— Поговорим? — обратился я к джинну, выставляя на пол склянки из своего рюкзака.
Жейдер уже обежал зал, установил пару диагностических контуров и принялся сканировать стены, пол и потолок.
— Чем занят твой голем? — поинтересовался Гафур.
— Обследует твое место обитания, — пожал я плечами. — Постарайся припомнить своих врагов, способных переиграть тебя и желать смерти.
— Список столь велик, что он бесполезен, — почти мгновенно ответил джинн. — Кто-то из них канул в лету, другие живы. И, кстати, вопрос поставлен некорректно. Тут требуется рассматривать кому выгодно вымирание правящего клана, а не моих личных недругов. Опять-таки, их как таковых нет, есть злобные твари и порождения тьмы, мечтающие уничтожить жизнь. К таким принадлежала гуль, но ее источник в скором времени замрет на сотни лет, если не больше.
Магию дворца потянуло в рассуждения, но он в чем-то прав, отыскать следы врага таким путем не получится. Жаль, но на этот вариант мало рассчитывал, иначе бы уже султан давно во всем разобрался.
— Сейчас отправлю тебе один заготовленный посыл, — обратился к Гафуру. — Он может показаться странным и даже вредным. Начнет вторгаться в твои связи и различные жгуты, в том числе эмоциональные. Постарайся ему не мешать и не корректировать. Алгоритм сложен, основан на определении причинения вреда твоей силе и структуре. Проявятся все скрытые потоки и взаимосвязи. Они окрасятся в несколько цветов, начиная от нейтрального — желтого с различными оттенками, зеленого и красного.
— Ты собираешься перехватить управление? — с подозрением уточнил марид.
— Нет, только кратковременное слияние, — честно ответил я.
— Хорошо, я готов и снимаю щиты.
Бодрящие зелья у моих ног, в том числе и кратковременно увеличивающие возможности. Надеюсь, к их помощи не прибегну. Жаль, но круг силы тут нереально создать, получится хаотичное движение потоков и в них сразу запутаюсь, а алгоритм не сможет распознать большую часть связей. На всякий случай вытащил из рюкзака пару сложенных листов бумаги, там блок-схемы и условия заранее записал и несколько раз все перепроверил. Сбоя не должно быть, если все правильно учел. Давно уже пришел к выводу, что магическая структура обмена информации очень напоминает компьютерные программы из моего мира и это очень помогает.
— Жейдер, подстрахуй, сейчас сделаю слияние с джинном, если что-то пойдет не так, то рви мой информационный канал. Ты его отчетливо видишь? — выпустил жгут и направил его к оболочке Гафура.
— Хозяин, я готов! — доложил мой питомец.
Хаос мыслей и образов! Джинн силен, точнее, он имел в прошлом очень много возможностей. В том числе и его влияние распространялось далеко за пределы дворца. В этом он чем-то похож на Сверчка, но мой хранитель поместья все же слабее, надо признать очевидное. Алгоритм вливаю частями, каждый усиливаю магическим посылом и сразу же проверяю на зацикленность и нет ли багов в логике и программе. Конечно, для доскональной диагностики и выявления чужеродной магии внутри Гафура или какого-либо другого разумного артефакта, потребуется предусмотреть намного больше условий. Надеюсь, что этого хватит. Когда последние строчки перенес с бумаги в магию дворца скомпилировал отдельные блоки, а потом активировал и запустил, то прошло около двух часов. Вымотался, во рту пересохло, а энергии почти не осталось, не так-то просто далась такая простая на вид работа. Честно говоря, не ожидал. Даже рука дрогнула, когда вытаскивал пробку из склянки с зельем бодрости. Несколькими глотками свою сферу осушил и почувствовал прилив сил. О расплате думать не хочется, откат обязательно последует, но его предстоит оттягивать.
— Пока ничего не происходит, — заметил джинн.
— Подожди минут десять, — отмахнулся я и прикрыл глаза.
В магическом свете все без изменений, но вот появились первые очертания структуры джинна, пока еще в сером цвете. Хм, этого не планировал. Почему так происходит?
