Читаем без скачивания Добрым словом и пистолетом - Сергей Ковалев

– Они?

– Или он, – поправилась ведьма. – Я пыталась выяснить, кто за мной следит, но он… или они каждый раз ускользали из всех моих ловушек.

– Почему же вы сразу не обратились ко мне?

– Я допускала возможность, что за мной следите вы.

– Допускали?

Агата спокойно встретила взгляд Ивора.

– Вы могли легко забрать кинжал позапрошлой ночью. Когда тайно посетили мой дом. Тогда я и решила, что пора организовать нашу встречу. Вы думали, что посыльный с приглашением для меня на этот прием случайно попался вам на глаза? На самом деле это я приказала мальчишке прохаживаться по улице перед моим домом, пока вы не заметили его.

Ивор закашлялся, пытаясь скрыть смущение.

– Почему же вы не уничтожили кинжал?

– Не знаю, – призналась ведьма. – Почему вы носите это кольцо? Я видела его на вашей руке еще в Сарагосе. Это ведь не амулет.

Маг посмотрел на тонкое серебряное кольцо на безымянном пальце, нахмурился.

– Хорошо… что же вы все-таки ждете от меня?

– У меня сильная тень. И я могу то, что не могут даже некоторые более опытные маги. Но я чувствую, что достигла предела тех знаний, которые могла получить сама. Мне нужен наставник. И не простой наставник, а вы, мастер.

Ивор кивнул:

– Я давно ждал этого момента. И рад, что он наступил. Добро пожаловать в Анклав, сестра.

– Вашему ученику это не понравится. – Впервые за время разговора ведьма выказала смущение. – Он меня, кажется, с первой встречи ревнует к вам.

– Хормин давно уже мне не ученик, – легкомысленно отмахнулся Ивор. – Он только рад будет.

Агата с сомнением посмотрела на все еще толкущегося возле дверей мрачного Хормина, но возражать не стала.

– Давайте прямо сейчас отправимся в ваш дом, и я сам наложу охранные заклинания на кинжал, – предложил Ивор. – Раз уж вы не хотите уничтожить его. И заодно на весь дом. Защита у вас плохо проработана, уж не обижайтесь. Со временем я научу вас ставить непроходимые завесы самостоятельно. А пока сам позабочусь, чтобы Испивающего Тень никто не смог украсть.

Бродяга, скрывавшийся в тени под открытым окном (высокий, с длинными сильными руками и мощным телом – такому биндюжником в самый раз работать, а не христарадничать), разочарованно выдохнул. До сих пор ему не удавалось приблизиться к кинжалу, поскольку ведьма все время была настороже. Иногда приходилось намеренно рисковать упустить ее, лишь бы не быть обнаруженным. Против ее магии сила и клыки не очень-то помогут. Оставалось терпеливо ждать удобного момента. Но теперь, когда защиту реликвии взял на себя глава Анклава магов, шансы похитить ее таяли на глазах. Впрочем, Махариста умел ждать.

Глава тринадцатая

Пустите доброго человека, а не то он выломает дверь.Из к/ф «Айболит 66»

– Этого я ему никогда не прощу! – процедил сквозь зубы Алекс. Скулы его окаменели, глаза сузились. Сейчас, охваченный гневом, он более чем когда-либо напоминал своих родичей – демонов. – Сволочь!

– М-да… плохо дело, – посочувствовал я Алексу.

– Плохо?! – немедленно взорвался он. – Плохо?! Да что ты понимаешь? Ты знаешь, как тяжело сейчас найти запчасти для этой модели?

– Э-э-э…

– А знаешь, как на меня смотрят в автосервисе? – продолжал убиваться над скособочившимся в колее «ягуаром» Алекс. – Как на идиота! Мне уже намекали, что ему давно место на свалке! А ведь я на нем уже десять лет езжу! Я каждую панельку в нем сам отполировал!

– Тут еще прямо-таки просится «я его вот такусеньким помню»! – проворчал Отбой. – Мы едем или как?

Алекс бросил на бессердечного оборотня убийственный взгляд, засунул в багажник оторванный глушитель и молча вернулся на водительское место. «Ягуар» дернулся, оглушительно затарахтел и тронулся с места. Помучившись пару минут, я воспользовался первым же спонтанным расширением дороги, обогнал Алекса и поехал в авангарде.

Впрочем, ехать-то оставалось недалеко, за следующим поворотом нам открылся вид на село Курганы. Я остановился у въезда и заглушил двигатель. Алекс съехал на обочину рядом и вылез из машины.

– Здесь?

– Угу. С полкилометра дальше по дороге. Пошли.

