Князь завел нас в комнату мага, которая большее время стояла пустой. Но на этот раз хозяин оказался на месте: он сидел за маленьким столиком около окна. Сирин при виде гостей торопливо вскочил, уступая место.
— Образец еще годен к использованию? — деловито поинтересовался князь.
Агаи помотал головой и, не дожидаясь просьбы, протянул руку вампиру. Тот проделал уже знакомую процедуру, сцедив на стекло пару капель, повертел зеркальце и приказал:
— Смотрите быстрее.
Я послушно прильнул глазом к механизму, сразу уловив суть изменений в крови — черное пятно, присосавшееся к красной "монетке", медленно таяло!
— Солнечный свет убивает их словно обычную нежить, — сказал вампир. — Кровь становится чистой!
Признаться, сначала я не понял, что нам это дает — раз кровь течет по жилам, то какой толк от солнца? Ее ведь нельзя сцедить в тазик и залить обратно уже здоровой.
Вампир, уловив мое недоумение, подсказал:
— Солнечный ветер! Агаи достаточно уехать на время в соседний замок. Еще лучше — в один из тех, что за два дня пути от Азалы. Он должен переждать ветер именно там.
Агаи вскинул голову, но особой радости на его лице я что-то не заметил, хотя по идее сирин должен был от счастья скакать до потолка. Я бы на его месте чувств не скрывал, если только…
— Выкладывайте вторую.
— Возможно, Агаи это убьет.
— Какой у него шанс?
— Я бы с удовольствием поставил на выживание, но сами понимаете, не с чем сравнить. Подобного случая у нас еще не было, так что…. Будем считать — один к одному, — честно ответил вампир.
Прекрасная перспектива: умереть сейчас или с отсрочкой. Хотя могло оказаться хуже. Правда, лучше — тоже могло, но это уж на везунчиков, а сирин — не из их категории.
— Что выбрал? — повернулся я к магу.
Тот облизал губы:
— Как решишь, так и сделаю.
Я, почувствовав на себе три ожидающих взгляда, выругался.
Понятно, что решать действительно мне, только выбор это не упрощает. Ведь от решения зависит исход войны. Если Агаи умрет, шанса устоять против армии сирин не останется. Его и сейчас почти нет, а уж без мага… Вот только колдовать больным он тоже не в состоянии, раз после каждого заклинания вынужден отлеживаться в постели полдня. К советам поберечься Агаи не прислушается и, скорее всего, загнется еще до весны. Нет, нельзя терять единственный шанс на излечение.
— Поедешь, и как можно быстрее, чтобы не свалиться где-нибудь по дороге.
— Ничего, — успокоил Андру, — неделя в запасе еще есть. Но выехать действительно лучше завтра. Чужого человека без сопровождения этернус в замок не пустят, да и Пустошь не королевский парк: для прогулок в одиночестве не подходит. Без сопровождения не обойтись. И парням надо вернуться в столицу до того, как начнется светопреставление. Так что, Агаи, соберите в дорогу самое необходимое, вас разбудят еще до рассвета. А вы, Дюс, решите, один он поедет или с кем-то. Я гарантирую, что сделаю для безопасности Агаи все, что в моих силах, но…
Я кивнул. Было понятно, чего недоговаривает вампир. Он опасался, что если маг все же умрет, я перестану доверять. Свои "глаза" позволят убедиться, что сделали все возможное.
По-хорошему с Агаи надо было ехать мне и Морре. Только вот это решение имело один недостаток, перечеркивающий все достоинства: мы дней на десять окажемся вне безопасных стен, а сирин не клялись дождаться весны, так что Морра никуда не поедет, как и я. А значит…
Должно быть, сомнения отразились на моем лице, потому что Агаи прошелестел:
— Ничего, справлюсь один.
Но на этот раз он ошибся — решение было другим.
Я посмотрел на Риса:
— Составишь компанию хворому?
Лаланн кивнул:
— С удовольствием. Заодно отдохну от местного общества.
И склонил голову в нарочито-почтительном поклоне.
— Я рад, что все решилось к взаимному удовольствию, — вежливо улыбнулся Андру, проигнорировав ерничанье гостя.
Рис оскалился в недоброй улыбке. Было видно, что его так и подмывает что-то сказать.
Я не стал дожидаться начала очередной перепалки и поспешил откланяться:
— Андру, если мы вам больше не нужны…
— Нужны! — неожиданно оживился вампир. — Вернее, нужны именно вы, Дюс. Надо переговорить по одному деликатному вопросу. Прогуляемся на галерею?
Правитель нежити повел рукою в сторону двери.
Я пожал плечами и вышел, чувствуя, как буравит спину недовольный взгляд Лаланна. Фраза "деликатный разговор" заставила меня напрячься в ожидании благих советов.
На галерее было холодно и пусто: пока мы разглядывали кровь, этернус закончили забавляться и разбрелись по замку. Внизу остался лишь мой белобрысый знакомец. Он пытался вылепить нечто более возвышенное, чем снежная баба — кажется, сурового воина. Хотя не уверен: определить с первого взгляда, кого ваяет "скульптор", не получалось. С одинаковым успехом можно было сказать, что это прекрасная дама, могущественный маг или ингахский идол. Рядом с этернус, расчищая двор от снега и сваливая его на широкие сани, неторопливо скреб лопатой слуга. О недавнем побоище напоминали лишь стены, белевшие отметинами почти до крыш: видно, дурной пример оказался заразительным, и у "таракана" нашлись последователи.
Воспоминания о вампире, раскорячившемся на сером граните, удовольствия не доставили, зато натолкнули на одну полезную мысль. О том, что магическая защита стоит не везде, где надо бы.
Я посмотрел на "наши" окна, заметил, как на одном из них колыхнулась штора, но разглядеть, кто прячется за лиловым бархатом, оказалось невозможно. К тому же мне стало холодно: крепчающий с каждым мгновением мороз пробрал до костей.
— Дюс, не могли бы вы приказать Агаи, чтобы он прекратил пока колдовать и все светлое время суток по возможности проводил на воздухе? — наконец соизволил приступить к разговору князь.
— И это все? Это и есть ваш деликатный вопрос? Какого демона необходимо было тащиться на холод? Сказали бы при всех.
Вампир посмотрел на меня с отеческой укоризной во взгляде:
— Нельзя затевать такой разговор при Агаи, он слишком болезненно переносит потерю свободы. Кстати, юноша считает себя вашим должником, союзником и даже другом.
Вырвавшееся у меня против воли злое хмыканье заставило Андру уточнить:
— Я же не говорю, что вы считаете сирин другом. Это он за вас готов жизнь отдать. Притом вовсе не из-за клятвы. Агаи бы наизнанку вывернулся, чтобы обратить время вспять.
Вампир заложил руки за спину, немного помолчал, разглядывая небо, и неожиданно спросил:
— Кстати, вы не знаете, почему он совсем не летает?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
