Читаем без скачивания Благородное сердце - Кэт Мартин

Он не останавливался до тех пор, пока еще раз не вызвал в ней желание, пока она не подняла бедра ему навстречу, встречая каждый толчок молчаливым требованием завершения. Ее охватила такая же страсть, как и его, она давала и брала с таким же страстным желанием, какое Лейф испытывал к ней, и вместе они достигли кульминации и воспарили в небеса.

Некоторое время они лежали, потом он вошел в нее снова, слияние их было страстным и в то же время нежным, временами почти благоговейным. Когда они закончили и Криста крепко заснула, Лейф завернул ее в ночную рубашку и отнес обратно в ее спальню. Она не проснулась, когда Лейф остановился и развел огонь в камине, не пошевелилась, когда он поцеловал ее в последний раз.

Когда она проснется, он уже уедет.

Было утро. Криста потянулась к Лейфу, но там, где он должен был находиться, кровать была холодна, и Криста поняла, что спала в собственной комнате. К горлу подступил спазм. Она потянулась к нему снова, хотя знала, что его нет, рука ее дрожала, трогая подушку рядом.

На ней что-то лежало. Пальцы сомкнулись вокруг предмета, она села, чтобы рассмотреть его.

В ладони оказалось колечко из слоновой кости с затейливым узором. Это было то самое кольцо, которое предназначал ей Лейф как супруге.

Это было невыносимо.

К этому времени вода, видимо, спала. «Морской дракон» должен был отчалить, навсегда унося Лейфа от нее. Сжав кольцо в руке, Криста уткнулась лицом в подушку и зарыдала.

Глава 31

Последующие дни Криста провела словно под гипнозом.

Не проявляя интереса, она заказывала бальные наряды, дневные платья и дорожные костюмы, которые могли понадобиться в новой жизни с Мэтью Карлтоном.

По существу, ее нисколько не интересовала свадьба, которая предстояла, нисколько не волновало будущее, безрадостно простиравшееся впереди. Она старалась занимать мысли работой, сосредоточить внимание на подготовке выпусков «От сердца к сердцу», она никак не могла выйти из состояния апатии, окутывавшей ее, словно свинцовый плащ.

До свадьбы оставалось три дня, когда к ней в кабинет вошла Корали и тихо прикрыла за собой дверь.

– Мне хотелось бы поговорить с тобой.

Криста подняла голову от статьи, которую безуспешно пыталась сочинить:

– Что-то произошло?

– Криста, я волнуюсь за тебя. Ты уверена, что с тобой все в порядке? Я никогда не видела тебя такой.

– Со мной все в порядке. Я просто… просто немного нервничаю, наверное. Это ведь нормально для женщины, которая вот-вот выйдет замуж.

– Ты любишь Лейфа и едва ли готова выйти замуж за другого.

– Я всегда буду любить Лейфа. Но он уехал. Если я не могу выйти за него, не имеет значения, за кого я выйду.

Кори вздохнула:

– Я подозреваю, ты не первая женщина, которая выходит замуж по соображениям иным, нежели любовь.

– Нет, не первая. Это брак по расчету, и обе стороны прекрасно все осознают.

Кори обошла стол, наклонилась и обняла ее.

– Свадьба всего лишь через три дня. Если тебе понадобится что-нибудь… что угодно… просто дай мне знать.

– Мне нужна твоя дружба, Корали. Я никогда в ней столь сильно не нуждалась, как теперь.

Кори взяла ее руку.

– У тебя всегда была моя дружба, она никогда не была такой крепкой, как сейчас.

– Тогда я пройду через это с твоей помощью. Я выйду замуж за Мэтью и продолжу жить.

Свежий ветер надувал паруса «Морского дракона», толкая шхуну вперед по тяжелым волнам. Корабль накренялся, пробираясь сквозь пенные вершины, простиравшиеся до горизонта. Высокие мачты поскрипывали, когда Лейф стоял на палубе за большим штурвалом из тикового дерева.

Англию он покинул более трех дней назад и находился почти на полдороге к Драугру. Каждый день он ощущал притяжение Англии, словно большого магнита, звавшего обратно. Он никогда не ощущал ничего подобного, такую мощь, что почти верил в то, что это сами боги посылают ему знак.

Однако он напоминал себе о своем долге. Люди нуждались в нем, он дал клятву отцу. А боги никогда не предназначали для него Кристу.

Он говорил это себе три дня. Три дня он пытался убедить себя. Только пару мгновений назад, после еще одной долгой бессонной ночи, он вспомнил про шкатулку. Ту самую деревянную шкатулку, покрытую узором, которую дал ему дядя Зигурд в то утро, когда он отплыл с острова Драугр.

«Когда вернешься в Англию и у тебя еще будут сомнения насчет того, возвращаться ли на Драугр, открой это…»

Лейф взял шкатулку и положил ее под койку в каюте. Он не собирался открывать ее. Все же каждый день сомнения крепли, и теперь его тянуло узнать, что же находится внутри. Он достал шкатулку и открыл ее.

Внутри на куске тонкой шерстяной материи лежал амулет, вырезанный из клыка моржа. Лейф сразу же узнал эту вещь. Ее носил на кожаном ремешке отец, а до этого – его дед. В центр древнего амулета был вмонтирован серебряный молоточек, молот Тора, бога, защищавшего людей от зла. Рядом лежал свернутый кусок пергамента, выделанный из овечьей кожи.

У Лейфа тряслись руки, когда он потянулся к свитку и развернул его. Он узнал почерк дяди.

«Если ты читаешь это, значит, ты открыл шкатулку и ясно, что твое будущее больше не связано с Драугром. Перед смертью отец освободил тебя от клятвы, но только в том случае, если твоя судьба точно связана с чем-то иным. Он до самого конца верил в твое возвращение и просил меня передать тебе этот амулет, чтобы тот защитил тебя на жизненном пути. Не беспокойся за свой клан. Вместо тебя будет мудро править Олаф. Он принадлежит этому месту так, как ты никогда не принадлежал. Следуй голосу сердца, племянник, и пути, предназначенному тебе богами.

Зигурд».

Сердце Лейфа сильно забилось, когда он отложил свиток и взял амулет. Сколько он помнил, отец всегда носил молот Тора на шее как защиту от опасностей, которые могут встретиться в жизни.

Рагнар передал амулет ему как старшему сыну. Может быть, в конце концов он понял, почему Лейф был вынужден уехать.

Лейф поднял свиток над головой и прижал амулет к груди. Он будто ощущал присутствие отца в каюте.

– Благодарю тебя, отец, – мрачно произнес он, сжимая костяной амулет.

Повернувшись, он вышел из каюты, переполненный ощущением свободы и радости, каких никогда не испытывал. Боги все время были правы. Сердце его и судьба его принадлежали Англии, наконец-то он мог свободно объявить об этом.

– Приготовьтесь, капитан Туиг! Планы изменились. Мы возвращаемся в Англию!

Как только «Морской дракон» достиг лондонских доков и причалил, Лейф пошел вдоль пирса в поисках наемного экипажа. Ветер трепал его меховой плащ и широкие штанины, когда он нанимал экипаж, торопясь добраться до дома Кристы.