопнулась.
— Мэдди, ты?..
Мэдлин вздрогнула и осмотрелась; она узнала голос Оливии.
В следующее мгновение подруга бросилась к ней и крепко обняла.
— О, Мэдди… это такое… облегчение, — пробормотала она, всхлипывая.
Мэдлин погладила подругу по спине, пытаясь успокоить.
— Не плачь, дорогая. Все это скоро кончится.
— Это… кончится? — Оливия зашмыгала носом.
— Да, конечно, — солгала Мэдлин, и это была единственная ложь, которой она не стыдилась. — Это все из-за меня. Это я во всем виновата.
— Нет, не говори так, Мэдди. Это не твоя вина.
— Я кое-что не рассказала тебе, когда мы познакомились, Оливия. Не рассказала о своем прошлом. Я боялась говорить об этом. И стыдилась…
— Ах, Мэдди, это не имеет значения. Ты моя самая лучшая подруга, и никакие твои признания не изменят этого.
— Мне следовало рассказать тебе об этом давно. И Кейну надо было рассказать… Но теперь этого не исправишь. Мы можем где-нибудь тут сесть?
— Да, вон там. Тут есть маленький стол и стулья. Я даже споткнулась о стол, когда искала эту свечу.
— А еще свечи есть?
— Не знаю. Я собиралась поискать вон в том сундуке, но услышала, как в углу кто-то скребется.
— Крысы?.. — Мэдлин поморщилась. — Терпеть их не могу.
Мэдлин прошла по каюте и подняла крышку пыльного старого сундука. Присмотревшись, она увидела две толстых свечи. Мэдлин принесла их на стол и зажгла.
— Так гораздо лучше, — сказала Оливия, осмотревшись.
— Вот уж не знаю, — пробурчала Мэдлин. — Возможно, лучше бы нам оставаться в темноте.
Оливия со вздохом пожала плечами и, взглянув на подругу, спросила:
— А может, расскажешь об этом сейчас? Я имею в виду… твое прошлое.
— Что ж, хорошо, — кивнула Мэдлин.
Подруги уселись за стол, и Мэдлин рассказала обо всем, что случилось с ней в Чарлстоне, до того как они встретились в порту. Оливия внимательно ее выслушала, потом решительно заявила:
— Ты, Мэдди, ни в чем не виновата. Ты просто защищалась.
— Да, не виновата, — согласилась Мэдлин. — Потому что я вовсе не убила его. Он жив. Именно он привез нас сюда. Поэтому ты, Оливия, в безопасности. Просто Джеффри нужно было заманить меня сюда, и он использовал для этого тебя. Но потом он наверняка тебя отпустит.
— Едва ли это случится, — ответила Оливия. Губы ее задрожали, и она закрыла лицо ладонями. — Меня сюда привез Хью.
— О, Оливия… — Мэдлин тяжело вздохнула, потом добавила: — И все-таки я думаю, Джеффри отпустит тебя.
Оливия всхлипнула и пробормотала:
