– Вот даже как. А зачем нужна слежка? Или человек, став носителем Странника, автоматически становится преступником?
– Подожди. Не делай поспешных выводов. Когда человек становится носителем чужого разума, он меняется, хочет он этого или не хочет. К тому же поле Странника не определить никакими приборами, а значит, вычислить такого человека можно только из-за его нестандартного поведения. Или необычайных способностей. Можешь поверить мне на слово, если тебе дать просмотреть некоторые из дел, заведенных на наших подопечных, то у тебя не только волосы, каждый нерв дыбом встанет. Причины тут разные, но в основном это происходит из-за конфликта разумов. Начинает сбоить психика и… все. Нет человека. Такие клиенты у нас идут «черным» списком. Как и ты. Ты, я вижу, не удивлен и не возмущен. У тебя нет ко мне вопросов? В таком случае я продолжу.
Объект, попадая в «черный» список, изолируется от общества. Но есть и другие, за которыми мы наблюдаем со стороны. И только потом выходим на контакт. Они идут у нас «белым» списком. С тобой все оказалось намного сложнее. Ты должен был пройти свой «черный» путь до конца, а вместо этого ни малейших признаков агрессии или умопомешательства. Мы дали тебе контрольное время. И опять ничего. Нормальный молодой человек, такой же, как десятки тысяч других молодых людей. Даже более того, оказалось, что голова и руки у тебя на удивление хорошо работают. Подтверждение этому – приглашение на работу в корпорацию. В наше время это дорогого стоит. В этот период жизни мы сняли с тебя постоянное наблюдение, проверяя лишь время от времени.
Все было хорошо до того момента, пока мне не пришлось уехать в командировку в один из Центральных Миров. Мой заместитель, давно метивший на мое место, решил разыграть свою карту, форсировав события. Он знал, что мы с тобой когда-то росли вместе, и почему-то решил, что я тебе потворствую. Сделав из тебя чудовище, разгуливающее на свободе благодаря моему покровительству, он получал козырного туза в игре против меня. Получив информацию о следствии, проводимом службой безопасности в одной из ваших лабораторий, он решил воспользоваться ситуацией и написал на тебя донос. Обработка в СБ должна была стать для тебя определенным стрессом, который, по его мнению, вернул бы тебя в «черный» список. Не спорю, иногда мы прибегаем к жестким мерам, но, уверяю тебя, твой случай на тот момент не нуждался в подобном.
– Выходит, я благоденствовал под твоим крылышком, пока твой плохой заместитель все не испортил. Хорошая сказочка… для ребенка, но я уже взрослый и предпочитаю жить своим умом. Вот так-то, Сквош. Слушаю тебя дальше.
– Конечно, верить мне или не верить – твое право. Но все, о чем я тебе сейчас говорю, отражено в документах. Ты сможешь во всем убедиться, просмотрев их. – Голос миролюбивый, успокаивающий, но взгляд выдал Сквоша с головой – настороженный и цепкий.
– Знаешь, ты сейчас сам на себя не похож. Если так и дальше пойдет, скоро будешь с ладони есть и хвостом вилять.
– Язвишь. Это хорошо. – Он криво усмехнулся. – Обнадеживает. Возможно, мы най…
– Сквош, ты отвлекся.
– Хорошо. Тебя ожидал допрос в службе безопасности. Твоя реакция, по мнению заместителя, просто обязана была дать нужный результат. Скачок из безмятежного состояния покоя в состояние острой, неожиданной тревоги. Такой прием у нас называется «шоковой терапией». К сожалению, об этой проверке узнала твоя бывшая подружка Фей, и все пошло не так, как планировалось. Ты ударился в бега. Куда побежишь, догадаться было нетрудно. Сообщили Папаше Дугласу, чтобы тот перехватил тебя. Тот дал согласие, но, как оказалось, только для видимости. Поэтому тебе сравнительно легко удалось уйти от наблюдения. Тут заместитель совершил совсем уже непростительную ошибку, посчитав, что твой побег и есть начало ожидаемой агрессии. Его можно понять, он испугался до потери пульса, когда осознал, что ситуация выходит из-под контроля. Бросил на твои поиски все, что смог собрать. Четыре группы оперативников и бригаду кадетов, выпускников нашей спецшколы. К сожалению, мальчишки первыми вышли на тебя. Убив одного и покалечив второго кадета, ты снова ушел. И опять без применения своих нечеловеческих способностей, что означало полный провал операции. Сам того не зная, ты поставил жирный крест на карьере моего заместителя, а затем на его жизни. Будучи пониженным до простого оперативника, он погиб в уличных боях во время мятежа. История закончена, и никто никому не должен. Ты как считаешь, Дэвид?
– Ломать жизнь человеку не позволено никому. Кто-то за это должен ответить.
– Вот даже как? Считаешь себя невиновным? С твоей точки зрения, это, наверно, выглядит так: «Я только жертва чужого эксперимента. Не я „выпил“ четырех человек, а монстр. Правда, я убил кадета, но меня к этому принудили. Сам бы я этого никогда не сделал». Вот тут я согласен с тобой. Тот Дэвид, которого я когда-то знал, – нет, а вот монстр, который в нем сидит, – да. Ты с ним единое целое. И вы оба – убийцы, чтобы ты ни говорил в свое оправдание, Сакс.
Над верхней губой у него появились капельки пота. Я знал по прежним временам, что для Сквоша это признак крайнего волнения.
– Серьезное заявление. Ты меня в суд потащишь? Не против. Даже интересно, как ты собираешься им рассказывать о четырех подонках, пытавшихся меня похитить, чтобы затем торговать моими органами. А правила охоты, устроенной на меня, ты им тоже объяснишь? Так что, Сквош, пойдем в суд?
– Ты меня, наверно, плохо слушал. Ты наш, Дэвид Сакс. Только наш. Попав к нам на заметку, клиент автоматически выбывает из рядов человечества, теряя все свои права. Так что о каком суде может идти речь? Ты чужак. Пришелец. Тебе теперь полагается общаться с человечеством через специального представителя. В данном случае через меня. Таковы у нас правила. А они особые, под стать нашим клиентам.
– Это все, что ты мне хотел сказать? Или есть еще что-то?
На какое-то мгновение он замер, словно не веря своим ушам. Очевидно, он ожидал более бурной реакции на свои слова.
– Послушай, Дэвид. – Голос его теперь звучал нерешительно. Он был явно сбит с толку. – Ты осознаешь тот факт, что перестал быть похожим на самого себя? Вот сейчас ты слишком спокоен. Это неестественно в подобной ситуации.
– Мне что, полагается волноваться? Или у вас разработана схема поведения чужака, шкала колебаний его настроения? Я есть я, не больше и не меньше. Так что не переживай так сильно за меня, Сквош. Кстати, о той облаве. Полицию к ней подключил тоже твой заместитель?
– Нет. Это сделал Папаша Дуглас. Тут два варианта. Или он решил, что чем быстрее ты исчезнешь с его территории, тем ему будет спокойнее, либо таким образом он пытался создать своеобразную завесу, за которой ты мог бы сбежать. Как теперь мне видится, в этом деле он с самого начала принял твою сторону.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