Отбой кивнул, перекинулся в волка и шмыгнул в собачий лаз в заборе первого же дома. Пес загремел цепью, залаял, но тут же испуганно заскулил – почуял оборотня. Рысь хмыкнула, тоже приняла звероформу и легко перемахнула через забор дома на противоположной стороне улицы. Как и было оговорено заранее, оборотни должны были обойти усадьбу с разных сторон и попытаться проникнуть в дом через окна. Ущербным людям, имеющим в распоряжении одну-единственную ипостась, то есть мне, Алексу и преподобному пану Замойскому, предстояло идти к особняку Хормина прямой дорогой.

Правда, в отношении Яна выражение «прямая дорога» следовало трактовать исключительно в переносном смысле. Увы, ноги преподобного имели собственное мнение о том, куда следует идти. Причем мнение у каждой ноги было свое и мало зависело от головы. Короче говоря, пан Замойский был пьян.

В этом не было бы ничего из ряда вон выходящего, но меньше часа назад, когда мы заехали за преподобным к нему домой, он был трезв. Ну не так чтобы совершенно трезв – таковым Яна, по-моему, никто и никогда не видел, – но всего лишь в легком подпитии. Сейчас же он пребывал в состоянии средней расслабленности. В этом была и моя вина. Я совершенно забыл про плоскую фляжку, которую пан Замойский всегда держит при себе. Что ж, рвать в раскаянии волосы было поздно. Мы с Алексом подхватили преподобного под руки и двинулись к особняку Хормина, разительно напоминая классическую подгулявшую троицу.

Селяне не выходили на крыльцо, как при прошлом моем визите, чтобы посмотреть на нежданных гостей, и даже в окна не выглядывали. Отсутствовали даже вечные старушки на лавочках у ворот. Похоже, маг наложил на людей какое-то заклятие…

Алекс красноречиво постучал указательным пальцем по циферблату часов.

– И что должна означать эта пантомима?

– Одиннадцать вечера. Сейчас по телевизору как раз всякие сериалы крутят и самые популярные ток-шоу. Вот все к экранам и прилипли. Заклятие-проклятие… проще надо быть, Фокс.

– Ё-мое, Алекс, ты что, сериалы смотришь?! Или эти… сток-шоу?! Боги, с кем я работаю!

Мы вяло переругивались всю дорогу, почти до самого особняка. Почти – потому что когда вышли на небольшую площадь перед особняком, дорогу нам преградили. Для обычного зрения площадь была пуста, но я почувствовал опасность даже раньше, чем Хайша предупредила, и перешел на теневое зрение. Зомби. Вытянувшись цепочкой, они стояли с неподвижностью, доступной только живым мертвецам.

«Вот черт! Неужели Хормин как-то узнал, что я остался жив?!»«Не думаю, – возразила Хайша. – Если бы их нацелили на тебя, они бы уже напали. По-моему, маг выставил их на всякий случай – вдруг кто-нибудь заявится в самый ответственный момент?»«Например, мы», – мрачно предположил я.Не люблю зомби. То есть я хочу сказать, зомби вообще-то никто не любит. Это нормально для живого существа – не любить оживленный злой магией труп. Некромантия – зло, во всяком случае, наиболее близка к этому понятию. Зомби редко поднимают, чтобы совершить какое-то доброе дело. Если точнее, истории известен только один такой случай, когда не очень умный маг решил защитить город от нашествия кочевников, подняв городское кладбище. От кочевников-то защитил – не ввязываясь в драку, они ускакали от греха подальше. Но и от горожан остались только те, кто успел из города сбежать. А сам город и местность вокруг еще долго пользовались дурной славой, пока Анклав не выслал в те места отряд магов для зачистки.Зомби имеет единственное желание – убивать. В первую очередь убить того мага, который его поднял. И я его прекрасно понимаю. Поднятый мертвец испытывает ни с чем не сравнимые страдания – и физические, и душевные. Очнуться в разлагающемся теле, рабски подчиненном чужой воле, – не хочу даже представлять себе такую участь. Неудивительно, что все зомби в большей или меньшей степени безумны. Кроме того, они постоянно стараются вырваться из-под контроля, и магу тяжело контролировать даже одного зомби, не говоря уж о нескольких. Впрочем, Хормин таких проблем явно не испытывал – он поднял сразу два десятка мертвецов, и те послушно сторожили площадь.

– Значит, говоришь, все население смотрит телевизор?

– Ну эти парни, скорее всего, даже не знают, что это такое, – слегка дрожащим голосом парировал Алекс.

Тут он был прав. Судя по истлевшим мундирам, примерно половина зомби когда-то была солдатами и офицерами царской армии. Другая половина мундиров не носила, но, судя по ржавым шашкам и винтовкам, тоже вряд ли относилась к мирно усопшим в своих кроватях селянам. Несмотря на почти вековой срок, сохранились зомби весьма хорошо, отчего выглядели еще неприятнее.