— Хозяин, меня смущает сосуд джинна, — прервал мои размышления хорек. — От него исходит магический фон, как бы обволакивая Гафура. Это не защита и не заклинание самого марида. Что-то другое, непонятное. Ты мне говорил, обращать внимание на такие странности.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Точно! Замаскированно все идеально, чувствуется рука профессионала. И воздействие направленно разрушительное, именно на структуру джинна. Неужели все так просто? Почему-то у меня в этом большие сомнения. Сделано-то хорошо, можно сказать со вкусом, но как-то демонстративно. Следует дождаться как отработает мой алгоритм по определению чужеродной магии, а потом посмотрим. А зал начинает озаряться от желтых и зеленых линий. Пока нет ни одного красного жгута и даже обрывочного заклинания, способного нанести вред Гафуру.
— Жейдер, ты прав, каменный кувшин таит опасность для марида, — подтвердил я.
И как сразу не проверил этот сосуд? Он создан после образования источника магии, а значит в первую очередь падет под подозрение.
— Гафур, откуда у тебя кувшин и для какой цели служит? — поинтересовался я у марида.
— Где-то сотню лет назад, когда один из правителей победил очередных врагов и принимал их в клан, то одна дама выразила удивление, что тут так бедно. В то время это место походило на пещеру, без красивой мозаики на полу, неровными стенами и кривым потолком. Сюда нагнали рабов и сделали достойный зал. А кувшин, как символ распечатанного сосуда и моей мощи, принесла в дар дочь побежденного. Кстати, ее тут же и наложницей сделали. Строптивая была, через какое-то время продали в отдаленное племя на радость местных рабов, — ответил джинн. — Кувшин не раз проверялся, он безопасен, но является вместилищем энергии, которая меня подпитывает.
— И замещает жизненную магию смертью, — продолжил я. — Мало того, за такое большое количество времени посыл вплелся в твою ауру, сливается с ней. Ты не можешь диагностировать вредоносное заклинание. Подозреваю, оно многоуровневое, действовало не сразу.
— Чего ты медлишь? Разбей кувшин! — воскликнул Гафур, а потом добавил: — Странно, я обязан охранять сосуд, без него окажусь неблагодарным и слабым. Это записано в правилах существования, главой клана, правившим в то время. Зара, так звали пленницу, впоследствии сосланную в дальнее и слабое племя, убедила в этой необходимости даже меня. Почему об этом забыл?
Кувшин марид защищает против своей воли. Разбить опасный сосуд и так-то не просто, а тут еще Гафур отводит боевые удары и даже не дает прикоснуться. А ведь Мохаммед прикладывал ладонь к стенке опасного артефакта. На этот вопрос элементарный ответ. Султан действовал с чистыми помыслами и ничего плохого не замышлял. А к этому моменту сработала наконец-то и моя диагностика, заставив на миг опешить. В сторону дворцовой магии отовсюду тянутся тончайшие красные нити, вытягивающую жизненную силу. Разбирался недолго, лезвием ножа отковырнул пять мозаинок с пола. Оказалось, что в каждой присутствует зачарованное золото, бывшее некогда жидким и над ним кто-то потрудился, наложив заклятие.
— Поздравляю, — хмыкнул джинну, — у тебя тут давненько не делали ремонт! Зови Мохаммеда!
Таких изощренных посылов никогда не видел и не сталкивался. Вряд ли возможно устранить проблему с помощью перепрошивки или изменения ловушки. Да, это обычная подстраховка, как подозреваю, той магини, чей клан пал в борьбе за власть, а она сдалась на милость победителя. Наверняка ведь подписывались договора о верности, в том числе и передавались собственные силы в распоряжение Гуфара. В то время могущество джинна только усилилось, но владелица богатства выставила условие своей неприкосновенности и процветания. Ее же, по словам марида, отдали в рабство, как и всех остальных, кто входил в тот клан, проигравший не только битву, но и влияние. Кто там был прав, а кто виноват — неизвестно, время стирает информацию. Верить же на слово магии дворца не хочу. Он выставит все в благоприятном для себя свете, о чем-то умолчит, а другое забудет.
— Станислав, ты меня звал? — появился в зале султан. — Гафур объявил, что почти все разрешилось, но детали не сказал.
