расслабилась сама мне кажется. Но сердце её говорило об обратном, оно у неё грохотало так сильно, что я ощущал удары своими руками, которыми фиксировал её так, чтобы она не могла сорваться…
— Всё хватит… Отпусти я сказала… — начала она с новой силой.
— А если не отпущу что сделаешь? — спросил я даже не поднимая головы. Я так понял ей нравится, что её лапают… Но я тебя ещё не лапал, так что стой смирно девочка…
— Блин хватит, я дышать не могу… — попыталась она снова, похоже в ярости я перестарался и сдавил её сильно. Да и смотрю силы её вернулись и она снова начала брыкаться на всю силу. Мне это нравится, значит не всё ещё потеряно…
— А если я без тебя дышать не могу, то что?…
44.1 Только правду…
— Отпусти я сказала! Не смей больше приближаться ко мне! И вообще не смей меня трогать больше, никогда! — начала я вырываться ещё больше. У меня началась настоящая истерика и я уже орала во всё горло. Не хочу слышать лживых слов, лживых обьяснений… — Ненавижу, ненавижу тебя!.. — вырывалось из меня. Как он вообще смеет говорить такое? Боже, какой же он лицемер и лжец… — наконец он отпустил меня и отступил резко на шаг от меня.
— А его значит любишь?! Сопляка своего любишь да?! — в глазах его была ярость и как будто даже отчаяние. Он был в такой ярости, что я думала, вот сейчас он точно ударит меня… Он наступал на меня с выпученными глазами, а я просто отходила от него отступая назад в испуге. Я никогда не видела его таким… неадекватным. Видно было, что он теряет контроль над собой и еле держится, чтобы не сорваться. — Объясни мне хотя бы, за что?!.. За что ты так ненавидишь меня, за что?! — встряхнул он меня схватив за плечи. В его голосе было столько отчаяния, столько боли, что я хотела просто взять и обнять его и… простить… Но почему я должна его прощать, если он даже не просит прошения? Я сейчас знала и твердила себе только одно — я не должна рушить чужую семью, не должна его обнимать, не должна подпускать, не имею права…
— Прости, но мы не можем быть вместе… Забудь меня… — сказав эти слова я отвернулась от него оттолкнув его руки и пошла в сторону дома, не посмотрев больше в его сторону, глотая слезы.
— Нет, так не пойдёт! Ты мне всё объяснишь! Сейчас! Я так просто тебя не отпускал! Не смей опрокидывать меня и уходить! Я не позволю! С чего ты решила, что имеешь право бросать меня односторонне?! А?! Отвечай! — догнал он и схватился за мою тоненькую курточку, повернул меня к себе. — Я заебался гадать что случилось… — его мат больно ударил меня, но я не стала показывать ему, на сколько мне это не приятно.
— Просто мы не можем быть с тобой вместе и ты это тоже знаешь… — из груди вырвался ещё один всхлип. Я еле держала себя в руках и очень хотела разрыдаться навзрыд, но держалась из последних сил.
— В том то сука и дело, что я не знаю! Не знаю в чем причина твою мать… — бесился он и сел на корточки, взялся за свои волосы, взъерошил их опустив голову вниз. — А ненавидишь то меня за что?… — бесцветным голосом спросил он. — Вроде же ничего плохого не делал?… — посмотрел он на меня снова.
— Я… — замялась я, не зная с чего начать.
— Только правду Рами! Не нужно лжи…
— Правду? Ну давай правду. Только ты тоже правду. — психанула я. Значит правду ему подавай, а где же его правда? Почему же он не начинает говорить мне правду о себе?
— Хорошо. — ответил он тихо, но видно было, что он ничего не понимал.
— Где сейчас твоя Светка?
— Моя Светка… — он растягивал эти слова как специально смакуя её имя. Бьёт меня по живому.
— Да твоя! В том-то и дело!.. — выкрикнула я ему в лицо. — И?! Что?! Слов и вопросов я смотрю больше нету?! Да?!
— Какая моя Светка? Блять Светка, Светка… — Он посмотрел на меня растерянно и с вопросом, держа меня на расстоянии вытянутой руки. Я даже чуть не поверила, что он реально не понимает. — Какая ещё Светка? — твердил он всё.
— Всё! Не надо делать из меня дуру и делать вид, что ты не понимаешь! — вырвалась я из его рук. — Ты же сам просил правду! Или это касалось только меня?
— Ты про что? Черёмушка, я не понимаю…
— Отстань, не зови меня так… Мне надо идти… — хотела я уже пойти наконец домой, чтобы прореветься вдоволь, но он снова не дал, удержал.
— Давай поговорим нормально…
— Давай! Обьясни мне одно… Ты что, свою жену Свету не знаешь? — хмыкнула я и толкнула его в грудь. — Хороший актёр, я даже чуть тебе не поверила… Ну? Отвечай уже! Только честно! Не знаешь?… — опустила я руки, ибо не было сил уже бороться с чем-то и обьяснять людям, то что они глядя тебе в глаза не хотят признавать и делают вид, что они ни в чем не виноваты.
— Про какую жену ты говоришь Рами? Я же не женат! И жениться не собираюсь!
— А как же та фотография? Почему же ты в тот день так не говорил?
— Какая фотография?
— Блиииин… Как можно так притворяться я не понимаю… Ну давай я тебе всё по полочкам разложу. Фотография — где вы такие счастливые, в свадебном платье и костюме… Вспомнил? Где ты её нежно в щечку целуешь… — я держалась чтобы не сорваться на крик и держалась до последнего, хотя меня уже трясло от одного только воспоминания об этом нежном поцелуе с улыбкой на губах.
— Ни на ком я не женился и жениться не собираюсь — как я уже говорил. Если только на тебе… — улыбнулся он широко.
— Всё отстань. Не хочу ничего слышать больше… — слезы с моих глаз полились по щекам. Да что это такое вообще?
— Подожди малышка. Ты хочешь сказать… Ты подумала, что я… женился на Светке?… Да она же давно замужем за моим другом! Причём это мы на их свадьбе сфотографировались… Да и вообще откуда эта фотка у тебя? — оживился он ещё больше.
— Мне сестрёнка твоя дала. И она мне ясно дала понять, что мне в вашей семье не рады и очень просила. — сделала я кавычки. Чтобы я не лезла в вашу семью. Ты
