В Вайгал мы въехали в полном молчании, спокойно уплатив пошлину. Я чувствовал, что моих спутников охватывает нетерпение и некоторая растерянность от того, что их цель неожиданно стала так близка.
Мы не успели проехать и десять метров, как внезапно раздался насмешливый голос:
– Ну надо же, как ты похорошел на суше, Ли.
Я моментально спешился и широко улыбнулся вышедшему из тени домов Сигану.
– Сиган!
Все тот же неизменный цветастый платок на светлых волосах и почти издевательское выражение разноцветных глаз.
Я критично оглядел его с ног до головы:
– Ты тоже ничего выглядишь. Только… похудел?
Он фыркнул и крепко обнял меня за плечи:
– Похудеешь тут с такой жизнью.
Отстранившись, он с интересом оглядел уже спешившуюся с коней компанию:
– Это и есть знаменитые жрецы Лейлы всех времен? – его взгляд остановился на Лирии. – О, Прекрасная леди.
Я усмехнулся:
– Ничуть не изменился.
– Еще как изменился, – внезапно серьезно отозвался он. – И должен тебя поблагодарить.
– За что на этот раз? – удивился я.
– За брата, – отозвался он. – Я успел заглянуть в Мигар по пути. Ведь в самом начале меня вела боль Проклятия чистой Души. Уже начал даже волноваться, что ты сам не выкарабкаешься.
– Я быстро разобрался,- пожал я плечами. – А с кандидатурой помогли…
– Слышал я, кто помог, – сверкнул он улыбкой. – Лейла мне в красках описывала, как она умоляла своего папу явить снисхождение к её любимой игрушке, иначе она на него обидится и никогда-никогда, никогдушечки не будет целовать его в щечку… Думаю верховный уже от самих этих формулировок впал в шок и решил, что пока его великая дочь окончательно не впала в детство, лучше отпустить тебя с миром.
– Так вот что было на самом деле, – просветленный знанием воскликнул я. – А я-то думал…
– Вот-вот, – пират закивал. – Ты слишком много думаешь. Я тебе это еще в пору твоего обучения юнгой говорил.
– Ты действительно жрец Лейлы, – тихо произнес Сирен за моей спиной, разглядывая Сигана.
Тот передернул плечами и с интересом уставился на бога:
– А ты действительно сын Лейлы, – покачал он головой. – Вот это да. Когда нам можно приступить к ритуалу наполнения чаши нашей кровью? И что еще необходимо? Ваше время уходит, как вода сквозь пальцы.
Бог медленно кивнул:
– Ты прав. Мы все это чувствуем. Но чаша появиться только на раннем восходе, чтобы быть окрашенной первыми лучами солнца. В этот момент нам лучше находиться на берегу моря, потому что ваша кровь будет иметь силу всего несколько минут. Поэтому мне нужно будет сразу переместиться во времени.
Сиган медленно кивнул:
– Что ж… значит на рассвете. Тогда приглашаю вас на палубу своего "Быстрого". Там мы все в безопасности, и ваша теневая компания, от которой так и несет затхлой кровью беспомощных жертв, распятых на алтарях, не сможет последовать за вами.
– Значит в порт, – заключил Кэртис.
– Именно, – пират с интересом взглянул на него. – А кошек, насколько мне известно, не укачивает.
– Вам правильно известно, – улыбнулся тот. – Я рад познакомится с другом Лилиана.
– Я тоже, – серьезно кивнул Сиган. – Подбросите? А то я прогулялся сюда пешком, хотел ноги размять после долгого морского путешествия.
– Конечно, – оборотень протянул руку.
Я вскинул бровь, смотря, как светловолосый нахал устраивается поудобнее на крупе коня Кэртиса.
Сирен шел на звук. Мелодия струнного инструмента звала его, а тихий, несильный голос завораживал. Молодой бог скользнул на палубу корабля и застыл, увидев капитана – жреца. Тот сидел возле мачты, прислонившись к ней спиной, и полузакрыв глаза играл на гитаре, напевая песню. Странную песню…
Капля в небо – это слезы,Капля с неба – это грозы.Я видел море в гневе,И видел его в забытье.Нити вина из кровиНесут меня в мир знакомыйИ я понимаю, что ещёНичего не знаю о болиИ о стеклянном дожде.А нити из засохшей кровиОпадают в морской мгле,Засыпая меня багровой трухой.
И внезапно пират поднял голову. Проницательный взгляд, странно затуманенный взглянул прямо в огненные глаза:
– Великий.
Сирен подошел ближе и сел прямо на доски палубы, чувствуя, как корабль чуть качается на волнах спокойного моря.
– Что это за песня?
– Одна из песен, которые поют сирены. Мои люди часто их слушают. Они полны то крови, то соблазна. Эту песню любит петь моя спутница по волне. Не знаю, что её привлекает, видимо сама картинка…
– Кто такая спутница по волне?
– Так у сирен принято называть постоянного партнера. Фактически если переводить на человеческие категории – жена.
– Сирены, – тихо повторил бог, поднимая глаза к звездному небу.
Сиган продолжал перебирать струны гитары.
– Я действительно буду их прародителем? Лилиан немного рассказал мне о них. Необычные существа.
Пират пожал плечами:
– Во всяком случае, они почитают тебя, как своего прародителя и бога. Ты подарил им смертоносность, наслаждение и Голос, музыку самой Вечности.
– Музыка, – Сирен протянул руку и накрыл ладонью пальцы Сигана, на струнах гитары, – Она всегда меня завораживала. Но всегда не хватает времени. Нужно выжить, нужно помочь матери, нужно спастись бегством…
Жрец Лейлы улыбнулся, не отнимая руки:
– Господин, война с Годосом будет бесконечной… и у тебя только один способ найти время для музыки и для себя… Не для матери, не для богов… для себя.
Бог медленно кивнул:
– Убить Годоса.
Разноцветные глаза улыбались:
– Вы сами знали это, Господин. Всегда.
– Да, – он отнял руку. – Сыграй мне еще что-нибудь из песен сирен.
– Хорошо, – он задумчиво перебрал струны. – Самые старые из сирен говорят, что эту сочинил ты сам…
Над кораблем плыла мелодия и голос морского жреца Лейлы, поющего для Её сына. И весь корабль замер вслушиваясь. Никто в эту ночь не спал на "Быстром".
Лилиан сидел прямо на поребрике, свесив ноги по другую сторону борта, и вслушивался в голос друга. Он изменился. И, оказывается, женился. Надо будет расспросить поподробнее, когда все закончится. А впрочем, все закончится уже на рассвете, так почему бы пока не насладиться песнями?
Его плеча коснулись. Жрец даже не обернулся, гость сам предупредил его о своем появлении, не стараясь скрываться.
Рядом встал Тагар.
– Ты хотел меня что-то спросить?
– Да, – жрец из прошлого не смотрел на собеседника. – Скажи мне… Твой брат-король поклоняется Лейле?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
