Вот он — ОТВЕТ.
Что дальше? Каков результат дьявольского эксперимента?
«Действительно ли я стал наркоманом?» — не верил Андрей. Отталкивал наступившую ясность, не желая принимать разгадку. Позвонить по оставленному телефону казалось настолько обычным делом, что сдерживать себя, бороться с собой было нелепо. «Что тут особенного? — беспрерывно раздражался он. — Всего один звонок. Договориться о встрече со старым школьным другом — разве это наркомания?»
Никакой алкоголик не считает себя больным…
«Они только того и ждут! — одергивал он себя. — Высоколобые спецы, сидящие по краям вольера, наблюдающие за реакцией животного — не дождетесь, с-сволочи!»
«Подумаешь — позвонить… — просила скомканная, дрожащая от нетерпения душа. — Зато сразу станет легче! Они помогут — выволокут на улицу, уложат в снег лицом… Нет, лучше в ванную — сунут голову в раковину, чтобы не оставить следов крови, приставят ствол к затылку, взведут курок…» Он стонал от ужаса и открывал глаза, обесцвечивая яркую картинку. Мир вокруг был омерзительно реален, краски были серыми, а звуки — монотонными.
С каждым днем Андрею становилось все тяжелее и тяжелее. Космический холод проникал под кожу, сводил суставы, превращал кости в хрупкое, ломкое стекло. Он постоянно замерзал, даже теплые свитера, напяленные один на другой, не помогали согреться. Если бы не жена, Андрей спал бы в уличной одежде. Вместе с тем, он испытывал жесточайшее, не вмещавшееся в тело раздражение — как в отношении окружающих его людей и предметов, так и к миропорядку вообще. К счастью, это чувство было совершенно бессильным, иначе неизвестно, чем бы разработанный кем-то сюжет закончился. Сил еле хватало на то, чтобы поддерживать видимость жизни. Огонь горел лишь внутри — погребальный огонь. Снаружи был камень, потому что Андрей понимал происходящее — он все понимал. Он ложился и вспоминал, но ТОТ СТРАХ не возвращался. Пытался спать, но сон отказывался приходить. Бессонница поселилась в квартире наравне с другими членами семьи. Он вставал возле окна и представлял, как откроет раму, встанет на подоконник, сделает шаг… В ужасе отшатывался, но следующей ночью вновь выползал из-под одеяла и вставал возле окна, пытливо вглядываясь в бездну. По пути на работу он часто останавливался на краю тротуара и наблюдал за мчащимися мимо грузовиками, размышляя о том, что если сойти на проезжую часть, если двинуться вперед — навстречу вселенскому взрыву… Электрический ток пронзал его с кончиков волос до ногтей ног! Но уже через несколько минут, спускаясь в метро на эскалаторе, он живейшим образом представлял…
И снова был взрыв чувств, однако мир оставался реален. Взлететь не удавалось.
Все было напрасно. «Ломка» не прекращалась.
Требовалась новая доза, новая полноценная инъекция.
Бумажка с Сашиным телефоном лежала в секретере, где-то в куче служебной документации — подальше от глаз. Выбросить ее Андрей никак не решался. «Позвони!» — только об этом и молила, ползая под ногами хозяина, опустившаяся, растерявшая гордость душа: Нет, сволочи, не дождетесь!
Существовала ли сила, способная одолеть рабство? Конечно. Ненависть и любовь — имена разные, а сила одна и та же. Ненависть давала цель, любовь — стыд. «Мне надо переломаться», — наконец сообразил Андрей. Отвергая их помощь, жертва обязана помочь себе сама.
Добровольно, полностью осознавая свои действия.
Он придумал план спасения. Он сгорал от нетерпения…
Алкоголь давал совсем не те ощущения, которые требовались страдающей душе (Андрей несколько раз напивался — бесполезно, не помогало), но в Техническом университете можно достать все. Например, анашу. Ее продавали и на «пятачке», и в столовой, то есть почти открыто. Правда, потребителями были студенты, а не преподаватели. Андрей выглядел достаточно молодо, чтобы сойти за своего. Он не был курильщиком, но курить, разумеется, умел, так что проблем со способом употребления не возникло. Анаша придала ему сил, возвратила жизнь в спящие мышцы, значительно убавила раздражение — давно он не чувствовал себя так хорошо. Домашние, измученные странным поведением мужа и отца, нарадоваться не могли. Он поужинал, весело и много, наслаждаясь вдруг появившимся аппетитом. Затем пришел сон, яркий, цветной. И все-таки ощущения опять были не те. Впрочем, Андрей не ждал иного, он ведь все понимал.
Он действовал последовательно и основательно. Сходил в гости к врачихе, знакомой матери — той самой, которая явилась невольной виновницей смерти бабули. Он не обольщался насчет ее профессиональных качеств, ему нужна была помощь совсем иного рода. Но для начала Андрей рассказал этой обаятельной женщине о рецепте годичной давности на лекарство «манинил» и о прочих обстоятельствах идеального убийства, особо упирая на то, что рецепт случайно обнаружился. После чего женщина перестала быть обаятельной, даже попыталась заговорить на повышенных тонах, тогда гость успокоил ее: мол, случившееся в прошлом недоразумение никого не беспокоит, лишь бы сохранялась сегодняшняя дружба. Итак, готова ли врачиха подарить гостю свою дружбу?
Контакт состоялся. Андрей хотел всего лишь воспользоваться ее связями — всем ведь известно, в каких кругах она вращается! Редкие лекарства, рецепты с особыми печатями, правильно? А нужно ему…
— Зачем вам это? — мгновенно испугалась женщина.
— Да-да, именно это, — подтвердил Андрей. — Пусть ваши знакомые не тревожатся, это нужно лично мне. И пожалуйста, не говорите моей матери о том, зачем я с вами подружился.
— Разумеется, у меня нет таких знакомых, — сказала врачиха, — но я подумаю, что можно сделать.
Он думала двенадцать часов, потому что уже следующим утром Андрею позвонили и назначили свидание. Встреча состоялась на улице, в людном месте. Очень интеллигентный мужчина, обладающий прекрасными манерами и шикарной бородкой, спросил, чего клиент желает. Клиент желал следующее: первую неделю — что-нибудь послабее, таблетки кодеина или дионина. Далее — промедол, омнопон, чистый морфин, фентанил — или что там еще у вас есть? Героин не надо, только лекарства фабричного производства. Каждый препарат — по одной-две инъекции, не больше. Сначала внутримышечно, потом внутривенно. И непременно хотелось бы получить подробные консультации относительно дозировки, плюс к тому, практический урок по ликбезу — как делать самому себе инъекции.
— У вас целая программа, — похвалил бородач. — Не сочтите за дерзость, но на кой хрен вам это понадобилось? Вы, вообще, понимаете, что делаете?
Андрей понимал.
— Я хочу все перепробовать, — объяснил он. — Какая вам разница?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
