– То, что я сегодня увидел и услышал, порадовало меня еще больше, – продолжил адмирал. – Я искал в Царицыно родственника, а нашел двоих. Марина Авенировна и Николай, прошу вас: встаньте!
Несвицкий и Марина поднялись на ноги.
– Как глава семейства благословляю вас на брак, – князь размашисто перекрестил обоих. – И прошу вас не тянуть с потомством. Я не молод, и хочу дождаться правнуков.
За столом заулыбались и зааплодировали.
– Я напишу государю и попрошу его признать Николая моим внуком, – продолжил адмирал. – Полагаю, мне он не откажет. Так что вы, Марина, станете княгиней, а не графиней. Хотя особой разницы не вижу, – он улыбнулся. – В обоих случаях – сиятельство.
Все вновь заулыбались. Праздник покатился по обычной колее. Пили за невесту с женихом, будущего князя и его княгиню, их деда, чтобы тот скорей дождался правнуков. Не утерпевшая Наталка поведала, какая у них с Галей прекрасная подруга – красивая, душевная и чуткая. И врач отличный. Тем самым как бы намекнула собравшимся мужчинам: хоть вы тут все князья и графы, но и мы не лыком шиты. Никто, конечно, возражать не стал. Много танцевали. Поскольку в этот раз дам оказалось меньше кавалеров, партнерши были нарасхват. Дед Николая снова удивил. Пригласив Марину, он лихо станцевал с ней вальс, впечатляя зрителей отточенными па. Короче, вечер получился томным…
– Твой дед – душевный человек, – сообщила жениху Марина, когда они, придя из ресторана, легли в постель. – Галантный, обходительный. Такие комплименты мне говорил!
– Могучий старикан, – заметил Николай. – Всю душу вынул на занятиях!
Марина словно не услышала.
– Когда он объявил, что ты внук ему, у меня сердце замерло. Подумала: сейчас возьмет и скажет, что я тебе не пара. А он благословил наш брак… Коля, я так счастлива!
– Взаимно, – ответил Николай, поглаживая выпуклости на женском теле.
– Коля, нам нельзя! – попробовала откосить Марина. – Я беременна.
– Осторожно – можно, – не согласился Николай…
Когда она уснула, он некоторое время лежал и улыбался в темноте. Все получилось – лучше не придумаешь. Остается зарегистрировать их брак с Мариной, определиться с днем венчания – дед хочет, чтобы они обязательно венчались, и дальше жить спокойной, тихой жизнью, насколько это можно на войне. Хватит приключений! У него теперь семья.
Но война не согласилась…
[1] Курвиметр – прибор для измерения дли извилистых линий, обычно на карте.
[2] Слова И. Николаева.
Глава 14
14.
За окнами гремело. Взрывы раздавались то ближе, то дальше, сливаясь в непрерывные раскаты и заставляя стекла дребезжать. Николай вскочил с постели и оторопело осмотрелся. В спальне вспыхнул свет; Марина, отойдя от выключателя, стала торопливо одеваться.
– Что случилось, дорогая? Куда ты собираешься?
– Не слышишь разве? Вновь прилеты, – застегивая пояс юбки, женщина вздохнула. – Мне нужно в госпиталь – и срочно.
– Зачем?
– Раненых начнут свозить. Как ты не понимаешь?
– На улице опасно – снаряды рвутся.
– Как-нибудь дойду.
– Я провожу…
Николай вскочил и тоже начал одеваться. Через пять минут оба вышли из подъезда и по пустынной улице торопливо зашагали к госпиталю. Тот встретил суетой. В ворота заезжали санитарные машины, из них вытаскивали раненых и на носилках заносили в здание. Марина побежала в отделение, Николай поколебался и отправился в столовую. Невесте не поможет, поскольку он не врач, а у него своя работа. В столовой он позавтракал, после чего спустился в цокольный этаж. Несмотря на неурочное время, автоклав с водой был приготовлен. Николай зачаровал раствор и, едва закончил, как к автоклаву подбежали сестры и стали переливать его в бутыли.
– Нам звонят из госпиталей, больниц, – пояснила подошедшая к нему сестра-хозяйка. – Очень много раненых. Запас кончается.
Николай кивнул и отправился опять в столовую. Там вновь поел, подумал и пошел к Марине. Что его заставило так сделать, он не знал, но почему-то потянуло. В детском отделении госпиталя не наблюдалось суеты, но напряжение царило. Медсестры и врачи в халатах стояли возле ординаторских, чего-то ожидая.
– Детей пока не привозили, но ждем, – ответила Марина на его вопрос. Ее Несвицкий обнаружил в кабинете, – Прилеты были очень сильные, детей не могло не зацепить. Вот что, Коля, ты не обижайся, но сейчас не до тебя. Занимайся своим делом.
– Я зачаровал раствор, – сообщил ей Николай. – Подумал: может, буду здесь полезен.
– Чем? – начала Марина, но не договорила. За окном раздался мощный взрыв. Здание тряхнуло, и Николай, как в замедленной киносъемке увидел рассыпающееся осколками оконное стекло. Один крупный осколок вонзается любимой в шею. Марина поднимает руку, нащупывает острое стекло и дергает его наружу. Из раны бьет фонтаном кровь. Любимая бледнеет и оседает на пол.
– Врача! Скорее! – что есть силы закричал Несвицкий и метнулся к распростертой на полу Марине. Нагнувшись, торопливо зажал ладонью рану. Кровь цвиркнула сквозь пальцы, окрасив руку алым. Он нажал сильнее, но кровь не унималась, пробиваясь по краям ладони. Лицо Марины побледнело и начало сереть. Все было, как некогда под Пешаваром. Сергей Стеценко с разорванной артерией, и
