class="p1">Я бросаю машину на стоянку и тоже выпрыгиваю, но Даниил преграждает мне путь.
— Их здесь нет. — Я слышу панику в его голосе, прежде чем полностью осознаю слова.
— Что ты имеешь в виду? Где они?
— Дом, он пуст. Кто-то взорвал вход. — Мое сердце колотится так громко, что слышно в ушах, каждый удар словно молотком бьет по ребрам. Мне нужно увидеть разрушения своими глазами.
Я вхожу через огромную дыру в задней части дома. Взрывчатка была использована. Если бы Кира или Аля были на кухне в момент взрыва, то, черт возьми, они бы…
Звериный звук вырывается из моей груди в тот момент, когда Джулиан поднимается по лестнице из подвала. Его лицо мрачное, пепельное, он выглядит так, как чувствую себя я. Разрушенным. Он только качает головой, показывая, что они не добрались до безопасной комнаты в подвале.
— Нет. — Я отказываюсь в это верить. — Мы должны обыскать весь дом. Каждый квадратный дюйм.
Андрей и Даниил присоединяются к нам на взорванной кухне. Андрей говорит по телефону на быстром русском, Даниил смотрит на свой телефон.
— Их сняли, — уверяет нас Даниил. — Есть видеозапись. — Он протягивает телефон, но я не могу на него смотреть. Я не знаю, радоваться ли мне, что они живы, или ужасаться.
Честно говоря, и то, и другое.
Джулиан бьет кулаком по стене, и на него сыплется штукатурка.
— Нас, блин, разыграли. Максим Белов знал, что мы придем за Хорватом. Он ждал, пока мы отвлечемся, и мы, как идиоты, сыграли ему на руку.
Даниил качает головой.
— Мы не могли знать. Мы сделали то, что должны были.
Джулиан вскидывает голову, и они обмениваются напряженным взглядом.
— Вернуться домой? Наши девочки…
— Они в безопасности, я обещаю, — заверил его брат. Они говорят о своих женах и дочери Андрея, которые находятся в усадьбе Козлова. — Армия наших лучших людей охраняет дом. Беспилотники. Взрывчатка по периметру. Он непроницаем.
Андрей положил трубку и поднял руку, привлекая наше внимание.
— Это был Дима. Он думает, что сможет определить, куда их увезли люди Белова, но, поскольку у них нет зарегистрированного бортового номера и официальных документов, представленных авиационным властям, это займет некоторое время.
— Слава богу, — выдыхаю я, хотя особой благодарности не испытываю, потому что у такого человека, как Максим Белов, есть способы и средства так эффективно заметать следы, что даже самые лучшие хакеры не смогут его найти. Но я не позволяю своим мыслям соскользнуть в эту кроличью нору, потому что, если я это сделаю, возврата уже не будет.
Я убираю пистолет в кобуру и сплевываю на пол рядом с собой.
— Нам нужен самолет, срочно. Как только Дима получит ответы, мы должны быть в пути.
Даниил что-то бормочет про подкрепление, но времени на сбор людей нет, как нет времени и на сбор оружия. Как бы там ни было, нам не одолеть ополчение Белова. Все, что мы можем ему предложить, — это мы, наша лояльность, доля в нашем бизнесе, братство на ладони. Потому что все, что хочет Максим Белов, он получает, а ему почему-то нужна Алена. И это единственный человек, которого я никогда не позволю ему заполучить.
Любой ценой.
Любыми жертвами.
ГЛАВА 32
Алена
Нет ничего лучше, чем проснуться и не знать, где ты, черт возьми, находишься.
В прошлый раз я проснулась на яхте. В этот раз я нахожусь в комнате, которая выглядит так, будто ей место в Букингемском дворце с ее хрустальными люстрами и золотой отделкой. Кира по-прежнему крепко спит на кровати рядом с моей. Я почти завидую ей, что она по-прежнему ограждена от реальности комфортом сна.
В памяти всплывают обрывки воспоминаний: взрыв, сильные, непреклонные руки заталкивают меня в машину. Капюшон, натянутый на голову перед тем, как весь мир погрузился во тьму.
В животе застыл холодный ужас. Плохие парни все-таки добрались до меня.
Но кто они?
И почему меня не держат в темнице или еще где-нибудь?
Мягкий толстый ковер облегчает каждый мой шаг, пока я иду к двери. Заперта. Этого я ожидала. Окна тоже заперты. Заглянув через стекло, я увидела бесконечное море изумрудно-зеленых деревьев, уходящее к горизонту, а за ним — огромный водоем.
Что-то подсказывает мне, что мы далеко от Дубровника.
А это значит, что мы далеко от Лео и остальных.
Кира вздрагивает, ее глаза открываются. В ее взгляде отражается тот же страх и растерянность, что и в моих глазах. Я хочу что-то сказать, чтобы уверить ее, сказать, что все в порядке, но она слишком умна, чтобы я могла кормить ее ложью, поэтому я ничего не говорю, только приношу стакан воды из ванной и подношу его ей, когда она приподнимается.
— Что за чертовщина?
— Вот именно. — Я протягиваю ей воду, и она глотает ее, прежде чем подняться с кровати. Она делает полный оборот, впитывая каждую деталь комнаты. — Дверь заперта, окна тоже, — сообщаю я ей, — но это не имеет значения. Мы находимся довольно высоко.
— Это нехорошо. — Кира подходит к окну, упирается лбом и руками в стекло. — Я знаю, где мы, — говорит она.
Во мне вспыхивает крошечный огонек надежды.
— Ну, для начала неплохо.
Она крутится на пятках. Ее глаза расширены от ужаса.
— Нет, это не так. Мы в России.
— Почему ты так решила? — спрашиваю я, присоединяясь к ней у окна.
— Я здесь выросла, я узнаю русскую усадьбу, когда вижу ее. — Она обводит жестом комнату. — Непомерная роскошь. Русское реалистическое искусство. А это самшитовые деревья. Они родом из Причерноморья.
У меня пересохло во рту, когда Кира села на кровать, положив голову на руки.
— Ладно, мы далеко от того места, откуда начали путь, но все не так уж плохо, — говорю я, проводя рукой по ее волосам. — Нас не разлучили. Мы в прекрасной комнате. Я уверена, что еда здесь превосходная, — говорю я, пытаясь вызвать у нее улыбку. — И я уверена, что на Yelp у этого ресторана пять звезд.
— Как ты можешь шутить на эту тему? Я подвела тебя, — стонет она. — Я должна была защитить тебя, а я не справилась.
— Ты ничего не могла сделать. Они — кто бы они ни были — пришли с целой армией, разнесли дом. Эти мудаки упорны.
В этот момент я просто разозлилась. Я потратила слишком много времени на то, чтобы бояться за себя и за людей, которых я люблю. Теперь случилось самое худшее: Меня похитили, а Киру втянули в эту кашу. Но я не хочу переворачиваться и играть
